Мой сводный американец (СИ)
— Ты уже в воде, Мия, поздно бояться. У тебя есть время, пока я доплыву до места. — Подхватываю ее под ягодицы и помогаю перебраться себе за спину. — Цепляйся, обезьянка, — говорю, хрипло посмеиваясь, и начинаю плыть к скале. Затылком ощущаю ее прерывистое дыхание, вот только сила, с которой Мия обнимает меня за шею, мешает двигаться. — Если я задохнусь, мы пойдем ко дну вместе.
— Прости, — шепчет она, после чего следует несколько судорожных вздохов и хватка слабеет.
В голове не укладывается, что Мия действительно боится плавать. Раньше я мог часами наблюдать, как это прекрасное озеро пленяет мою сестренку. Она напоминала русалку, и вода ей была как отчий дом. А сейчас на мне, как на спасательном круге, висит скрюченное от ужаса существо.
Подплыв к скрытому под водой входу в грот, я снимаю Мию со спины и с трудом перемещаю лицом к себе ее скованное страхом тело.
— Задержи дыхание.
— З-зачем?
— Сейчас мы будем нырять.
На бледном лице девушки отражается откровенная паника, а зрачки расширяются еще больше. Она вот-вот готова разреветься.
— Прошу… давай вернемся на берег, — прерывисто шепчет и сглатывает. — Томас, не заставляй меня этого делать. Не надо. Умоляю.
Я чувствую, как она дрожит в моих руках. Часто-часто дышит. Вот только от гребаного страха, а не от страсти. Нежно обхватываю ее лицо ладонями и приближаю к своим губам.
— Доверься мне, Мия. Я не причиню тебе боли. — На самом деле еще как причиню. Но не сейчас. Поэтому и прошу довериться. Я не смогу плыть за двоих, если она не справится со своей паникой. — Я хочу показать тебе одно место, но для этого нужно нырнуть под скалу. Я буду рядом. Обещаю. — Произношу каждое слово с расстановкой, чтобы их смысл пробился сквозь тревогу, горящую в ее взгляде. Большими пальцами ласково скольжу по скулам, помогая девочке немного расслабиться. — Вот так. Умница. — Прижимаюсь к ней лбом. — Готова? — Наши глаза так близко, что я едва не слепну от колдовской зелени, что сейчас переливается в изумрудах напротив меня. Мия лишь кивает в знак согласия, но мне этого достаточно. — На счет три. Раз. Два. Три!
Мы оба успеваем вдохнуть, прежде чем скрыться в толще воды. Мия тут же снова начинает паниковать, и мне приходится схватить ее за руку, чтобы задать нужное направление, а затем и подтолкнуть к входу в грот. В действительности это оказывается не так просто. Меня беспокоит, что вода попадет ей в нос, и все усилия пойдут прахом, но я тут же выбрасываю эти мысли из головы. Хотя бы одному из нас нужно сохранять здравый рассудок. И сейчас это явно не Мия. С трудом я помогаю ей проскользнуть в узкий проход и сам пробираюсь следом, выталкивая нас на поверхность. Мы с шумом хватаем ртом воздух. Получилось. Облегчение накрывает меня штормовой волной, и я
притягиваю мелкую, позволяя ей опереться на себя. Мне хочется заглянуть в лицо и увидеть ее реакцию, но Мия прижимается лбом к моему плечу и часто дышит. Ее легкие наверняка уже переполнены кислородом, но она не останавливается. За нас двоих выкачивает воздух из атмосферы.
— Ненавижу… ненавижу… — шепчет дрожащим голосом, но ее слова разнятся с действиями, потому что девчонка лишь сильнее прижимается ко мне.
— Лучше посмотри наверх. — Целую малышку в макушку и подцепляю пальцами за подбородок. — Мия, подними голову.
Растерянно облизнув губы, она все же устремляет взгляд наверх. И все. Замирает, как бабочка в коконе. Только вместо кокона мои руки.
— Томми, — сдавленно произносит она и запинается, — это… это…
Да. Это волшебное место, детка. И когда-то именно ты мне его показала. Я и сам сейчас заворожен, словно впервые вижу причудливое явление природы. В царстве карста из-за сине-изумрудного свечения воды складывается впечатление, что попадаешь в совершенно другую реальность. Даже странно, почему это место до сих пор не попало в топ ЮНЕСКО. Сверху, где находится заросший травой свод, в пещеру проскальзывают солнечные лучи, рассыпаясь на множество бликов. Они будто миллионы светлячков всех оттенков от синего до белого, замерших в ночном небе. Однако все это — ничто по сравнению с красотой ее глаз, в которых сейчас происходит самая настоящая магия. Темные зрачки до самой малахитовой радужки блестят как морская гладь. Взмах густых ресниц, и по ее щекам стекают большие соленые капли. От этого вида сердце пропускает удар, но я лишь крепче прижимаю к себе дрожащее тельце. Судорожный вздох срывается с пухлых губ, прежде чем девочка откидывает голову назад, истерическим хохотом заполняя окружающее пространство. Она смеется сквозь слезы. А я молча позволяю освободиться ей от нахлынувших эмоций, наполняя ими себя до отказа.
— Мия. — Обхватываю ее лицо ладонями и заставляю посмотреть на себя.
— Ненавижу тебя! — надрывно хрипит сестренка. — Зачем ты это сделал?
— Это место мне показала ты, Мия.
— Черт тебя подери, Томас! — Она на секунду замолкает, а потом продолжает едва уловимым шепотом: — Почему мне так хорошо? Я хочу ненавидеть тебя… и не могу…
Проклятье. Зачем она говорит мне это? И без того чувствую себя подонком. Я должен ей все рассказать, но не знаю, как это сделать. И уж точно не сейчас. Потому что сейчас мне тоже хорошо. И пусть в моем послужном списке станет на один эгоистичный поступок больше, но я не позволю ошибкам прошлого испортить сегодняшний день. Ничего не ответив, я вновь притягиваю Мию в свои объятья. Я больше пяти лет не был в этом месте. Месте, где все случилось на самом деле. Да. Я поспорил с Максом на ее девственность. Хуже того, пообещал снять все на видео. Однако к моменту исполнения этого долбаного задания я по-настоящему полюбил Мию. Поэтому и не смог испортить ее первый раз. Хотелось сделать его чувственным, нежным и незабываемым. Для нее. Для себя. Без камер. Без спора. В нашем секретером месте. Конечно, для Макса было снято отдельное представление, но на этом мы закончили. Да, глупо, но не сдержать своего
слова я не мог. Вот только я бы ни за что не подумал, что друг начнет шантажировать меня этими видео. Боже. Мия никогда не простит меня!
Нежное прикосновение к лицу помогает мне выбраться из плена воспоминаний. Как бы я хотел поменяться местами с Мией! Все бы отдал, чтобы не помнить всех подлостей, что успел совершить.
— На каком глазу? — уже более ровно звучит мелодичный голос. Не понимая о чем она, хмурю брови. — У тебя ресничка упала, — аккуратно дотрагивается до моей щеки, цепляя ее на палец, и демонстрирует мне, — загадывай желание.
— Я предоставляю это право тебе.
На ее прекрасном лице расцветает слабая улыбка. Да, это всего лишь детская забава, но видеть Мию такой беззаботной — лучшая из наград. Она сжимает руки в кулаки и зажмуривает глаза, словно проговаривая что-то про себя. Волшебная девочка.
— Что загадала? — хрипло интересуюсь и тут же прочищаю горло.
— Если скажу, не сбудется.
— Ну же, Мия, расскажи. — Сильнее прижимаю мелкую к себе, сгорая от любопытства. — Я хочу знать.
Все тело отзывается на ее близость. Дыхание сбивается, в то время как пульс, кажется, грохочет в ушах. Сладкая пытка.
— Хочу вспомнить о тебе…
— Что? — шокированно переспрашиваю. Я действительно не ожидал такого ответа. Тело, что буквально секунду назад горело, застывает, будто скованное льдом.
— Хочу вспомнить о тебе, — увереннее повторяет она, от смущения прикусывая нижнюю губу.
А потом происходит нечто уж совсем из ряда вон выходящее. Ну, по крайней мере, я не рассчитывал на это здесь. Мия сама приникает к моим губам. Совсем робко, но я не вмешиваюсь. С ума схожу, но позволяю ей проявить инициативу. Тонкие пальцы впиваются в шею, когда она углубляет поцелуй, вырывая у меня гортанный стон. Я подхватываю ее, одним рывком усаживая на выступ в стене.
— Ведьма, — вставляю между поцелуев, блуждая руками по желанному телу. Она буквально тает, дрожит и поддается, как глина в умелых руках гончара, и я готов завыть от этого крышесносного ощущения. Черт возьми. Она создана для меня. — Ты хочешь этого?