Под крылом у демона (СИ)

— Нет, я тебя не люблю, — рыкнул Даер. И, схватив ее в крепкие объятия, признался: — Я тебя обожаю, Ирина. Не представляю, как жил все это время без тебя. Теперь я словно обрел вторую часть себя, самую важную.
У Ирины навернулись на глаза слезы. Она всхлипнула, вместо того чтобы признаться в ответном чувстве. Столько лет скитаний, тревог и сомнений — она уже забыла, что это значит: иметь дом. И иметь рядом человека, который всегда поймет и поддержит. Неужели их с детьми мучения закончились? Они обрели настоящий приют?
— Я. тоже. люблю тебя.
Ирина говорила отрывисто, перемежая слова вздохами.
— Почему же ты плачешь? — объятия Даера стали нежнее. А слова мягче. — Я что-то делаю не так? Слишком тороплюсь? Проявляю излишнюю настойчивость и властность? Ты прости, я просто не умею. Женщин у меня было много, но в любви я признался впервые. Наверное, слишком неуклюже получилось.
— Нет, что ты! — Ирина обхватила его могучее лицо ладонями и заглянула в бездонные зеленые глаза. — Все замечательно. Просто...
Она прикусила губу, не зная, как сказать. Как признаться в том, что она скрывала? Как открыть тайну, которую поклялась унести с собой в могилу?
— Просто?.. — эхом повторил Даер.
— Давай купаться, пока вода не остыла, — весело, с наигранной бодростью поговорила Ирина. — Я все расскажу тебе, обещаю. Только дай мне собраться с мыслями. А еще, помоги промыть волосы — сама я едва справляюсь.
Даер с видимым наслаждением купал Ирину, трепетно и нежно любимую девушку, подарившую ему счастье быть нужным и любимым. Он натирал мылом ее густые волосы, ласкал пеной и ладонями податливое, чувственное тело. Это совместное омовение стало некоторым символом их единения. Словно приняв вместе ванну, они очистились от прошлых обид и сомнений.
И всё же осталось кое-что, разделявшее их.
Ирина ругала себя почем зря, но так и не решилась рассказать об Оливии и Вириладе. Не произнесла того, что могло разрушить ее хрупкое счастье, хотя отчаянно понимала: сделать это придется, она не может вечно врать и чувствовать себя лгуньей и предательницей. Даер сделал для них столько хорошего — разве это не повод открыться ему?
Об этом она рассуждала на следующий день, помогая слугам убираться после вечернего торжества. Ирина как раз подметала крыльцо, когда услышала шум крыльев и рокот труб. Не понимая еще, в чем дело, она приложила руку козырьком ко лбу и взглянула вверх. То, что вначале она приняла за черную точку, приближалось, принимая отчетливые очертания. Это была огромная карета, запряженная гигантскими черными с проседью воронами.
— О, боги!..
С замиранием сердца и тревогой Ирина наблюдала за тем, как карета величественно опускается у парадного входа. Два лакея в серых ливреях спрыгнули с подножки, опустили лестницу и открыли дверцу. Из кареты выбралась низкорослая дама в седом парике. Лицо ее было необычайно белым и гладким, а на нем, словно рваная рана, отчетливо выделялся алый рот. Маленьких глаз почти не было видно из-за нереально длинных белесых ресниц.
Ирина не знала эту даму, но при виде ее сердце болезненно сжалось.
Следом за женщиной в седовласом парике из кареты выбрался такой же бледный мужчина, высокий и широкоплечий. Лицо его можно было бы назвать красивым, но все меняло презрительное выражение на нем.
— Кто ты такая? — надменно спросил он, подавая руку своей спутнице, но глядя при этом на Ирину.
— Экономка, — призналась она и запоздало присела в реверансе, признав в гостях великосветских особ.
— П-хф, — раздражено фыркнула дама. — Немедленно отправляйся к своему господину и доложи: прибыли граф и графиня Эвиденс.
  
Глава 37
 
— Вот как, сегодня, значит, графиня Эвиденс?
Даер раздраженно фыркнул, но все же поднялся из-за стола. Тяжелой поступью, с явной неохотой отправился приветствовать вновь прибывших.
— Приказать накрыть на стол? — участливо предложила Ирина.
Даер поморщился, точно нюхнул нечто несвежее. Посмотрел на любимую с тенью сомнения, но не стал раскрывать инкогнито Фашии. Лучше Ирине не волноваться понапрасну. А уж он постарается сделать так, чтобы явившаяся мерзавка покинула замок как можно скорее.
 
Если бы только Ирина знала, кто прибыл в замок. Она бы не стала разговаривать с этой женщиной и ее спутником — предводителем рыцарей и одновременно любовником королевы. Но Даер, хоть и слыл самым жестоким из демонов мира Крик, в точности выполнял условия договора. Фашия никому не доверяла покупку золотых гематитов. Она сама, лично, раз в год прибывала в замок за ними. И вот час настал.
— Наверное, стоит быть вежливым, — нехотя согласился Даер. — Но видят тени Крика, я бы с удовольствием налил бокал яда этой... графине Эвиденс.
Ирину немного удивило его поведение, но ведь она прекрасно знала, как он относится к гостям. Даер и ее саму чуть не выгнал из замка в день их первого знакомства. Так чему удивляться? К тому же эта графиня была очень неприятна в общении и не вызывала ничего, кроме неприязни.
— Бабушка Триста? — позвала Ирина, спустившись в кухню. — Овощного рагу и тушеного ягненка хватит еще на двух гостей? Деревенский сыр, зелень и фрукты у нас еще остались? И вино, обязательно нужно подать к столу вино.
Ташика срочно отправили в погреб, а Урсуса в сад, срезать свежие цветы и поставить их в вазу. Зею и Кею переквалифицировали в официанток, девушки должны были прислуживать за столом. Ирина сама объясняла им правила этикета и порядок подачи блюд. Уж кто-кто, а она точно знала, что значит — обслужить по-королевски.
В это время Даер передал королеве Фашии ларец с драгоценнейшими камнями, а взамен получил тюки с дорогими тканями, серебряными изделиями, благовониями, вином и золотом. Все это он брал лишь для отвода глаз. Основное — это мешки с цветами, что растут только в королевском саду Кавилэнда.
— Видишь, я тоже могу кое-что, — радовалась Фашия, указывая на летучих мышей, увеличенных во много раз магическим способом. Именно эти твари принесли все то, что заказывал Даер.
— Не льсти себе, — отмахнулся Даер. Так, словно перед ним была вовсе не королева, а какая-нибудь базарная торговка. — Твоя личина едва держится и от нее фонит, как от тухлого яйца.
— Хм!.. — королева горделиво вздернула нос. По ее лицу, как по воде, пробежала рябь, подтверждая слова Даера. — Лучше скажи, зачем тебе столько цветов?
— Не ваше дело, графиня Эвиденс, — саркастично ответил Даер и шутливо поклонился.
— Как ты смеешь! — взревел рыцарь, сопровождавший королеву. Вытащил меч из ножен, намереваясь напасть.
Но Даер щелчком пальцев превратил грозное оружие в змею. Та обернула приплюснутую голову к рыцарю и, угрожающе зашипев, продемонстрировала ядовитые железы и раздвоенный язык.
— Чтоб тебя!.. — рыцарь тотчас утратил пыл и выбросил «меч», который немедленно уполз в заросли.
Даер пожалел лишь об одном: что ему приходится терпеть все это. Раз в год, но этой встречи хватало, чтобы надолго отбить желание принимать у себя королевских особ. Он корил себя за то, что так и не нашел иного способа усмирить островного монстра. Только цветами, которые приходилось брать у Фашии.
— Граф Эвиденс, графиня... — вышедшая к парадному крыльцу Ирина присела в грациозном реверансе. — Окажите нам честь отобедать с нами.
Даер застонал, закрыв лицо руками, потряс головой. Зря он не рассказал Ирине, кто прибыл в замок. И не предупредил об этом визите заранее. Но он был так опьянен собственным счастьем, так обеспокоен, что Ирина откажется выходить за него замуж. В общем, его ошибка имела весьма негативные последствия.
 
— Граф и графиня не смогут остаться, — поговорил Даер, кивком головы указав гостям на карету. — Они уже получили все, что требовалось. К тому же не голодны.
— Почему же! — воскликнула королева, презрительно улыбнувшись Ирине. — Мы с удовольствием примем приглашение. Верно, мой дорогой граф?