Предание Темных

Так же точно, как только что слышала шепот.
Но кто, черт возьми, будет шептаться в лесу ночью такой оравой?
– Педаль газа? – фыркает Лео – да нам бы на этой скорости ни во что не влететь, а ты говоришь «газа». Смотри в окно, должен быть поворот, я точно говорю..
Я вжимаюсь спиной к свое кресло. Потому что понимаю, что вновь начинаю слышать шепот – теперь даже через стекло. Будто он просачивается в малейшие отверстия в машину, или те, кто его издают, становятся все ближе..
Судя по тому, как на полуслове обрывается Лео, теперь он тоже это слышит.
И прекрасно понимает, что слышит он не ветер.
Носферату, что все это время молча сидел в переноске, начинает жалобно скулить, точно собака.
Машина медленно, но верно начинает набирать скорость.
– Ты тоже это слышал, да? – спрашиваю я.
Лицо Лео каменеет, он не моргая смотрит вперед, словно отсутствие морганий поможет проявиться его третьему глазу, который сможет видеть дорогу даже через туман.
– Не молчи! – не выдерживаю я – ты тоже слышал этот шепот?
– Да – бросает он – и лучше нам с ними не связываться.
Я холодею:
– С кем?
– Джен – стискивает он зубы, не спуская и на мгновение глаз с той белой пелены впереди – сама подумай. Ночь, а в лесу шепчется какая-та целая орда. Кто, во имя всего святого, попрется ночью в лес? Нет, не так – перебивает он сам себя – кто попрется ночью именно в этот лес?
– Что ты хочешь сказать?
– Это Холодный лес, Джен. Обросший кучей легенд и суеверий. Одних эти байки о вампирах и нечисти отпугивают, как например местных села Холодное. А других, напротив, притягивают, как магнитом.
– Кого, например?
– А кого, исключая девочек-подростков, сохнущих по Эдварду Каллену, могут привлекать легенды о темных силах, нечисти и вампирах?
Я молчу.
– Сектантов, Дженна. Психов, которые считают, будто поклоняются сыну божьему.
– Иисусу? – едва слышно спрашиваю я.
– Ну, если бы Адом и нечестью правил Иисус то да. А так нет, другому сыну. Тому, что изгнали.
– Ты про сатанистов?!
– Про сектантов – поправляет он меня, а машина между тем переходит уже на опасное при такой нулевой видимости ускорение – а знаешь, для чего сектанты зачастую вылазят в подобные места? Они ведь не каждую ночь тут собираются.
– Для чего?
– Обряды. Ритуалы. Они полагают, что их надо проводить время от времени, чтобы Сатана был ими доволен. Знаешь, что надо для ритуалов? Основа основ.
– Жертва – киваю я.
– Да. И знаешь, мне совсем не хочется стать этой жертвой. Уверен, им вполне сгодится и какой-нибудь лесной олень, лань, да что угодно, что они обычно и ловят. Но вот если мы тут встанем и начнем, как два идиота, шнырять по лесу с криками «помогите кто-нибудь», думаю, они решат, что человеческая жертва умилостивит их создателя куда сильнее.
– Поняла – только и отвечаю я.
Но проходит не больше пары секунд, когда я озадаченно хмурюсь:
– Постой, но если это были сектанты, как мы могли их не увидеть, когда ехали в ту сторону? И почему не слышали?
Мгновение он ничего не говорит, после чего отвечает:
– Возможно, потому что тогда не было тумана и мы ехали быстро. Они только и могли услышат шум проехавшей машины где-то на дороге. А теперь мы ехали очень медленно, и по этому шуму они вполне могли на нас выйти.
– Но откуда ты так хорошо все знаешь о сектантах?
– Мое агентство занимается безопасностью, Джен. Или ты думаешь, большинство проблем для обычных людей представляют только те серийные убийцы и маньяки, на счету которых около 40 зверских убийств? Скажу тебе так: от обычных клерков, что ночью надевают черные капюшоны и мнят себя слугами Сатаны, хлопот бывает не меньше.
– И тебе просили охранять от них?
– Был один случай. Женщина наняла человека с моего агентства, потому что ее сын-сатанист заявил, будто чувак свыше – или сниже, хрен их разбери – заявил, будто жертва в виде его матери дарует ему бессмертие.
– И?!
– Он уже год в Джуперс-Хилле, тамошней психушке. Так что поверь, психи не только те, кто бегают в халатах, безумно хохоча и держа в руках скальпель. Порой они совсем как мы. Настолько похожи, что становится жутко. Ведь тот парень, ну, который ее сын, днем работал юристом и поверь мне, случайно встретив его на улице во время ланча – ты бы в жизни не сказала, какая хрень происходит с его мозгами ночью, и..
 
На последнем слове Лео вдруг резко дергается, успев различить в смоге что-то, что я так и не увидела и среагировать за пару секунд до того, как будет уже поздно.
Он с феноменальной скоростью вдавливает в пол педаль тормоза. Колеса жалобно визжат, машину кренит, но, думаю, лишь это спасает нас от серьезных травм – так как в следующее мгновение мы с грохотом во что-то влетаем так, что даже с пристегнутым ремнем безопасности все мое тело дергает вперед.
Если бы к этому прибавить ту скорость, что мы успели скинуть своевременной реакцией друга – думаю, обычным шоком мы бы не отделались.
А так единственное, что пострадало от этого столкновения – это бампер машины.
– Черт! – шипит Лео, отстегивает свой ремень и тут же поворачивается ко мне – ты как? Цела? Руки, голова?
– Все.. – киваю я – все нормально. Нормально.
– Точно? – он все равно по-свойски осматривает мое лицо и бегло руки, после чего кивает – хорошо.
Я сглатываю.
– Да, хорошо-то хорошо – смотрю на него – но что конкретно хорошего? Она теперь заведется или нет? Нам же надо…
Я замолкаю, потому что глянув в лобовое стекло впервые с момента столкновения – вижу, что весь туман как рукой сняло за эти секунды.
Фары, что продолжают гореть, прекрасно освещают дерево, в которое мы врезались. И дорогу, которая продолжается чуть правее в обе стороны. Все видно настолько невероятно хорошо, что кажется, будто бы плотнейший белый смог, который был парой мгновений назад – оказался не больше, чем нашей с Лео групповой галлюцинацией.
Но это невозможно, потому что именно из-за него мы не заметили дерево – такая была видимость!
Точнее, полнейшее ее отсутствие.
– Лео..
– Все нормально – но произносит он это так напряженно и с такой расстановкой, что я начинаю паниковать еще больше.
– Все в порядке – повторяет он – в горах такое бывает, я тебе говорил. Быстро пришло – быстро ушло. Множество факторов. Хорошо, значит теперь мы можем продолжать..
– Лео..
– Я же говорю, что..
– Нет, смотри – я тычу в зеркало салона, которое, показывая вид на задние сидения и кота, так же захватывает кусочек обзора заднего стекла, через которое можно увидеть вид позади машины.
– Смотри – теперь я тыкаю уже более конкретно, обернувшись, и глядя через заднее стекло на дорогу уже без помощи зеркала.
Позади машины, во всю ширину дороги, виднеются какие-то темные разводы, очень похожие на..
– Это следы? – шепотом спрашиваю я – Лео, скажи, что это не чьи-то следы.
Лео хмурится, но когда берется за ручку двери, чтобы ее открыть, я в шоке одергиваю его:
– Рехнулся?! Еще мне будешь рассказывать о синдроме героя?
– Надо понять, что это за следы.
– К черту! Заводи тачку и поехали.
– Джен, надо понять, какого хрена тут происходит..
– Туман пропал, машина цела. Просто заводи и поехали, или ты в клуб знатоков заделался?
Он вздыхает:
– Тебя действительно не напрягает, что мы врезались в дерево именно в том месте, где проходят по дороге эти следы, и едва это случилось – как туман тут же рассеялся?
– Ты сам сказал..
– Я не на что не намекаю, но совсем не удивлюсь, если сейчас поверну ключ, а машина не заведется. Или заведется, а через пару ярдов мы налетим на шипы, незаметно расстеленные на дороге..
– Что..
– Дженна, кто-то увязался за нами. Может, ты еще не поняла, но я-то в этой сфере не первый год, у меня чуйка. Кто-то точно за нами увязался. И пока мы их не скинем, жди проблем.
– И как ты собрался их «скинуть»?