Княжич Соколов (СИ)

— Отец передал что сегодня его не будет, — осторожно подметил я, и Екатерина Соколова едва заметно вздохнула.
— Как будто его тут кто-то ждет, — холодно бросила княгиня и рывком сорвала непослушную брошь, потеряв всякий интерес к зеркалу.
В этот момент в столовую заглянул низкорослый слуга и что-то коротко передал хозяйке дома.
— Иван Сомов прибыл. Заканчивайте завтрак, ждем вас во второй гостиной через пятнадцать минут, — объявила уже взявшая себя в руки княгиня и грациозно покинула столовую.
— Артем, — воспользовавшись моментом шепнула Есения с виноватым лицом, — если честно, я не готовила блинчики.
— Не переживай, я знаю, — шепнул я в ответ и потрепал девчушку по волосам, — подарок уже давно ждет тебя в комнате.
— Юхуууу! — воскликнула Есения, чмокнула меня в щеку и умчалась прочь.
— Балуешь ты ее, — с завистью вздохнула Алена.
— И не только ее, — улыбнулся я и протянул старшей сестре потрепанную бордовую ткань, перемотанную золотой лентой.
Едва скрывая любопытство, Алена сорвала ленту на пол и аккуратно раскрутила сверток на столе прямо поверх столовых приборов.
Пытливый взгляд девушки зацепился за блестящие сережки из красного золота, что лежали в самом центре.
— Украшение? — недоуменно спросила сестра, у которой был весьма специфический вкус на подарки.
— Еще вчера это золото было браслетом индийского аристократа, с помощью которого он призвал огненную гиену и оставил мне вот это, — пояснил я и оттянул ворот рубашки, демонстрируя три глубоких магических ожога на шее.
— ААА! Ачуметь! — прикрывая рот заверещала обычно спокойная Алена и рванула к зеркалу с новыми сережками в руках.
— А этим ритуальным платком индийские тхаги поколениями душили своих жертв, — кивнул я на бордовый кусок ткани, — конкретно этому не менее пяти сотен лет, его нити еще сохранили остаточный магический след.
— Не может быть! — вздрогнула Алена едва не пища от восторга, и, затаив дыхание, медленно провела по потрепанной тряпке ладонью.
Ее вариация родового «Ока» была способна видеть прошлое магических предметов и подобные находки для Алены Соколовой были ценней любых сокровищ мира. А я был только рад порадовать сестер, которые постоянно помогали мне с моими безрассудствами.
Интересно, обрадуется ли отец, когда узнает, что его внутренний зверь, похоже, передается по наследству?
* * *
— Итак, Ваня...
— Есения! — строго посмотрела княгиня на младшую дочь.
— Ой, простите, — вздрогнула девочка и перехватила свою новую игрушку поудобнее, — Иван, позвольте полюбопытствовать, где мой подарок? — с серьезным лицом спросила Есения.
— Еще полчаса назад я и не знал, что мне придется посетить ваш славный дом по пути в аэропорт, княжна, — сохраняя лицо ответил Иван Кириллович Сомов, внук главы рода Сомовых и, по совместительству, наш двоюродный брат по линии матери.
— То есть подарка не будет? — вычленила самое главное Есения.
— Разумеется, будет, — улыбнулся Иван Сомов, — я распорядился по пути сюда, его доставят к завтраку.
— А не лжец ли вы часом, Иван? — исподлобья глядя на сидящего в кресле широкоплечего парня уточнила девочка.
— ЕСЕНИЯ! — вскочила на ноги княгиня и бросила извиняющийся взгляд на гостя.
— ЧТО?! — топнула ногой девочка, — ОН СКАЗАЛ ПОСЛЕ ЗАВТРАКА! А Я УЖЕ ПОЗАВТРАКАЛА!
— В пять утра? — искренне удивился Иван и поспешил исправиться, — прошу простить мою бестактность, княжна. За это с меня два подарка.
— Два? — радостно сверкнула глазками девочка, но быстро вернула себе деловитый вид и добавила, — два это хорошо. Идет, Иван.
— Так что же вас привело к нам в столь ранний час, Иван Кириллович? — поинтересовалась Алена, вокруг запястья которой был бантиком обвязан бордовый платок, а на мочках ушей красовались сережки из кроваво-красного золота.
— Артем, ты им не сказал? — строго взглянула на меня княгиня, — как безделушки дарить, так ты не забыл...
— ЭТО НЕ БЕЗДЕЛУШКИ! — хором рыкнули девочки, но осуждающие взгляды устремили на меня.
 
— Артееем, — угрожающе протянула Есения, — что ты мне не сказал?
— Что уезжаю учиться, — честно ответил я и поднял руки в знак капитуляции.
— Куда? — почуяв неладное нахмурилась Алена и сжала платок в кулаке.
— В столицу, — вместо меня ответил Иван Сомов, почувствовавший возросшее напряжение, — собственно, за этим я и приехал, забрать Артемия Сергеевича в аэропорт.
— В столицу, значит, — выдохнула Есения и резко навела прицел своей «игрушки» на Ивана Сомова.
— ЕСЕНИЯ! — потеряла всякое терпение княгиня и выхватила у девочки из рук мой подарок, — с каким условием я разрешила тебе его оставить?!
— Целиться только во врагов, — потупила взгляд девочка, едва сдерживаясь чтобы не заплакать.
— Вот именно! — не сводя строгого взгляда с дочери крикнула княгиня, — а теперь ступай в свою комнату и подумай над своим поведением!
— Но мам... он ведь братика забрать приехал! Он враг!
— Есения Сергеевна Соколова! Еще одно слово и у вас будут серьезные проблемы! — перешла на официальную речь мама и когда это происходило злить ее дальше явно не стоило.
— Поняла, матушка, прошу прощения, — поклонилась Есения, потом медленно подошла ко мне и, шмыгая носом, уткнулась мне в бок.
— Со мной все будет хорошо, малышка. Столица — это такой же город, только побольше, — ободряюще проговорил я, приобняв сестренку, — я буду вас навещать.
— Обещаешь? — всхлипнула Есения и подняла на меня голубые заплаканные глаза.
— Обещаю, — кивнул я и только тогда девочка неохотно покинула гостиную.
Тяжело вздохнув, княгиня передала британский магострел «монарх» слуге и кинула на меня очередной осуждающий взгляд.
Так сразу и не разберешь, злится она сейчас на отца за неприезд, на меня за подарки или на обоих сразу за отправку единственного сына в столицу без ее ведома.
— Прошу прости поведение моей дочери, Вань, — опустилась на диван княгиня, — ты ведь знаешь, что она это не со зла.
— Что вы, Екатерина Денисовна, — искренне засмеялся Иван Сомов, — Какой из меня внук Богатыря если меня способна напугать британская безделушка в руках очаровательного ребенка.
— Самый достойный, внук, Ваня, самый достойный, — тепло улыбнулась княгиня, — а теперь прошу меня простить, пойду проверю чтобы слуги ничего не забыли из вещей Артема.
Дверь гостиной захлопнулась, оставив нас втроем.
Хоть Иван Сомов и был нашим двоюродным братом, по факту я видел его первый раз в жизни. Старший сын наследника рода Сомовых уже четыре года как обучается в столице и в Тобольске бывает крайне редко.
Парня всерьез называют будущим Богатырем.
И это не только из-за его крепкого телосложения и родства с одним из трех одаренных высшего ранга в империи.
Иван Сомов к своим двадцати двум годам и сам неплохо преуспел.
Пробуждение источника в девять лет. Первичный резонанс в двадцать. Отметился в пяти горячих точках и получил три награды из рук императора. Шестая ранговая ступень и звание сержанта штурмового отряда.
Золотой мальчик Тобольска и пример всем сверстникам.
Не удивительно, что отец подсуетился и настоял на том, чтобы мы с Иваном Сомовым прибыли в столицу на одном самолете.
Один этот факт покажет аристократическому обществу всей империи что семьи Соколовых и Сомовых дружны и крепки.
Это важно, учитывая, что в столице у рода Соколовых не осталось ни имущества, ни связей, ни друзей.
— Ты точно решил учиться в столице? — напряженно теребя непослушный черный локон спросила Алена.
— Абсолютно, — честно ответил я.
— Но ведь нас оттуда выгнали! — вздрогнула старшая сестра, напряженно сжав платок.
— Неофициально, — заметил я.
— Это не важно! — с мелькнувшим страхом в глазах фыркнула Алена, у которой остались не самые приятные детские воспоминания от жизни в столице, — Соколовых там ненавидят! Для всего высшего света наш род мертв! Появление в столице будет означать прямой вызов власти! И если император не отреагирует, остальные Рюриковичи стоять в стороне не будут!