Василий Теркин после войны

  
В ВАГОНЕ
 
 
 
Кто на полках, кто в проходе,
 
Кто в уборной, а кто вроде
 
Навесу в волнах махры —
 
Вешают же топоры.
 
 
 
Дети, бабы, полушубки,
 
Сундуки, узлы, мешки,
 
Храп и вонь вторые сутки…
 
 
 
От вагонной от тоски
 
Подрались бы мужики,
 
Если б не было в народе,
 
Если б не было в проходе
 
На полу, как на панели,
 
Парня в старенькой шинели.
 
 
 
Жить в вагоне можно сутки,
 
Можно больше, но порой
 
Невтерпеж, когда б не шутки
 
Парня в шапке фронтовой.
 
 
 
Не прожить, как без махорки,
 
От стоянки до другой
 
Без хорошей поговорки
 
Или присказки какой,
 
Без тебя, Василий Тёркин,
 
Наш товарищ и герой!
 
 
 
А всего иного пуще
 
Не прожить наверняка —
 
Без чего? — Без правды сущей,
 
Правды прямо в душу бьющей,
 
Да была б она погуще,
 
Как бы ни была горька.
 
 
 
— В тесноте, да не в обиде —
 
Равноправия пример…
 
Не услышит, не увидит
 
Никакой милицьонер!
 
 
 
— Каждый ездит в третьем классе,
 
Не для каждого купе,
 
Третий класс, он ближе к массе,
 
Первый класс — к ВКП(б).
 
 
 
— Поездов таких нет в мире,
 
Как у нас в СССР:
 
Бег с препятствием к сортирам
 
Для веселья пассажирам —
 
Чем не спорт вам, например!
 
 
 
На полу сидит сутулясь,
 
Ноги где-то под скамьей…
 
Тетка в страхе оглянулась,
 
Шепчет:
 
— Парень будто свой?
 
 
 
— Вы, мамаша, не глядите —
 
Это место не продам,
 
Получил, как победитель,
 
Только Сталину отдам.
 
 
 
— Свой ли? — вновь переглянулись
 
Пассажиры меж собой,
 
— Свой, конечно, — улыбнулись,
 
— Парень тот! Видать, что свой…
 
 
 
Балагуру смотрят в рот,
 
Слово ловят жадно,
 
Правду режет, обормот,
 
Весело и складно.
 
 
 
За вагонною стеной
 
Дождик непогодит,
 
Хорошо, как есть такой
 
Парень на проходе.
 
 
 
И несмело у него
 
Просят: ну-ка на ночь
 
Расскажи еще чего,
 
Василий Иваныч…
 
 
 
— Нет, ребята, спать пора,
 
Начинай стелиться,
 
Может вдруг мне до утра
 
Что-нибудь приснится?
 
 
 
Будто я в купе с женой,
 
На столе мадера,
 
Будто нету надо мной
 
Милиционера…
 
 
 
Будто по Москве брожу,
 
Наряжен по моде,
 
В Кремль с ребятами хожу
 
На прогулку вроде…
 
 
 
Доброй ночи, третий класс.
 
Спит, наверно, первый,
 
Правда, классов нет у нас,
 
Но зато есть стервы.
 
 
 
Спите крепко, земляки.
 
Если нет подушек,
 
Подложите кулаки
 
Крепкие под уши.
 
 
 
Отсыпайся, третий класс,
 
Отсыпайся вволю,
 
Будет станция у нас —
 
Поменяться ролью.
 
 
 
Спите крепко, земляки,
 
Берегите нервы,
 
Пригодятся кулаки
 
Разгонять класс первый.
 
 
 
«Баю-баюшки», — поет
 
Мать на верхней полке.
 
Помолившись за народ,
 
Спать ложится Тёркин.
 
 
 
И шинельку подтянул,
 
Укрывая спину,
 
Чью-то тещу помянул,
 
Печку и перину.
 
 
 
От уборной след сырой,
 
Аромат знакомый,
 
На полу сыром герой
 
Спит себе, как дома.
 
 
 
И не видно, чтобы он
 
Удручен был этим,
 
Чтобы сон ему не в сон,
 
Что-нибудь на свете.
 
 
 
Спит, хоть голоден, хоть сыт,
 
С земляками в куче,
 
Слать за вечный недосып,
 
Спать в запас приучен.
 
 
  
ПРО ГАРМОНЬ
  
 
 
Скучно-скучно у крылечка,
 
Зевота карёжит рты,
 
— Хоть бы, Тёркин, ты словечко
 
Подпустил от зевоты.
 
 
 
Не меняя скучной позы,
 
Отвечает Тёркин мой:
 
— Ну, и жизнь: во всем колхозе
 
Нет гармошки ни одной.
 
 
 
Далеко над темным лесом
 
Первых звезд мерцает свет,
 
Никакого интереса
 
Жить в колхозе парням нет.
 
 
 
— Стало быть, шабаш, ребята…
 
— От тоски подохнешь здесь…
 
Только кто-то вдруг из хаты
 
Говорит:
 
— Гармонь-то есть…
 
 
 
Слышат парни: голос кроткий,
 
Видят: бледное лицо,
 
Видят: что-то Марья-тётка
 
Подает им на крыльцо.
 
 
 
Подает в футляре Марья
 
Им трехрядную гармонь,
 
Но молчат смущенно парни,
 
Будто кто сказал: не тронь.
 
 
 
Знали парни, что гармошку
 
Тётка годы берегла,
 
Берегла и всё Тимошку,
 
Всё сынка с войны ждала.
 
 
 
Знали, плачет сиротина
 
По ночам над ней в избе,
 
Гладит ласково, как сына,
 
Горько жалуясь судьбе.
 
 
 
Хорошо играл когда-то
 
На гармони Тимофей…
 
— Ничего, бери, ребята,
 
Ведь гармонь не виновата,
 
Что ж ей ждать… Бери, Бог с ней.
 
 
 
И с неловкою улыбкой
 
Тёркин взял гармонь из рук,
 
Словно тётку он ошибкой,
 
Нехотя, обидел вдруг.
 
 
 
Сел, ссутулился немножко,
 
Будто кто вздохнул в мехах,
 
И вдруг стала та гармошка
 
Оживать в его руках.
 
 
 
Позабытый деревенский
 
Вдруг завел, глаза закрыв,
 
Стороны родной смоленской
 
Грустный памятный мотив.
 
 
 
И от той гармошки старой,
 
Что осталася одна,
 
Как-то вдруг теплее стало
 
На крылечке у окна.
 
 
 
И от хат — уже стемнело —
 
Шел народ, как на огонь.
 
И кому какое дело —
 
Кто играет, чья гармонь!
 
 
 
А гармонь зовет куда-то,
 
Далеко легко ведет,
 
Ах, какой вы все, ребята,
 
Ах, какие ж вы, девчата,
 
Молодой еще народ!
 
 
 
Я не то еще сказал бы,
 
Про себя поберегу,
 
Я не так еще сыграл бы —
 
Жаль, что лучше не могу.
 
 
 
Разговаривают пальцы —
 
Надо помощь скорую.
 
— Знаешь, брось ты эти вальсы,
 
Дай-ка ту, которую…
 
 
 
Тёркин сдвинулся немножко,
 
Оглянулся молодцом,
 
И как-будто ту гармошку
 
Повернул другим концом.
 
 
 
И забыто — не забыто,
 
Чья гармонь, где сын, где мать,
 
Где и кто лежит убитый,
 
И кому еще лежать.
 
 
 
И кому еще живому
 
По земле траву топтать,
 
И кого во век до дому
 
Не дождется чья-то мать…
 
 
 
Плясуны, за парой пара,
 
С места кинулися вдруг.
 
Засмеялись девки парням,
 
Завертелся тесный круг.
 
 
 
— Веселей нажмите, дамы!
 
— На носки не наступать!
 
И бежит шофер тот самый,
 
Опасаясь опоздать.
 
 
 
Растолкал, что с танца сбились,
 
Замешался тесный круг,
 
Крикнул так, что раступились:
 
— Дайте мне, а то помру!
 
 
 
И пошел, пошел работать,
 
Наступая и грозя,
 
Да как выдумает что-то,
 
Что и высказать нельзя.
 
 
 
Удивленные девчонки
 
Прижимаются к избе.
 
Прибаутки, поговорки
 
Сыпет под ноги себе.
 
 
 
Подает за штукой штуку:
 
— Эх, жаль, что нету стуку,
 
Эх, друг,
 
Кабы стук,
 
Кабы вдруг
 
Мощеный круг!
 
 
 
Кабы тапочки отбросить,
 
Подковаться на каблук,
 
Припечатать так, чтоб сразу
 
Каблуку тому каюк!
 
 
 
А гармонь ведет куда-то.
 
Далеко, легко зовет,
 
Нет, какой же вы, ребята,
 
Удивительный народ.
 
 
 
Хоть бы что ребятам этим,
 
Позабыт колхоз и стон,
 
Позабыто всё на свете —
 
Хоть бы что — гудит гармонь.
 
 
 
Я не то еще сказал бы, —
 
Про себя поберегу,
 
Я не так еще сыграл бы, —
 
Жаль, что лучше не могу.
 
 
 
Я забылся на минутку,
 
Заигрался на ходу,
 
А теперь другую шутку
 
Про иное заведу.
 
 
 
— Эх, играй, играй, гармошка,
 
Чтоб на зависть соловью,
 
Я колхозные частушки
 
Под гармошку вам спою.
 
 
 
Если б не было жены,
 
Не было бы тещи:
 
Если б не было колхоза,
 
Не ходил бы тощим.
 
 
 
Если б не было земли,
 
Не было бы неба,
 
Госпоставки отвезли
 
И сидим без хлеба.
 
 
 
Если б не было тюрьмы,
 
Если б не милиция,
 
Разговаривали б мы
 
С радостными лицами.
 
 
 
Скоро, скоро Троица,
 
Наш колхоз накроется…
 
Лопухом и лебедой —
 
Передохнем все весной.
 
 
 
Наш шофер за кучера —
 
Замучило горючее:
 
Запряг пару лошадей —
 
Погоняй, брат, поскорей.
 
 
 
Выйду в поле, в огород,
 
Помолюся за народ,
 
Чтоб цвели, росли картошки,
 
Чтоб не вытянули ножки
 
 
 
Не грусти, моя гармошка,
 
Разливайся соловьем,
 
Не останется картошки —
 
Госпоставки отдаем.
 
 
 
Разгулялся ветер в поле
 
И зовет с собой, зовет,
 
От колхозной нашей доли
 
Я сорвуся на завод.
 
 
 
На заводе Машу встречу,
 
Мне расскажет обо всем,
 
И однажды в теплый вечер
 
Мы с завода удерем.
 
 
 
Где-то есть в лесу полянка,
 
Себе выроем землянку,
 
Перетерпим, перетрем
 
И счастливо заживем.
 
 
 
Воевали, воевали,
 
А теперь заплакали,
 
То свободу обещали,
 
А теперь заакали.
 
 
 
Говорят, опять война —
 
Мое сердце радо:
 
Сталина сожрет она —
 
Так ему и надо.
 
 
 
Эх, калина-калина,
 
Нам не надо Сталина,
 
Нам не надо ВКП,
 
Жить хотим мы по себе.
 
 
 
Песня спета до конца,
 
Милые приятели,
 
Вспомните «вождя-отца»
 
И пошлите к матери.
 
 
***
 
 
— Ну, и Тёркин, ну, и малый,
 
И в кого ты удался,
 
Только мать, наверно, знала…
 
— Я от тетки родился.
 
 
 
— Тёркин-теткин, ёлки-палки,
 
Сыпь еще на зло врагу!
 
— Не могу. Таланта жалко.
 
На потом поберегу.
 
 
 
Песни разные на выбор,
 
Часть оставлю про запас.
 
— И на том тебе спасибо.
 
— На здоровье. В добрый час.