Непристойно богатый вампир (ЛП)

Джулиан протянул его мне.
― Боже мой! ― Я схватилась за грудь, сердце пыталось выскочить из груди. Я сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, и уставилась на него в зеркало. ― Ты можешь издавать хоть какие-то звуки?
― Я могу потребовать того же, ― сухо ответил он, но его лицо по-прежнему выражало тревогу. ― Тебя не было в постели, когда я проснулся.
― Я была недалеко. Ты еще спал. ― Я насухо вытерла лицо, прежде чем нанести солнцезащитный крем.
― И все же… ― Его руки нашли мои бедра, и он наклонился, чтобы потереться носом о мое плечо. Он задержался на этом месте, его глаза на мгновение закрылись, когда он вдохнул. ― Прости меня.
Мне следовало бы оттолкнуть его, но я не хотела. После всего, что он от меня скрывал, я должна была разозлиться. Я должна была потребовать ответов. Вместо этого я хотела остаться вот так, с ним. В эти минуты все казалось таким простым, что я почти забыла, насколько сложными были наши отношения.
― За что?
― Тебе нужен список? ― Его глаза встретились с моими в зеркале. ― Начнем с того, что я должен был рассказать тебе о связи.
― Думаешь?
― Не знаю точно, почему я этого не сделал, ― признался он, поцеловав меня в плечо, от чего я задрожала от удовольствия. ― Я расскажу тебе все, что ты захочешь узнать о странном вампирском дерьме.
― Правда? ― Я выгнула бровь, размышляя, не является ли это знаком того, что я должна спросить его о том, что сказала Жаклин. По какой-то причине, несмотря на предложение, я не была готова спросить об этом. Правда заключалась в том, что я просто не верила ей. Джулиан едва знал меня. Он не мог захотеть остаться со мной до конца моих дней. Может быть, я и не понимаю, что такое спаривание вампиров, но я видела достаточно документальных фильмов о природе, чтобы понять основную концепцию.
― Но сначала, ― сказал он, и я затаила дыхание, ожидая, что он скажет, ― я хочу пригласить тебя на свидание.
― Сейчас?
― Да. ― Он сделал паузу, его глаза слегка потемнели. ― Скорее раньше, чем позже.
― Потому что сегодня у нас театр. ― Я вздохнула. Побывать в парижском театре было просто мечтой.
К сожалению, осознание того, что я буду присутствовать на спектакле в окружении вампиров, превращало эту мечту в кошмар.
Он снова поцеловал меня в плечо и покачал головой. Пятичасовая щетина на его подбородке дразняще царапала мою кожу.
― Потому что если ты не оденешься в ближайшее время, ― сказал он с низким хрипом, ― я отнесу тебя обратно в постель и проведу весь день, зарывшись между твоих ног.
Тепло разлилось по телу, и колени чуть не подкосились. Я ухватилась за мраморную столешницу, чтобы удержаться в вертикальном положении.
― Это заманчиво. Я не уверена, что хочу идти куда-то.
От его негромкой усмешки у меня затрепетало в животе.
― Боюсь, что если мы не приложим усилий, то каждую свободную минуту в Париже мы будем проводить в постели или на каком-нибудь кровавом мероприятии.
― Мы могли бы просто проводить все время в постели и пропускать кровавые мероприятия, ― предложила я. Осторожно провела указательным пальцем по его руке. Он прикрыл глаза, и в его груди раздался низкий гул.
― Осторожнее, детка, ― предупредил он меня. ― Я бы не хотел провести этот день с приступом жажды крови.
Я хотела сказать, что есть способ избавить его от этого, но мне нужно было решить, готова ли я заплатить ту цену, которую это потребует от нас обоих. Я подняла руку и потянулась к расческе.
Сглотнув, я заставила себя придумать что-нибудь нормальное.
― Что мне надеть?
― Что хочешь. Хотя мне больше нравится, когда на тебе ничего нет.
― Думаю, погода сейчас холодновата для этого. ― На моих губах заиграла улыбка. Несмотря ни на что, было что-то очень приятное в том, что тебя хотят так же сильно, как я хотела его.
― Я приму душ, а потом мы отправимся исследовать Париж.
В этот момент мой желудок заурчал, и он ухмыльнулся.
― Начнем с завтрака.
― Я и мой глупый человеческий желудок, ― пробормотала я. Теперь, когда в планах был целый день в Париже, задержка на завтрак казалась такой раздражающей. ― Держу пари, ты бы хотел, чтобы мне не приходилось все время есть.
 
― Я бы ничего в тебе не изменил, даже твой дурацкий человеческий желудок. ― Он двинулся к душевой кабине, повернулся к ней и начал расстегивать рубашку. ― Мне очень нравится ухаживать за тобой.
По мере того как он говорил, во мне разгоралась новая потребность. Я следила за тем, как его проворные пальцы расстегивают последнюю пуговицу. Он снял рубашку и повесил ее на ближайший крючок. К тому времени, когда он расстегнул брюки, я уже чувствовала голод.
― Если ты и дальше будешь так на меня смотреть, то дальше соседней комнаты мы с тобой не уйдем, ― почти прорычал он.
― Извини! ― Я услышала, как включился душ, когда подходила к двери ванной. Не удержавшись, я украдкой взглянула на него.
Джулиан стоял под душем, позволяя воде омывать его. Он повернулся и стряхнул воду с волос.
― У тебя есть примерно три секунды, чтобы унести отсюда свою хорошенькую маленькую попку, прежде чем я поставлю тебя на колени. Границы дозволенного, котёнок.
Я опустила глаза, с удовлетворением отметив, что он возбужден не меньше, чем я. Я послала воздушный поцелуй и закрыла за собой дверь. Теперь у меня была другая проблема. Что надеть на свидание в Париже с вампиром?
― У тебя проблемы с шампанским17, Тея, ― сказала я себе, не в силах сдержать ухмылку, и направилась к шкафу, чтобы решить эту проблему.
***
Я не могла перестать любоваться задницей Джулиана. Свой выбор я остановила на дизайнерских джинсах, купленных во время вчерашнего похода по магазинам, в сочетании с нежно-розовым свитером и кашемировым пиджаком оверсайз.
Джулиан бросил на меня взгляд, прошел к шкафу и вернулся в фактурном черном свитере, облегающем его мускулистое тело, свободно завязанном клетчатом шарфе и джинсах, которые выглядели так, будто были подарены ему богами.
― Такое впечатление, что ты никогда раньше не видела мужчин в джинсах, ― сказал он, снова поймав меня на том, что я пялюсь.
― Я никогда не видела тебя в джинсах, ― поправила я его. Подняв лицо, я усмехнулась. ― Зачем ты носишь что-то другое?
― Джинсы все еще кажутся мне слишком современными. ― Он обнял меня за плечи, когда мы свернули с тихой, засаженной деревьями улицы.
― Современными? ― Я фыркнула.
― Иногда ты забываешь, что я старик. ― Он наклонился и поцеловал меня в лоб.
Я схватила его за руку, перекинутую через плечо, и нахмурилась, почувствовав его перчатки из телячьей кожи. Они были мягкими, как масло, и в осеннем воздухе выглядели вполне уместно, особенно в сочетании с кожаной курткой, которую он прихватил, когда мы выходили из дома. Просто перчатки напомнили мне обо всех препятствиях, которые стояли между нами.
― Вот. ― Он завел нас в небольшую булочную. ― Лучший завтрак в Париже.
Я слушала, как он делает заказ по-французски, и через несколько минут у каждого из нас был горячий кафе и свежий круассан. Я откусила первый кусочек, когда мы вышли за дверь, и замерла на месте. Дюжина слоев хрустящего, маслянистого рая растаяла на моем языке. Я одобрительно застонала.
― Ты заставляешь меня ревновать к кондитерским изделиям, котёнок, ― пробормотал он, осторожно передвигая меня на тротуар, чтобы другие покупатели могли войти.
Я сглотнула и облизнула губы.
― Еще бы. Кажется, я только что лишилась девственности.
― Ты смешная, ― мрачно сказал он, ведя меня по улице.
― Это не похоже на круассаны дома, ― признала я, откусив еще кусочек.
― Ты одобряешь?
― Я подумываю о том, чтобы выйти за него, ― сказала я со вздохом. ― Куда мы идем?
― В одно из моих любимых мест в Париже, ― сказал он.
― Когда ты был здесь в последний раз? ― спросила я, потягивая свой кофе. ― И что, если его больше нет?