Скандинавский король (ЛП)

— Нет, хотим, мы ходим туда каждый год, — говорит Клара и, не пропуская ни одного мгновения, возвращается к чтению вслух.
— Мне даже нечего надеть.
— Почему бы тебе не надеть то, что ты надевала раньше, — говорит Фрея, хихикая. — Папа подумал, что ты выглядишь смешно.
Я застонала. Он думал. Это был его план с самого начала. А у меня до сих пор не было ни минуты наедине с ним, чтобы дать ему пинка под зад.
Но дело в том, что мне нечего надеть. Почему-то я думала, что на бал надену костюм, а теперь, когда я знаю, что этого не произойдёт, мне остаётся только моя собственная одежда, а у меня нет ничего, кроме мини-юбок.
Я вздыхаю и пишу Хенрику, который, вероятно, сейчас очень занят, развозя туда-сюда еду и принадлежности для вечеринки, но я всё равно это делаю. Поскольку я не могу оставить девочек и не собираюсь вести их в магазин одежды, я спрашиваю, может ли Хенрик взять платье во время одного из своих поручений. Я называю ему свой размер и говорю, что не хочу ничего слишком обтягивающего живот, потому что не хочу выставлять напоказ маленький животик, который я приобрела благодаря бесконечной картошке и ржаному хлебу. На самом деле, я просто хочу, чтобы он выбрал что-то, что будет сочетаться с баллом. Он знает лучше, чем я.
Он возвращается с платьем очень поздно. Мы пропустили ужин, потому что Карла и повара были так заняты закусками и напитками для бала, поэтому я порылась на шумной кухне в поисках хлеба и сыра, а затем принесла их в столовую, чтобы нам было чем перекусить, прежде чем всё начнётся.
Я уже накрасилась и выпрямила волосы, чтобы компенсировать тот факт, что весь день они были заплетены в косу и чепец, когда он появился в другом дверном проёме холла.
— Извини, что я так поздно, — говорит Хенрик, задыхаясь. В руках он держит огромный чехол для одежды. — Но я достал платье. Возможно, я советовался по этому поводу с женой, так что, если оно тебе не понравится, это её вина.
— Я уверена, что всё будет хорошо, — говорю я ему и чувствую некоторое облегчение, поскольку однажды встречалась с его женой, и мне показалось, что у неё хорошее чувство моды. Но, опять же, большинство людей в этом городе выглядят очень стильно.
Когда мы покончили с хлебом и сыром, я отвела девочек обратно в свою комнату, поскольку не смею доверять их одним, когда идёт подготовка к вечеринке. Я усаживаю их на кровать и говорю, что они могут быть моими судьями на показе мод.
— Убедись, что ты улыбаешься глазами, — говорит Клара, когда я несу платье в ванную.
Откуда эта девочка знает про "улыбаться глазами" и «Топ-модель по-американски», ума не приложу.
Я закрываю дверь и расстёгиваю молнию на чехле для одежды.
Что ж, первое впечатление хорошее.
Это бронзовый, нюдовый цвет с блёстками и пайетками и…
Я вытаскиваю его из сумки, и тут оно увеличивается в пять раз.
Ни хрена себе.
Это настоящее бальное платье.
Как бальное платье принцессы.
Из диснеевского фильма.
Я беру его в руки, пытаясь понять, подойдёт ли оно вообще, но, к счастью, оно оказалось моего размера.
Мне удаётся надеть его и посмотреть в зеркало.
Верхняя часть бюстье усыпана блёстками, низкий вырез, приподнимающий грудь и в то же время утягивает живот. Остальная часть платья сильно выпирает, всё в блёстках, тюле и волшебстве.
Вау.
— Дай нам посмотреть, — слышу я возглас Клары.
Я открываю дверь и драматично вхожу, сдвигая бедра в сторону и раскидывая руки. — Та-да!
— Ты принцесса! — кричит Клара, прыгает с кровати и бежит ко мне. — Ты больше принцесса, чем я!
— Du ser smuk ud, — говорит Фрея, следуя за сестрой и проводя руками по бокам моего платья.
— Спасибо, — говорю я ей. Она сказала, что я выгляжу великолепно.
Я чувствую себя великолепно.
В этот раз я не думаю, что мои уши немного торчат, или что мои зубы и улыбка слишком большие, или что мои брови слишком резкие и чёткие для моего лица. В кои-то веки я думаю, что всё это вместе делает меня красивой.
Но давайте посмотрим правде в глаза, Аксель заставляет меня чувствовать себя красивой каждую ночь, когда я нахожусь в его постели.
 
— Спящая красавица, — говорит Клара, оглядывая меня. — Вот кто ты.
— Принцесса Аврора, — уточняет Фрея.
Клара хватает сестру за руку и начинает кружить её по моей спальне. — Я знаю тебя, я гуляла с тобой однажды во сне, — поёт она одну из песен из мультфильма. Это ужасно не в такт, и она больше кричит, чем поёт, но в этой сцене передо мной есть что-то такое совершенно очаровательное, что я чувствую, как моё сердце разбивается на миллион кусочков. Это так странно, как что-то может заставить вас чувствовать себя настолько счастливым, настолько хорошим, что в то же время заставляет вас мучительно грустить.
— Ты плачешь, — говорит Фрея, когда Клара поворачивает её ко мне.
— Правда? — говорю я, осторожно проводя краем пальцев под глазом. — Наверное, просто пыль в воздухе.
Я иду в ванную и снова смотрю в зеркало, чтобы убедиться, что мой макияж не испорчен. Я не знаю, были ли это комплименты, которые Майя говорила мне ранее, или то, что Аксель произнёс эту воодушевляющую речь, или то, что я чувствую себя принцессой, как будто я действительно принадлежу этому месту, но все мои эмоции сегодня, кажется, на поверхности.
Пока я не выпью слишком много, я смогу держать себя в руках.
Примерно в 19:30, после того как я переодела девочек в их собственные платья, блестящие розовые и зелёные с бантиками, я получила сообщение от Акселя.
Где ты?
Я вздохнула с облегчением. Я думала, он забыл обо мне.
Я пишу ответ: Только что подготовила девочек.
Он отвечает: Спускайся. Ты нужна мне здесь.
Ты нужна мне.
Такие простые слова, но они воспламеняют моё сердце.
Сейчас буду.
— Хорошо, девочки, — говорю я, кладя телефон на стол. У меня нет клатча, а у платья нет карманов, так что его лучше оставить в моей комнате. — Пойдёмте.
Я беру их за руки, и мы отправляемся на бал.
Бальный зал находится в дальнем крыле дворца на втором этаже, и кроме как поиграть там с девочками и Снаф-снафом, я туда редко хожу.
Но сегодня вечером я словно попала в другой мир.
Вы знаете эти королевские балы, которые показывают в кино: люди в шикарных платьях танцуют под сверкающими люстрами, а дворецкие ходят вокруг с закусками и шампанским, и в углу играет скрипичный оркестр.
Это похоже на это.
Только все одеты гораздо скромнее.
И под этим я подразумеваю, что всё очень гладко, по-скандинавски и сдержанно.
А я только что вошла в комнату в самом пышном в мире выпускном платье.
Головы поворачиваются.
Люди шепчутся.
— Кто это?
— Это няня?
— Кем она себя возомнила, принцессой?
Ладно, я не могу расслышать или понять их со своего места, но я уверена, что они говорят именно это.
Но это не имеет значения. Я высоко держу голову, не обращая внимания на взгляды, и сканирую комнату в поисках Акселя.
Сначала я его не вижу, поэтому, продолжая держать девочек за руки железной хваткой, я медленно прохожу сквозь толпу, кивая головой некоторым знакомым сотрудникам. Но даже они бросают на меня взгляд, знаете, такой, который говорит: Ты тоже работаешь? Вероятно, за этим следует вопрос: как, чёрт возьми, она смогла позволить себе это платье на нашу зарплату?
Последнего я не знаю. На этикетке было написано Valentino, и я очень надеюсь, что это не аукнется, потому что у меня нет таких денег.
И тут, как море расступается перед Моисеем, толпа передо мной распадается, и я вижу Акселя, стоящего с премьер-министром Дании.
Премьер-министр замечает меня первым, кивает и что-то говорит Акселю.
Аксель поворачивает голову в мою сторону.
Его челюсть практически отпадает. По крайней мере, мне так кажется, так как обычно она так напрягается. Именно на такую реакцию я и рассчитывала.