Медиум на полставки (СИ)
Очевидно, что охрана уже увидела по камерам видеонаблюдения всё произошедшее с Палмерами, и начала реагировать в рамках должностных инструкций. По этажу разнеслась сирена, и на её фоне женский явно автоматизированный голос холодно проговорил:
— Внимание! В клинике объявляется карантин! Всем медсестрам надеть костюмы биологической защиты и занять места согласно регламенту! Пациентам просьба не выходить из палат до получения дальнейших инструкций.
Нам с Донни оставалось терпеливо ждать, пока не появится медперсонал и охрана. Все в костюмах защиты, не особо отличающихся от аналогичных в моём мире, с автономными устройствами для дыхания. Четверо охранников в более защищенных, чёрных костюмах с жесткими стальными сочленениями и медперсонал в белых, полимерных и лёгких.
— Вы в порядке? Что произошло? — спросил строгий женский голос из-под пластиковой маски.
Мы рассказали о том, что родители Лоры Палмер и медсестра зашли к ней в палату, затем вернулись в коридор и потеряли сознание. Мне повезло, что меня никто особо и не спрашивал, все вопросы задавали Донни, иначе бы я точно наговорил лишнего. Но, понимая, что болезнь может быть заразной, он всё же рассказал о Дуброве, тоже почувствовавшем себя плохо, и медсестре-воровке, которая с ним точно контактировала.
— Вы двое, пройдите в процедурную для полного обследования, — скомандовала женщина. — Затем вам будут выделены отдельные палаты до завершения карантина на этаже. — Она перевела взгляд на охранников. — А вы бегом в комнату отдыха, и дневную медсестру найдите.
— Слушаюсь, госпожа Кацуги, — козырнули мужчины и быстро убежали по коридору.
Другие охранники проследили, чтобы мы никуда не свинтили, и отвели в процедурный кабинет на этом же этаже. Затем было полное обследование, которое провели, опять же, люди в защитных костюмах. И потянулось долгое время ожидания. Хорошо хоть не забрали телефон, и я мог держать связь с дворецким Ханом и профессором, запертыми на карантин в моей палате. Узнав о том, что болезнь стала заразной, Семёнов преисполнился каким-то нездоровым оптимизмом, хотя, по-моему, радоваться тут было особо нечему.
— Я попробую договориться по своим каналам, чтобы меня привлекли к исследованиям, раз уж я так удачно и совершенно случайно оказался на месте появления опасной болезни, — радостно сказал Семёнов. — Надеюсь, всё получится.
Бедняга Донни сильно нервничал, хоть и старался не подавать виду. Ещё бы, ведь теперь пострадала не только Лора, но и его родители. Трудно было не заметить состояние парня, сидящего на больничной койке с потерянным видом и смотрящего в одну точку перед собой.
— Семёнов обязательно во всём разберётся, — попытался я его успокоить. — Да и Рональд не совсем бесполезен, если его контролировать.
— Очень на это надеюсь, — тяжело вздохнул парень. — Слушай, а если эта болезнь имеет духовное основание, то ты не можешь её впитать так же, как и того демона?
Если честно, у меня тоже проскальзывали подобные мысли, но я понятия не имел как к этому подступиться. Каждый раз это происходило спонтанно и при условии, что оба поглощённых существа сами пытались влезть в мою душу. Каковы шансы, что болезнь работает так же и я смогу её сожрать до того, как она меня убьет?
Я поделился с Донни своими опасениями, но заверил, что если Семёнов не сможет в ближайшее время найти решение, то обязательно попытаюсь реализовать этот вариант.
— Значит, пока нам остается только ждать, — резюмировал парень, и слабо улыбнулся. — Надеюсь, ты не винишь себя в произошедшем, как любишь это обычно делать?
Всё-таки он святой. Я сам на его месте уже проклял бы и себя, и Дуброва, и тупую голову Рональда.
— Немного, — признался я. — Но больше Дуброва. Надо же умудриться настолько ухудшить ситуацию.
— Думаю, если он выживет, то своё получит. Несоблюдение правил могут простить только когда они приносят положительный результат.
В течение часа к нам ещё дважды заходила медсестра в защитном костюме, забирая анализы. А в третий раз она появилась уже в обычной форме и сообщила, что мы не заражены, но должны пока оставаться в палате. Также она рассказала, что родители Донни действительно заразились от Лоры вирусом, но в куда более слабой форме. Во всяком случае, развитие болезни проходило куда медленнее, их даже не стали вводить в кому и замедлять все жизненные процессы. Дуброва в комнате отдыха тоже нашли, а вот медсестра успела покинуть клинику и могла контактировать с большим количеством людей, но, судя по всему, заболевшие второй волны оказались не заразны. К счастью.
— Конечно, ещё рано делать окончательные выводы, мы только изучаем документы Дуброва, — заметила медсестра. Кстати, выглядела она очень эффектно: халат подчёркивал стройную фигуру, азиатское лицо не давало точно считать возраст, но явно старше тридцати. — Марина, медсестра, что прикасалась к Дуброву, пока будет содержаться под наблюдением, как и вы двое. Этаж тоже останется на карантине до завтра.
— Понятно, — кивнул Донни. — Тогда у меня есть ещё один важный вопрос… — Он покосился на меня. — А кормить нас тут будут?
Похоже, даже в такой ситуации он не забывал о глобальной цели — привести мой вес к нормальному человеческому показателю. Я чуть не расплакался от умиления.
— Да, конечно, сейчас распоряжусь, — заверила Донни женщина. — От лица клиники я должна принести извинения за сложившуюся ситуацию. Самоуправство Дуброва привело к опасным последствиям и все наши ресурсы сейчас направлены на лечение вашей семьи.
— Наши ресурсы? — переспросил я, внимательно разглядывая азиатку. Из-под белого халата выглядывал явно дорогой костюм, да и голос напоминал ту самую женщину, раздававшую приказы охране в коридоре. — Вы же не обычная медсестра, так ведь?
— Меня зовут Шина Кацуги, я главный врач этой клиники, — подтвердила мои подозрения женщина. — И я несу полную ответственность за действия доктора Дуброва. Он отличный специалист, лучший, я бы даже сказала, но иногда увлекается и позволяет себе лишнее. В этот раз он перешёл все границы.
Ну, понятно, местный доктор Хаус. А уж в компании с призрачной версией головы доктора Доуэля получился и вовсе взрывной тандем.
— Отдыхайте, а мы пока займёмся решением проблемы и сообщим сразу, как только появятся результаты.
Главный врач ушла, и вскоре нам действительно принесли шикарный ужин. Аппетит немного испортил звонок отца, отчитавшего меня за то, что произошло в клинике, как будто я как-то в этом участвовал. А вот следом объявился Джеймс, и его реакция стала для меня словно бальзам на душу:
— Штраф⁈ — вместо приветствия заорал он в трубку. — Какого чёрта⁈
— Я тут не при чём, — тут же сказал я. — Это всё церковь.
— Бегом сюда! Объяснишь мне, с какой стати профессионально проведённый мной ритуал посчитали некорректным.
— Тут в клинике возникли сложности…
— Плевать мне на твои сложности! — На заднем фоне раздался тихий голос Мисси и Джеймс нехотя исправился: — Ладно, сегодня уже поздно. Завтра с утра явишься в офис и будешь выполнять выбранные Мисси задания до тех пор, пока не покроешь штраф трехкратно!
Я не смог сдержать улыбку. То он говорит, что больше мне ничего и никогда не доверит, то насильно пристраивает к делу.
— Но почему трехкратно-то?
— Моральный ущерб, — уже спокойнее ответил медиум. — И будь добр, сделай так, чтобы из клиники мне штрафов не приходило. По новостям сообщили, что в ней объявлен карантин, уверен, это как-то связано с тобой, ты же у нас ходячее бедствие.
— Но…
— И меня совершенно не интересует, что произошло. Не моё дело!
Джеймс бросил трубку прежде, чем я успел посоветоваться о волновавших меня вопросах: духовная болезнь Лоры, неожиданно открывшаяся у меня способность поглощать существ и вынуждать людей говорить правду. Конечно, на крайний случай у меня всегда была Мисси. Помощница медиума с радостью помогала в поисках информации, знать бы только что именно искать.
Время уже было за полночь, когда к нам вновь заглянула мисс Кацуги.