Путешествие будет опасным [Смерть гражданина. Устранители. Путешествие будет опасным]
Элайн в течение нескольких секунд испытующе разглядывала меня, потом отвернулась и уселась поудобнее на кровати.
Я лениво размышлял о том, насколько женщины устроены иначе, чем мужчины, если им доставляет удовольствие сидеть на собственных ногах.
Внезапно она подняла глаза, надеясь, наверное, застать меня врасплох.
— Майк никогда даже не намекал на это, — заметила Элайн.
Я ничего не ответил, и она продолжала:
— Конечно, временами он был ужасно таинственен, и я не верила, будто он всего лишь страховой агент в отпуске. Почему его заинтересовала миссис Дриллинг и почему она интересует вас?
Я честно ответил:
— Еще не знаю.
— Но вы не станете отрицать, что следите за ней. Я же сама видела.
— А как же, — согласился я, — Я позвонил в Денвер, чтобы сообщить о Майке, и босс сразу же послал меня проверить кемпинг — не улизнула ли оттуда миссис Дриллинг. Он сейчас звонит на Побережье, чтобы узнать, в чем дело. Утром я снова буду с ним разговаривать.
Я нахмурился и посмотрел на Элайн.
— Не думаю, что вы соизволите сообщить мне, какие правительственные дела привели вас сюда, мисс Хармс?
Она колебалась не более секунды.
— Не вижу, почему нет. Можете передать информацию вашему боссу вместе с предупреждением. Миссис Дриллинг стащила научно-техническую документацию государственной важности. Ее муж, ученый, работающий над одним секретным правительственным проектом, был как будто немного неосторожен со своими бумагами. Мы пытаемся вернуть их прежде, чем она передаст их своему любовнику, иностранному разведчику. Мы думаем, что они договорились встретиться в Восточной Канаде и вместе удрать морем за границу. Мы не прочь поймать и его, если это не повредит главной задаче — вернуть документы.
Я сказал:
— Полагаю, она их временно куда-то сплавила. Иначе все, что вам надо было сделать, — это перетряхнуть трейлер и «форд».
— Могу сообщить, если вас интересует, — ответила Элайн, — что несколько дней назад мы предприняли тщательные поиски (боюсь, несколько тайным и незаконным образом), но ничего не обнаружили. После того как Дриллинг удрала из дому, у нее было три дня, чтобы избавиться от документов, прежде чем ее засекли в Британской Колумбии. Мы думаем, что она переслала их по почте в какой-нибудь городок на востоке Канады и сейчас направляется туда за ними. В любом случае мы не спустим с нее глаз, пока не найдем документов.
Элайн подняла на меня глаза.
— Можете передать своему боссу, что у любого честного агентства, которое впутается в это дело, будут серьезные неприятности.
Я вздохнул.
— Душечка, вы — самая грозная девушка, какую я когда-либо встречал. Сначала это была полиция Реджины, а теперь — правительство США. Но я сообщу ему. Уверен, что он затрясется, как лист на ветру. Он очень пугливый человек, мой босс, совсем как я.
Девушка на постели рассмеялась. На этот раз настоящим, искренним смехом, отчего ее лицо засияло, и все дефекты словно бы исчезли. Она и в самом деле была очень мила.
— Простите, — сказала она, — Я не имела в виду изображать себя такой важной и строгой персоной, но Майк Грин доставил нам немало беспокойства, крутясь возле нашего объекта, и, не зная, кто он, мы затратили на него кучу времени.
— А вам не довелось увидеть убийцу, пока вы тратили эту уйму времени?
Элайн слегка покраснела, словно я упрекнул ее в некомпетентности. По сути дела, так, впрочем, и было.
— Нет, — ответила она. — Когда я попала туда после полудня, он уже был мертв. Но разве есть сомнения? Другой-то кандидатуры не имеется.
Я пожал плечами.
— Откуда мне знать? Моя информация так скудна. Что ж, завтра утром я передам боссу ваше предупреждение, а сейчас я, пожалуй, побегу в кемпинг и попробую урвать пару часов для сна. А дождь все идет! Хоть бы мои спальные принадлежности не промокли. Палатка у меня не такая уж водонепроницаемая, — Я бросил взгляд на часы, — Пока накачаю этот чертов матрац, от ночи ничего не останется.
— Несколько часов у вас есть. Эта Дриллинг редко когда выползает на дорогу раньше девяти часов утра.
Девушка заколебалась. Что-то в ее интонации заставило меня внимательно посмотреть ей в глаза. Она ответила ничего не выражающим взглядом и похлопала по кровати, на которой сидела.
— Это большая кровать, — заметила она. Атмосфера в комнате внезапно изменилась. Элайн вызывающе взглянула на меня.
— У нас с вами такая тоскливая профессия…
Я молчал: ход по-прежнему был за ней. Она продолжила:
— Конечно, если вам не хочется, то о’кей. Я имею в виду, если вы храните верность жене или любимой девушке, то меньше всего я хочу сбить вас с истинного пути. И если вы спите только с девицами, у которых щечки как лепестки роз…
Она замолчала, не сводя с меня глаз. Я сказал:
— Откуда вы все знаете? А если я просто устал, проехав пятьсот миль за семь часов? Эти «фольксвагены» не предназначены для автогонок.
В ее глазах что-то изменилось, они стали пустыми и потускнели, как тающий лед.
— Отговорка не хуже всякой другой, — заметила она ровным тоном. — Прошу прощения за предложение. Встретимся вечером в Брэндоне. На случай, если забудете название, это город, в окрестностях которого находится большая провинциальная тюрьма. Расстояние отсюда составляет как раз средний дневной пробег миссис Дриллинг, если только она не изменит своих привычек решительным образом. Мисс Элайн Хармс, Музхед-лодж, номер двенадцать. Буду ждать и советую появиться с именем вашего босса и убедительным объяснением причины, по которой вы впутались в это дело. Мой шеф не поощряет частную инициативу.
— Угрозы, одни угрозы, — вздохнул я и, посмотрев на нее сверху вниз, грубо спросил:
— Получил ли Майк Грин аналогичное предложение, и если да, то какова была его реакция?
Элайн не шелохнулась, продолжая сидеть, скрестив под собой ноги. После короткой паузы она сказала пустым голосом:
— Майк Грин предпочитал дам повыше классом и приятней для взора. Зачем класть под себя отмеченных оспой мартышек, когда вокруг есть много чего получше. Конец цитаты. По крайней мере, он был честен и не заявлял, что устал. — Она сделал гримасу, — До свидания, мистер Клевенджер. Желаю вам хорошо отдохнуть и жду вас в Брэндоне с ворохом информации.
Я сказал:
— Вы симпатичнее, когда злитесь, но красивей, когда смеетесь.
Элайн взглянула на меня и после долгой паузы осторожно сказала:
— Романтический подход можно пустить побоку. И не делайте бедной девушке разных больших одолжений.
— Чего только не сделаешь, — возразил я, — чтобы не спать под дождем в дырявой палатке.
Она медленно улыбнулась. Улыбка ее была так же приятна, как и смех: немного заносчивая, свежая и бесстыдная.
— И чего только не сделает девушка, чтобы не спать одной!
Глава 5
Когда я оделся и вышел из ванной, Элайн стояла у окна, глядя на серое небо и улицу четырьмя этажами ниже. В бледном свете раннего утра она являла собой довольно интригующую картинку, так как на ней была только белая шелковая рубашка, которую нам почему-то так и не довелось снять в нашей внезапной приди-в-мои-объятия-какой-ты-есть любовной игре. Войдя в комнату, я не мог не заметить, что импровизированная ночная рубашка в отношении длины сильно уступает тем, что продают в магазинах.
— Свяжусь с вами в Брэндоне, — объявил я деловым тоном, так как не очень ясно представлял, какими предполагались теперь наши отношения.
Элайн повернулась и посмотрела на меня. Потом принялась застегивать рубашку — как я понимаю, больше из чувства опрятности, чем из скромности, так как особых причин для проявления застенчивости у нас с ней уже не было. Она как-то странно и сухо улыбнулась.
— Наверное, считаете меня дешевой шлюхой?
Я сказал:
— В этой комнате мужчина может только проигрывать. Если он не хочет спать с вами, значит, ему противна ваша внешность. Если спит — порочит вашу репутацию.