Путешествие будет опасным [Смерть гражданина. Устранители. Путешествие будет опасным]
Прикрыв лицо рукой, я сделал еще шаг назад, слыша, как за моей спиной покатывается со смеху Мартелл. Вдруг он перестал смеяться, но было уже поздно — он допустил ошибку, забыв, что я могу быть опасен. Я немало для этого потрудился и дорого заплатил за такую возможность, но дело того стоило. К тому моменту, когда Мартелл осознал свой промах, я оказался слишком близко к нему, прямо на том месте, где мне и следовало находиться.
Я рывком опрокинул стол на Джо. Колесо «ягуара» помогло: соскользнув со стола, оно ударило его в грудь. Тем же движением я развернулся, и мой расчет оказался точен: Мартелл как раз вытаскивал пистолет из кармана. Я нанес ему удар в солнечное сплетение — прямой выпад четырьмя вытянутыми пальцами, большой палец оттянул в сторону для придания жесткости остальным, — гораздо эффективнее, чем боксерский удар кулаком. Он согнулся, парализованный, пополам, и пистолет очутился у меня в руке.
Послав пулю в Мартелла, я бросился на пол, и первый выстрел Джо пришелся поверх моей головы. Для второго выстрела я ему возможности не предоставил. Дистанция была почти нулевая, и я выбрал для прицела голову Джо. Первая пуля продырявила в ней аккуратное маленькое отверстие, но вторая вроде как разнесла все внутри. Итак, минус Джо, который имел одно хорошее побуждение в жизни. Если имел — другие не могли бы похвастаться и одним.
Я встал. Мартелл как будто еще дышал, и я не переставал следить за ним, но сейчас меня больше беспокоил случайный выстрел Джо: Бет сидела на полу. Я подошел и рывком поднял ее. Она издавала какие-то негромкие, хныкающие звуки.
— С тобой все в порядке? — спросил я. — Тебя не задело?
Смешно сказать, но я действительно беспокоился, хотя минуту назад не дал бы за нее и цента, в рубашке или без таковой. Но теперь, когда все более или менее закончилось, я не хотел, чтобы она пострадала. Бет продолжала бессвязно всхлипывать.
Тут я услышал размеренный голос Логана:
— Та пуля попала в стену, вон там. Элизабет просто слегка в истерике, неужели не понимаете?
Это я понимал. Еще много дней мне будут об этом напоминать царапины на лице. Я помог Бет пересечь комнату. Она села рядом с Логаном и закрыла лицо руками.
— Ну а вы? — спросил я.
— В полном порядке, — ответил он и бросил взгляд на жену. — Вы, старик, несколько сурово обошлись с ней. Такие вещи женщины не очень легко переваривают.
— Наверное, это нелегко, — возразил я, — Но уверен, что у многих получалось.
Логан, казалось, был слегка сбит с толку, потом сказал:
— Да, конечно. Пожалуй, — и добавил: — Вам бы стоило заняться нашим другом. Он, по-моему, снова тянется к оружию. По крайней мере, он еще жив.
— В этом нет никакой необходимости, — заметил я, подошел и выстрелил Мартеллу в затылок.
Я услышал, как ахнула за моей спиной Бет. Она, очевидно, достаточно очнулась от транса, чтобы засвидетельствовать мой жестокий акт. Даже Логан как будто встревожился.
— Послушайте, старик…
Я перевернул носком ботинка тело Мартелла. Он лежал, свернувшись калачиком, как ребенок, но распрямился, когда безжизненно перевернулся на спину. Одна его рука отлетела в сторону, не выпустив из пальцев мой 38-й, который он отобрал у меня утром. Следовало отдать ему должное: настолько силен в нем был боевой командный дух. Его отхлестали по лицу и выслали в Сибирь — Америку то есть. Но он остался верен делу и не прекращал усилий до самого конца. Потянувшись, я взял пистолет из рук Мартелла, перезарядил, заменив патроны, израсходованные им на юного Логана, и положил оружие в карман. Кому-то, возможно, и мне, еще предстояло рассказать Логану о сыне, но момент казался не очень подходящим. Без особого удовлетворения я посмотрел на лицо Мартелла с толстыми чувственными губами. Личные счеты были сведены, Поль отомщен и агент по имени Фрэнсис, которого я никогда не видел, тоже. Нельзя сказать, впрочем, чтобы Поль числился в моих друзьях, но так или иначе Мак теперь может облегченно вздохнуть и перевести досье Мартелла в картотеку закрытых дел. Только моего золингена мне будет недоставать.
Я вздохнул, подошел к колесу на полу, выудил из камеры блестящую баночку и с помощью штопора вытащил пробку. Пошарив пальцами в белом порошке, я осторожно извлек наружу маленький металлический цилиндр. Он оказался довольно тяжелым. На металле оставались царапины от ногтя, так что это, судя по всему, был свинец. Два маленьких проводка, закрученных спиральками, торчали из одного конца цилиндра.
Бет подошла ко мне.
— Что это? — спросила она.
— Не знаю, — ответил я. — Но не думаю, что для нашего здоровья будет полезно соединить эти проводки между собой. Особенно если в электрической цепи окажется батарейка.
— Не понимаю…
— Значит, нас — двое, — заключил я.
Логан произнес ленивым тоном:
— Что я хочу сказать, старик…
Мне уже надоели его британские словечки и акцент, подлинный или мнимый.
— В чем дело, старик?
— Похоже, вниз по каньону едет автомобиль. Может быть, конечно, и не к нам, но тем не менее…
— О, Бог мой! — взмолился я.
Мы еще отнюдь не выбрались из леса, хотя между деревьями уже виднелся просвет. Я запихнул цилиндр в его гнездо с героином и закрыл банку пробкой. Пока пальцы выполняли свою работу, я соображал, как быть дальше. Всегда хочется, чтобы все вокруг думали, будто ответы на любые вопросы у вас прямо на кончике языка.
Я подошел и бросил на кушетку Логана автоматический пистолет Мартелла, затем, не теряя времени на дурацкие советы, вышел из хижины. Если Дюк заслуживал своей репутации, — а пока этого что-то не замечалось, — он должен сообразить, как ему поступить. Если же не сумеет, то, вероятно, и по моей указке не сможет сделать все, как надо.
Они появились передо мной как на ладони, словно дикие гуси, летящие на приманку. Я сидел в кустах на склоне холма, когда длинный кондиционированный «кадиллак» выскочил по ухабам прямо под прицел моего пистолета. В нем сидели Фредерикс и водитель — тот тип, что сторожил дверь в кабинет босса. Прямо подо мной они остановили машину, вылезли наружу и огляделись.
— Обе машины здесь, — услышал я голос Фредерикса, — Какого же черта…
Из хижины донесся пронзительный возмущенный крик женщины: Логан сообразил, а Бет выполнила. Не забыть наградить обоих медалями.
Водитель рассмеялся.
— Так заняты, что не слышат, как мы подъехали.
— Черт побери, могли бы гоняться за юбками в свободное от работы время! — сердито бросил Фредерикс. — Я покажу им, как заставлять меня ждать!
Я взял под прицел водителя, полагая из них двоих его более опасным. Фредерикс уже, наверное, не один год не расстреливал лично своей жертвы. Все должно было быть легко и просто, но тут я совсем некстати вспомнил слова Мака: «Сделать это надо хотя бы с видимостью законности, чтобы не расстраивать наших коллег из других ведомств».
— Руки вверх! — скомандовал я, — Вы арестованы!
Дурацкое положение. Наверное, подобные вещи делаются как-то иначе и лучше — полицейские, говорят, справляются с этим шутя. Но я, очевидно, что-то сделал неправильно, потому что оба арестованных бросились в разные стороны, хватаясь за пистолеты в карманах.
Водителя я подловил по всем правилам, проследив за его нырком так, чтобы он еще в прыжке наткнулся на пулю. Тут же я переключил внимание на Фредерикса, но в тот же момент ощутил сильный парализующий удар в грудь.
Я попытался перехватить оружие в левую руку. Прием, известный со времен ковбоев, как «перехват-на-границе». Вы этаким трюком перекидываете оружие из одной руки в другую. Но проблема в том, что данный фокус не очень-то получается, если ваша правая рука выведена из строя, а когда еще вам все это нужно? Если я не ошибаюсь, последний раз, согласно Истории Запада, этот трюк пытались сделать, когда какой-то пьяница случайным выстрелом зацепил правую руку профессионального игрока Люка Шорта. Люк пытался сделать знаменитый перехват, но не сумел, так как тот тип застрелил его вторым выстрелом.