Куда ведут все карты (СИ)
— Смотрите, — сказал Уильям, и «смотритесмотритесмотрите» взвилось вокруг сотнями голосов.
Когда они успокоились, Макс и Лиз наконец увидели то, на что указывал Уильям: на полу появилась вода. Она разлилась лужами и дрожала, ловя отсветы изумрудов.
— Откуда здесь вода? — удивился Макс.
— Оттуда же, откуда свет: от магии, — уверенно сказал Уильям.
— А магический фон вы тоже чувствуете? — с подозрением спросила Лиз.
Уильям покачал головой. Он не чувствовал, он просто знал, и отчего-то Лиз не захотелось ни спорить с ним, ни подначивать. Она только вспомнила, как затапливало пещеру, в которой она нашла трубку, и мурашки побежали по спине и рукам.
— Мы идём? — обернулся Уильям, обводя взглядом Лиз и Макса.
Они переглянулись.
— А ты предлагаешь повернуть сейчас, Уилл? — хмыкнул Макс и пошёл вперёд.
Лиз поспешила следом, боясь оставаться одна в этой сияющей пещере.
В этот раз идти долго не пришлось. Иномирный свет слегка потускнел, разошёлся в стороны, и перед ними вырос залитый водой зал. Лиз выдохнула: «Такой же…» Всё, что различало эти бассейны: отсутствие пьедестала в середине, на котором покоилась бы искомая реликвия, да свечение — зелёное вместо голубого. Теперь Лиз оглядывалась, пытаясь понять, где искать. Может, что-то было впечатано в своды пещеры? Или в края бассейна? Или в арку, в которую они только что вошли? Везде её встречал непримечательный камень без признаков тайных кодов и загадок. Даже символов никаких не было на том берегу, где они оказались.
Лиз раздражённо фыркнула и топнула ногой. И тут её позвал Макс:
— Эй, Лиззи, смотри. Вон там, это что-то значит?
Лиз встрепенулась и подошла к кромке воды, прищурилась и тогда наконец углядела на противоположной стене выше человеческого роста ту же самую фигуру, которую видела по дороге сюда. Что это значит, она особо не понимала. К расшифровкам символов после возвращения домой она даже не приступала: сначала отсыпалась, потом отходила, потом вернулась на практику в университет, и как-то закрутила её жизнь на этот коротенький перерыв, пока о ней не вспоминали ни Макс, ни Уильям, и только однокурсники докучали вопросами, на которые она не могла ответить.
Лиз достала из сумки вымокший альбом, тяжело вздохнула и кое-как начиркала ручкой нечто, напоминающее этот бассейн и знак над ним. И, только убирая всё в сумку, обратила внимание на Уильяма. Он сидел на корточках у воды и задумчиво сверлил стену взглядом.
— Нам придётся погрузиться, — мрачно сказал он.
— Зачем? — не понял Макс.
— Судя по карте, — вздохнул Уильям, — то, к чему мы идём, по ту сторону.
— Ты уверен? — Лиз поспешила к нему. — Может, тут есть другой путь?
— Ты его видишь? — огрызнулся Уильям и достал из кармана карту. Благоразумно обёрнутая в файл, она всё равно слегка промокла по краям. — На, посмотри.
И Лиз посмотрела. Она крутила и вертела карту, бродила по берегу, даже опасливо выходила с светящийся коридор: а вдруг где-то рядом был потайной ход? Но опять никаких зацепок. Только слегка возвышающаяся над водой арка на той стороне. Как раз под символом…
С неудовольствием цыкнув, Лиз вручила Уильяму карту и скрестила руки на груди.
— И с каких пор вы, господин инспектор, стали разбираться в картах… — сказала она.
— С тех пор, как взял в такую командировку военного и студентку.
Он провёл рукой по поверхности озера и покачал головой.
— Это может быть опасно, — сказал Макс. — Может, не стоит погружаться всем? Как вы делали в прошлый раз?
— Как в прошлый раз, мы делать не будем, — отрезал Уильям.
— Согласна! — поддакнула Лиз. — Может, ты как-то сам, а?
Уильям вскинул брови.
— И плавать туда-сюда, если мне понадобится ваш изворотливый мозг, мисс Уэлфри? После разговора с тем стариком наверху я прекрасно понял, почему Макс и Роквуд не смогли тебя остановить. Думаю, мне стоит извиниться. — И он кивнул Максу.
Тот, довольный, надулся, как пузырь, и огромных усилий ему стоило не засмеяться. Лиз тоже надулась — но совсем не от веселья. Щёки её покраснели, кулаки сжались так, будто она была готова Уильяма избить, если бы могла, а взгляд её испепелял.
Уильям сделал вид, что не заметил, хотя такие эмоции должны были пробиваться и сквозь «глушилку» амулета.
— Мы идём все вместе. Ты, — указал он на Лиз, — потому что иначе я взял тебя зря. Макс, потому что чёрт знает, что мы встретим по ту сторону.
— Пушки воду не оценят, — хмыкнул Макс, погладил кожаную только подсохшую кобуру и с сомнением поглядел на подземное озеро.
От его края вглубь вели широкие высокие ступени, и Уильям, закатив глаза, первым шагнул в воду. Его уверенная бесстрастная маска разбилась на осколки. Лицо исказило болью. Рот беззвучно открылся. Но не успели Макс с Лиз сообразить, как он вскинул трясущуюся руку, призывая к тишине, и сделал ещё шаг. Шумно вдохнув, он вошёл в воду по грудь, снова застыл, возвёл глаза к потолку — и нырнул. Его силуэт тут же растаял в казавшейся прозрачной воде.
Лиз ойкнула.
— Нам точно нужно?.. — повернулась она к Максу. — Может, бросим его и уйдём?
— А потом он всплывёт и осудит нас на пожизненное? Пойдём.
Макс прыгнул сразу на пару ступеней вниз — и многоэтажно выругался. Лиз вытаращилась на него, подавившись всем, чем только могла. Макс же, будто онемев или истратив весь словарный запас на смачное ругательство, жестами приглашал её войти и попробовать самой то, что ему, судя по невыразимым гримасам, нравилось до глубины души.
— Т-только т-ты… л-лучше быст-тро… — выдавил Макс, улыбаясь во весь рот. Губы и руки у него дрожали.
Лиз замерла у края. Быстро заходить в воду она не умела. А после лиц Макса и Уильяма попросту боялась. И не зря. Стоило спуститься на одну ступень (вода достала до щиколотки, залилась в ботинки), как Лиз взвизгнула, но Макс схватил её за руку, не позволяя выпрыгнуть на берег. Вода в руднике была нетёплой, да и морские волны не были горячим душем, но ничто не пронзало кожу тысячами ледяных иголок так, как этот пещерный бассейн. Ей казалось, что она замёрзнет на месте. Хотелось повернуть и зарыдать, но Макс вцепился в её руку и тянул к себе.
— Лучше прыгни, — тихо сказал он. — Так легче.
— Я… не… могу…
У неё зуб на зуб не попадал, и глаза наполнялись горячими слезами. Её не пристрелили бандиты, не утопило наводнение, не свалило в океан, так убьёт переохлаждением! Чудесно-то как! Вот папа обрадуется. Он всегда говорил, что эти её «археологические штучки» до добра не доведут.
— Макс, пожалуйста. Я не могу! — вскрикнула Лиз, когда вода коснулась коленей, и дёрнулась назад. — Отпусти меня. Я подожду тут. Уилл справится. Может, он уже умер. Макс!..
Он дёрнул её на себя, и Лиз, не удержавшись на подгибающихся ногах, рухнула в воду. Лёд забрался в нос, в рот, хлынул в горло, расцарапывая холодом. Она вынырнула, пытаясь вдохнуть в слипшиеся от холода лёгкие воздух, но получалось так обрывочно, так недостаточно. И она лишь бессильно и бесслёзно расплакалась, дрожа в этом ледяном плену.
Макс прижал её к себе, и она думала, что почувствует столь необходимое тепло, но нет — только сильные руки, не дающие сбежать, и дрожь его мышц.
— Я уверен, — тихо сказал он, когда она более или менее выровняла дыхание, — что на той стороне лучше. Ты уже сделала много. Осталось нырнуть и проплыть буквально пару метров.
Лиз подняла на него глаза и замотала головой.
— Я не нырну.
— Нырнёшь. — Он достал из воды холодную побледневшую ладонь и коснулся щеки Лиз. — Всё будет в порядке. Я тебя защищу если что. И вытяну. Давай, Лиззи. Глубокий вдох…
Она обрывисто вдохнула, зажмурилась — и Макс оттолкнулся, утягивая их обоих вглубь озера.
Макс распахнул глаза и первые мгновения не понимал, где находится и что происходит. Его никуда не несло, и лёгкие не сдавливало нехваткой кислорода. Его вообще не окружала эта невозможно светящаяся, пронизывающая холодом зеленоватая вода. Но хуже всего — рядом не было Лиз. Последнее, что он помнил, как прижал её к себе и они ушли глубоко под воду. Всё заняло секунды: вот он чувствует давление её тела на его — и вот уже её нет. Она исчезла — или исчез он сам?