Мечты камня (ЛП)

— Не знаю, стоит ли мне писать ему, Хасан. Знаю, что нехорошо бросать его одного в такой тяжёлый период, учитывая все обстоятельства с отцом и престолонаследием, — опускаю глаза. — Чувствую себя… эгоисткой. Мне не хочется, чтобы он становился королём, — но стоит мне произнести это, как я уже жалею о своих словах и поправляю их, понимая, что это не совсем правда: — Нет, не так. На самом деле я хочу, чтобы он им стал. Для его же блага. Я бы хотела… чтобы его мечта сбылась. Он боролся за это. Вот только, если бы не корона… может, мы могли бы быть вместе.
Мальчик сводит брови и садится рядом, подпирая руками подборок, словно решает какую-то сложную задачу.
— Но вы всё ещё можете быть вместе, — я изумлённо смотрю на него, он пожимает плечами. — А почему нет? Если вы оба этого хотите, то что вам мешает? — да много чего… — Зачем вы всё усложняете? Артмаэль останется в Сильфосе, а ты сможешь заняться чем захочешь и где захочешь… Но у тебя будет место, куда ты всегда можешь вернуться, когда захочешь отдохнуть.
Я поражена тем, как у него всё просто.
— Всё несколько сложнее, — объясняю я. — Артмаэль женится на девушке, которая может… Да откуда мне знать! На что там способны эти принцессы… Быть кроткой, послушной женой, иметь хорошие манеры… Кто-то вроде Иви — красивая, образованная, привыкшая к дворцовой жизни, — честно говоря, я не знаю, какая эта Иви на самом деле, но её внешность говорит сама за себя: хрупкая и милая, само очарование. — Та, что много знает о других королевствах, о политике и государственных делах. Я ничего в этом не понимаю, Хасан. Меня не воспитывали, как будущую правительницу. И это не то… чем мне хотелось бы заниматься. Я буду чувствовать себя бесполезной. Зависимой. Не смогу ничего делать сама. От меня не будет никакого толку, кроме как носить красивые платьишки и улыбаться. Я буду всегда в тени Артмаэля, хотя я клялась себе, что никогда больше не буду жить в тени мужчины. Мне нравится заниматься торговлей, потому что там всё зависит от меня: от того, что я скажу; какие материалы выберу; какую цену выставлю. Так я чувствую себя значимой. Но в замке… Я не смогу жить просто в роли чьей-то жены, даже если хочу быть с этим человеком… и подарить ему наследника.
Хасан сидит с открытым ртом. Кажется, он начинает понимать, но опускает взгляд.
— Я не думаю, что Артмаэль заставит тебя… жить вот так. Не думаю, что он этого хочет. Мне кажется, что вы вдвоём способны на многое, как вы это уже делали всю дорогу. Вы справлялись с любыми проблемами вместе вне замка. Почему вы не сможете продолжить в замке? Даже ваши вечные споры… Но я также не верю, что ты сможешь отказаться от своей мечты… Даже ради него, — киваю. Он прав. — Я это к чему… Почему вы не можете продолжить в том же духе? Почему тебя не устраивает такой вариант?
— Продолжить в том же духе? — смеюсь, не веря, что он это серьёзно. Но смех звучит горько. — До сих пор мы были вместе, потому что он сбежал из замка, чтобы совершать подвиги, но когда он станет королём, то уже не сможет путешествовать. А я не собираюсь оставаться на одном месте, особенно в Сильфосе. Наши образы жизни… несовместимы. Он останется во дворце, среди своих подданных. А у меня будет своя собственная жизнь, своё дело, если получится, а если нет, то я продолжу пытаться, буду пробовать в новых местах. Что ты предлагаешь? Попросить его подождать меня, пока я не добьюсь успеха? Пока моя мечта не осуществится? Пока я не стану той, кем хочу быть?
Улыбка Хасана, такая лёгкая и невинная, сбивает меня с толку.
— Принцессы в сказках всегда ждут своих рыцарей. Почему бы разок не поменяться ролями?
Его ответ настолько прост, что я теряю дар речи. И действительно заставляет меня задуматься. Может, это сработает. Если подумать, это уже не кажется таким уж бредом. В конце концов, я не буду же путешествовать всю жизнь. Однажды мне захочется иметь дом, в который можно вернуться, своё место в этом мире. Может, даже семью, как та, что была у меня когда-то… И разве не замечательно, если это место будет рядом с Артмаэлем? Хасан уже говорил это раньше: с ним мне не придётся быть в тени. Он не позволит мне быть просто красивым предметом мебели. Он… будет полагаться на моё мнение. Верить в меня. Поддерживать любые начинания. Возможно, я смогу… научиться. Смогу применять свои знания из путешествий. Если моё дело будет процветать, как я на то рассчитываю, то это я тоже смогу использовать на благо Сильфоса…
 
Качаю головой. Я строю замки из песка. Я ведь даже не знаю, устроит ли это его. Мы оба сошлись на том, что нам придётся расстаться. Очевидно, что он не представляет меня в своей жизни. Или, может, просто не рассматривал такую возможность, как и я до этого самого момента.
Колеблюсь. Слишком много предположений. Слишком большой риск. И в то же время, это соломинка, за которую я готова держаться.
— Думаешь, он станет меня ждать? — спрашиваю, понизив голос. — Могут пройти годы… Возможно, моя мечта никогда не исполнится… Вдруг я… не справлюсь.
Такое ведь тоже может быть. Тысяча вещей, которые могут пойти не так. И хотя я буду бороться за то, чтобы стать лучшей версией себя и показать миру (и самой себе), что женщины тоже могут добиваться успеха, но удача вполне может повернуться ко мне спиной. Я могу провалиться. У отца не всегда всё было гладко, но всё же его дело позволяло ему долгие годы хорошо обеспечивать семью. Почему у меня должно получиться лучше? Потому что я уже наметила себе будущее? Но иногда этого мало.
— Артмаэль прождёт хоть всю жизнь, Линн. Ты, наверное, единственная во всём мире не замечаешь, как он на тебя смотрит.
— Но разве это не эгоистично — просить его подождать? Он мог бы найти другую. Артмаэлю нравятся девушки. О, ещё как нравятся, — немного краснею, когда Хасан хихикает над моим внезапным приступом ревности. Это самое дурацкое чувство в мире, но я не могу с ним справиться. — Может, он найдёт более достойную его и короны. А я… никто.
Мальчик снова улыбается, качая головой. Удивительно, как он может заставить меня почувствовать себя маленькой девочкой, хотя я на несколько лет старше его и на несколько сантиметров выше.
— Не думаю, что Артмаэлю нужна девушка «более достойная его». Или что такая вообще существует, — Хасан поднимается, и так как я остаюсь сидеть, немного возвышается надо мной. Он наклоняется ко мне, чтобы обнять и поцеловать в щёку, отчего я застываю на месте. — Ты невероятная, Линн. Только ты одна этого не понимаешь, но, к счастью, мы с Артмаэлем готовы напоминать это тебе каждый раз, когда ты вновь усомнишься, — моргаю, чтобы он не заметил, какой эффект произвели на меня его слова. — И да, возможно, это несколько эгоистично, но если ты этого не сделаешь, другие опередят тебя и в итоге причинят тебе боль.
Я замолкаю, не зная, чем на это возразить, и перевожу взгляд на пергамент на столе, пока Хасан продолжает меня обнимает. Возможно, я могла бы… предложить ему такой вариант, в конце концов. Хотя бы попытаться. Мы можем… обсудить это. Рассмотреть возможности, представленные перед нами. Хасан прав. Почему бы и нет?
Я решаю сделать это, но не через письмо. Я скажу ему лично, когда мы увидимся вновь. Когда буду в его объятьях. Когда смогу увидеть ответ в его глазах.
Я смотрю на Хасана и не могу сдержать улыбки, поднимаю руки, чтобы обнять его в ответ и поцеловать в лоб.
— Спасибо, солнце, — мы немного отстраняемся, и я наклоняю голову. — А что ты будешь делать дальше?
Вопрос застаёт его врасплох, и, к моему удивлению, мальчик краснеет, хотя в его глазах появляется особенный блеск.
 
— У меня не было возможности рассказать вам раньше, учитывая, в каком состоянии был Артмаэль последние дни, но… я собираюсь вернуться в Идилл. Магистр Арчибаль… сказал, что если я хочу, то могу… учиться там. Сказал, что это будет непросто и что, возможно, лучше отказаться от заклинаний и заняться зельеварением… Но он готов взяться за моё обучение.
Я распахиваю глаза, потрясённая, но меня тут же охватывает радость за него. Вскакиваю с места.