Пришествие Второго (СИ)

— Сделано.
— «Синяя Птица» — де Тревишу. Как слышно, приём?
— Вот что тебе надо? — недовольно отозвался техножрец.
— У меня на хвосте вертолёт паттерна «Либератор». Запрашиваю поддержку.
— А, — протянул ризничий. — Ясно. Поднимись выше и сделай козлов над облаками. Вертушки не очень быстрые.
— У них форсированный двигатель.
— Аргумент. Я подумаю, кого можно к вам направить.
Очередной выстрел пришёлся на корму. Нос обжёг запах горелого пластика.
Копирниг раздражённо цокнул.
— Слышишь, мыслитель! Нас вот-вот собьют!
Из кучевого облака вынырнул обтекаемый истребитель с обратно стреловидными крыльями. Турбина оставляла длинный хвост угольно-чёрного дыма. «Рукхи», неумелые копии археотековых самолётов, были секретным козырем хаоситов. Такие машины пролетали целый континент за пару часов, но требовали уникальных пилотов и столь тонкого облуживания, какое не могли предоставить даже кузни Механикум.
Ястреб Востока открыл огонь. Трассирующие очереди пронеслись около врага. Флаер вошёл в штопор. Слишком хорошо, чтобы оказаться правдой.
— Хотят спрятаться в каньоне, — рассудил Миколаш. — Наша работа окончена.
Он постучал по вокс-приёмнику.
— Ты ещё тут, железка? Я хотел сказать спасибо.
— За «спасибо» имеют красиво, — буркнул ремесленник. — Вали отсюда, пока я добрый.
Копирниг хмыкнул и выключил связь.
— Ориентируйся на русло Гянджа, — приказал он аколитке.
— Хорошо.
Эсфирь открыла карту на инфопланшете.
— Смотри. Лететь через Чухут-Кале — не вариант. Там стоит рыцарское копьё баронессы Шпиц-Эстерлен. Возьмём немного западнее и выйдем к океану в дельте реки.
— И там нарвёмся на паденские линкоры? — раскритиковал он. — Коварный ход. Их ПВО сдует нас в один момент.
— Что ты предлагаешь?
Звездочёт показал на контуры безымянного аула.
— Облетим хребет на Махкандском перевале. Его захватила ватага Загнанных-в-Угол. Включишь фотонные ловушки — и нас никто не увидит. У тамошних бродяг нет систем обнаружения.
На долгий час воцарилось гнетущее молчание.
— Что ты будешь делать, когда мы вернёмся домой? — не выдержала Эсфирь.
— То же самое, что в любой другой день.
Девушка откинула прядь и немного прикусила губу.
— Я знаю одну кофейню на Первой Авеню.
— Как-нибудь потом, — разочаровал Миколаш. — Мне нужно закончить диссертацию. Я рассказывал тебе о гравитационных аномалиях спутников Урании?
— Много раз. Ты же знаешь, как люблю говорить об астрономии с умными мужчинами, — тоскливо пробормотала она.
Похоже, остаток перелёта ей придётся слушать о газовых гигантах, кометах и небесной механике. Тезен бы побрал этого зануду!
***
Истребитель носился в небе, ревя огненной турбиной. Скорость превращала его в хищника небес, но мешала забираться в узкие разломы. «Находчивый» петлял по гранитному лабиринту, находя самые неожиданные проходы. Птеродактили кружили вокруг, но Айзек не разрешил их отстреливать.
— Не трать патроны, — велел он Лумумбе. — Их биотоки маскируют наше присутствие.
— Как ты здесь выживал? — озадачился Картер.
— Я не трогал ящеров, в благодарность они терпели меня. Только люди настолько жестокие, что прогоняют зверей с насиженных мест.
— Откуда они взялись? — спросил Флеминг. — В детстве я читал книгу про фауну Земли, и там были нарисованы похожие драконы. Неужели карронадская эволюция пошла по тому же пути?
Автоматон выглянул из отсека и проводил рентгеновским зрением «Рукха».
— Пока не прилетел «Новый Идон» с колонистами, этот мир был холодной скалой с атмосферой из метана, азота и угарного газа. Потом заработали геоинженеры Адептус Терраформикус, и сделали эту дыру настоящим курортом. На ковчеге были вита-матки с эмбрионами всех полезных животных, но скоро вам захотелось большего. Богачи, которым только предстояло стать родоначальниками квесторских семей, наняли генокузнецов. Они взяли яйца варанов, поколдовали с ДНК и воскресили давно вымерших существ. Раньше их называли динозаврами. Потом случились ядерные удары, несколько варп-штормов, и десятки видов мутировали в то, что вы наблюдаете сегодня.
 
— Поразительно. Что ещё ты знаешь об этой планете?
Таш-джарганский самолёт выпустил ракету. Сошла небольшая лавина, и флаер завис в гроте под карнизом, пережидая обвал.
— Что она падёт, как пали остальные миры, если мы не покончим с хаоситами. Их божкам-демонам плевать на смертных последователей, им важна только боль и кровь. Этого, поверь, в Вадистане хватает с избытком.
Переждав атаку, новоявленные земляне отправились дальше. Вертолёт юркнул в техногенный лес, образованный панельными многоэтажками. Вечерние солнца обрисовывали контуры невероятной постройки, чья вершина терялась над облаками.
— Марс святый, — выдохнула Эсса.
Небоскрёб выглядел не просто циклопическим. Человеческого ума едва хватало, чтобы немного соизмерить его масштабы.
— Башня Циолковского, — пояснил Айзек. — Раньше к ней швартовались орбитальные сухогрузы и спускали товар на гравитационном лифте. Удобная штука, если тебе лень входить в атмосферу и тратить горючее.
Картер моментально понял намёк.
— Он ещё работает?
— Нет, но посмотри налево. Видишь коробку с трубой? Вокруг неё стоят гаубицы и копошатся марсиане. А вон там сверкают вышки Теслы. Когда заработают электрокоммуникации, у врага будет возможность ходить в космос пешком. Любопытно, как они приструнили Опалённого Человека? Будь он в Саркофаге, здесь бы валялись трупы.
Вторя его словам, на двухсотом уровне зажглись фонари.
— Они же задохнутся в стратосфере, да? — понадеялся хирургеон.
— Я тебя огорчу. Скитарии неплохо чувствуют себя в безвоздушных условиях, а порченые короли-ведьмаки Султаната не нуждаются в кислороде. Даже интересно, зачем им лезть так высоко?
— Чтобы захватить корабли! — понял Джереми.
Робот мигнул оптическими линзами.
— Логично. Допустим, на лётной площадке найдутся работоспособные челноки. Но кто ими будет управлять? Без хороших пилотов шаттл максимум долетит до поверхности.
— Поверь, им большего не надо. Если таш-джарганцы освоили реактивную авиацию, то как-нибудь разберутся и с орбитой. Учти: с ними Коллегия Механикум. Значит, ни одно государство не будет чувствовать себя в безопасности, когда в любой момент на голову может свалиться десант бородачей.
Негр блеснул удивительно ровными зубами.
— Ставки повышаются! — веско изрёк он.
Полковник воинственно положил руку на затыльник сабли.
— Особенно если ты безбожно мухлюешь, а в этом рабам султана равных нет. Пушки в руки, дамочки. Нам придётся нелегко.
***
Бородатые люди крались через лабиринт обожжённых зданий, прикрытых дюнами пепла. Их поступь оставляла звонкое эхо, словно террористы шли по листам железа. Саркофаг остался позади вместе с иллюзорной, но всё-таки защитой, какую предоставляли союзники. С одной стороны были они — культисты Губительных Сил, с другой — самобытный город-мир. Зимой тут было холодно, летом — как придётся.
Продвижение замедляла тачка с единственным пассажиром. Альхазред валялся в кузове, тщательно связанный по рукам и ногам. Его лицо закрывала тряпка, пропитанная эфиром. Последней гарантией покорности выступал обод из нуль-железа на голове. Если пиромант очнётся до того, как его доставят на человекобойню, у Шайтановых Братьев будут очень серьёзные проблемы. Впрочем, на пятки боевикам наступал не только страх перед колдуном, но и более древнее чувство.
Всякий уважающий себя хаосит знал, что нет вещи уродливее той, что когда-то была красивой. Тон-Трем наглядно подтверждал это. Он давил немым порицанием, нафталиновым запустением и горечью прокисших мечтаний. Сны утерянной столицы оставались настолько яркими, что пробивали время и являлись человеческим глазам. Безо всякого предупреждения по магистралям рассекали призраки машин с яркими фарами. На месте руин показывались дома, полные жизни и детского смеха. Стоило моргнуть — и вечерние фантомы обращались пустыми коробками из рокрита.