Ничего лишнего (СИ)

— Эй, ты как?! — окликнул я, подойдя. — Сейчас врач придёт.
Девушка подняла на меня блестящие глаза. По щекам катились слёзы.
— Иди… к своей… белобрысой! — просипела она, делая паузы между словами.
На меня с любопытством уставились несколько пар глаз. Другие деликатно отвернулись. Так, ещё скандала с моим участием не хватало!
К счастью, выручил школьный врач, появившийся в коридоре. С ним была медсестра. Быстро оценив ситуацию, доктор занялся Женей, а его помощница — Мариной. Я смог отойти в сторонку.
— Никто не знает, что случилось, — сообщил Артём, присоединившись ко мне через несколько секунд. — Я тут народ поспрашивал, но бесполезно. Девчонки просто стояли, болтали, а потом Бестужева врезала Жене, и началось. Видимо, та ей что-то сказала.
— Значит, драку начала новенькая?
— Угу.
— Слава Богу, девушкам нельзя вызывать друг друга на поединки.
— Это да. Но хорошего всё равно ничего нет. Получается, Бестужева оскорбила Женю действием. Публично. А потом ей же и наваляла. Хорошо, если в разговоре не был задет клан.
— Если и был, то Белый. Женя в этом не признается, а Лена едва ли станет раздувать. Думаю, обойдётся. Ну, перетрут родители девчонок между собой да и замнут. Подумаешь — школьная драка.
Главное, чтоб не выплыло, кто стал причиной потасовки. Такая репутация в почтенных семействах мне ни к чему.
— Скорее всего, даже до этого не дойдёт, — сказал Артём. — Если только Бестужева не начнёт копать под наших девчонок.
— Это вряд ли. Зачем ей?
Артём пожал плечами.
— Белый клан всё-таки.
Пришлось задержаться после уроков, чтобы убедиться, что с Женей и Мариной всё в порядке. Последняя, правда, со мной демонстративно не разговаривала, отворачиваясь каждый раз, как я появлялся в поле её зрения. А вот Женя так себя не вела. Возможно, потому что пребывала в бессознательном состоянии, пока не приехала машина, чтобы увезти её в госпиталь. Врачи отказались брать с собой кого бы то ни было из нас. Так что Аня отправилась вслед за ними своим ходом. Павел поехал с ней: машина-то у них была одна на двоих. А я, поразмыслив, решил найти Лену. Хоть мы с ней и не друзья, девчонка оказалась одна в новой школе. И пусть она вышла победительницей, едва ли чувствовала себя отлично. Я бы на её месте точно испытывал дискомфорт.
Но оказалось, что Бестужева давно из школы уехала. В общем-то правильно: зачем ей было оставаться?
Так что я отправился по магазинам: накануне Нового года следовало купить подарки друзьям, а я и так слишком долго откладывал.
 Глава 17 
Шоппинг занял больше времени, чем я рассчитывал, поэтому вернуться домой удалось только поздно вечером. На всякий случай я вызвал Есению. Девушка ещё не спала и любезно согласилась оценить приобретения. К ней я обратился, потому что Падшая была из аристократов и понимала, какие презенты зайдут местным дворянам. Правда, я опасался, что юная амазонка забракует девчачьи наряды и многое другое, но, к моему удивлению, она проявила к женским штучкам подлинный интерес. Похоже, вселяющие в окружающих ужас Падшие всё-таки, прежде всего, девочки, а уж потом — демоны войны. Большую часть Есения одобрила и даже дала пару советов. Я записал рекомендации, чтобы на следующий день докупить оставшиеся подарки.
Кроме того, что можно приобрести в обычных магазинах, следовало приготовить дары символические, дорогие — военную технику, например. И ещё важный момент — поздравительные карточки. Их я составлял вместе с целым советом, куда входили Антон, Есения и Марта. На это ушёл остаток дня. Ложась спать, я решил, что нужно нанять специального человека для подобных дел. Того, кто сможет организовать любое мероприятие. Не обращаться же каждый раз к Шуваловой. Тем более, сейчас мы совсем не в тех отношениях. Я поручил Антону найти подходящего распорядителя. Конечно, поздно спохватился, но это лучше, чем никогда. Кроме того, управляющий обещал заняться подарками для сотрудников. Тут требовалось подыскать нечто памятное, объединяющее и с намёком на будущую сплочённость во имя рода Скуратовых.
 
В среду должен был состояться День рождения Пешкова. Меня, естественно, пригласили, но я отправил вежливый отказ, сославшись на плохое самочувствие. Луче, чтобы барона Скуратова на этом мероприятии не было: если что, потом меньше слухов будет.
Зато Аня с Павлом весь обеденный перерыв обсуждали в столовой, чего ожидать от грядущего праздника. Вспоминали, что было в прошлом году. Княжна завела разговор о нарядах. Она никак не могла определиться, в чём поехать в замок Пешкова.
Марина сидела мрачная, меня игнорировала. Женя оставалась в больнице. Лейб-лекарь Шуваловых, конечно, её подлатал, но сотрясение — штука серьёзная и на следующий день не проходит.
— Мы собираемся навестить сегодня Женьку, — сказала мне Аня. — Поедешь с нами?
— Конечно. Надеюсь, с ней всё в порядке.
Марина демонстративно фыркнула. Это была её первая реакция на мои слова за день.
— В чём дело? — спросил я. — У тебя какие-то претензии ко мне? Если да, то выкладывай. Не надо держать в себе и фыркать, будто Женя пострадала из-за меня.
— А из-за кого?! — взвилась девушка, наконец, повернув ко мне возмущённое личико. Глаза её сверкнули. — Кто закрутил с новенькой на наших глазах?! Чем она вообще тебе так нравится?! Тем, что из Белого клана?! Решил найти невесту, наконец?!
— Полегче, Марина, — проговорил я, понизив голос. — Не надо устраивать сцен. Люди смотрят.
Это подействовало. Аристократка, всё-таки. Публичные истерики для благородных под запретом. Особенно, если дело касается личной жизни.
— Пусть смотрят! — прошипела она, сбавив при этом уровень звука втрое. — Наплевать! Эта твоя отмороженная блондинка ещё пожалеет, что связалась с нами!
— С вами? — изобразил я недоумение. — С каких это пор вы оказались по одну сторону баррикад? Если не ошибаюсь, ещё недавно были готовы глотки друг другу перегрызть! Напомни, кстати, из-за чего?
Марина открыла рот, зависла, потом закрыла, поджав губы, и нахмурилась. Вперилась в меня тяжёлым взглядом.
— В чём дело? — спросил я, приподняв брови. — Слова проглотила? Тогда скажу я. Во-первых, мои дела с Бестужевой никого не касаются. Как и планы относительно женитьбы. Я барон Скуратов и никому отчитываться в этом не обязан. И не собираюсь. Во-вторых, вы вдвоём наехали на новенькую. Очень гостеприимно, ничего не скажешь. Да, это она начала драку. Но явно не просто так. И в любом случае, вас против неё было двое. А в-третьих, я никому не давал никаких обещаний или даже объективных поводов предполагать, что у меня имеются какие-либо матримониальные планы. Если же у тебя проблемы с тем, как квалифицировать наши отношения, то говорю прямо: они дружеские. Не устраивает тебя? Я не заставляю с собой общаться. И это касается любого. Включая Женю. Мне не нужно, чтобы вы, словно две ревнивые фурии, кидались на каждую девчонку, с которой я поговорю. Ясно?
Всё это я выдал спокойно, не повышая голоса и глядя постепенно бледнеющей Марине в глаза. После того, как я закончил, она секунд десять сидела неподвижно, словно в ступоре, а затем вдруг резко вскочила и бросилась вон из столовой.
— Мда… — протянул, нарушив воцарившуюся за столом тишину, Артём. — Кажется, она обиделась. А где, кстати, Лена? Она обычно вон там сидит во время обеда.
— Не знаю, — отозвался я, беря вилку, которую отложил, чтобы поговорить с Мариной. — Я за ней не слежу.
Это она следит за мной.
Кстати, нужно с Бестужевой поговорить. Вдруг она уже договорилась для меня о встрече с Шестым отделом.
После следующего урока я подошёл к ней в коридоре.
— Привет. Как ты после вчерашнего?
— Отлично. Спасибо, что спросил. Кажется, ты пользуешься в школе популярностью у женского пола. Те две кошки были готовы буквально растерзать меня.
— Да, хм… Извини. Не думал, что они так отреагируют. Собственно, мы с ними просто дружим.