Иллюзорна мгла. Часть первая. Довакина нет, но вы держитесь (СИ)

Пока в лицо била вьюга, а колючий морозный ветер царапал щеки, лошадь встала, не видя дороги, и Сигару никак не удавалось заставить животное идти.
– Треклятая ослица! – ругался он, подстегивая её кнутом. – Шевелись!
– Нам надо найти укрытие! – Эрандур встал и выбрался из телеги.
Я создала себе тёплый кокон внутри плаща и не хотела двигаться.
– Джулия! – перекрикивая бурю, гаркнул жрец. – Вставай! Надо разведать местность!
Сигар спустился с козел и потянулся к тенту, чтобы укрыть им повозку. Расценив это как намёк, я слезла и, прихватив Ваббаджек, отправилась за данмером в неумолимо быстро опускающиеся сумерки.
Дорогу отмечал только невысокий каменный столбик, но из-за жестокого ветра, ослепляющего бурана и холода, ехать дальше было невозможно.
Жрец уверенно шёл сквозь пургу, углубляясь в лес.
– Куда ты? – почти не разбирая пути, устремилась следом. – Мы же заблудимся!
Данмер остановился и, прикрыв лицо ладонью от ветра, дождался, пока я догоню. Вьюга толкала меня в спину, а ветер проглатывал мои слова. Вокруг слышался только глухой непрерывный шум гигантских кедров, нагоняющий тревогу. Лишь бы ветви не начали ломаться под гнётом стихии!
– Смотри! – Эрандур указал вперёд на небольшой холмик, сложенный из камней. – Здесь должна быть тропа.
– Какая тропа?! В чащобу? – едва слыша его голос, переспрашивала я. – Если там пещера, то лезь туда без меня!
– Хочешь насмерть замёрзнуть?! – данмер решительно направился к предполагаемой тропе. Пришлось следовать за ним, провожая повозку прощальным взглядом пока все вокруг не заволокла метель.
Ночь зимой в горах и ночь зимой в глухом лесу по степени опасности были примерно равны. Я не видела среди вариантов ни одного приемлемого: пытаться найти укрытие от непогоды или остаться на месте и превратиться в окоченевший труп. Оба запросто могли привести к одному результату, если вдуматься.
Среди зарослей деревьев, я заметила небольшую, явно рукотворную, каменную стелу с истершимися, но всё ещё различимыми гладкими гранями, резко выделяющимися на фоне шершавых стволов.
– Тоже указатель? – я махнула посохом в сторону находки.
Прикрыв глаза от снега, жрец утвердительно кивнул:
– Мы на верном пути. Там впереди возвышение – скорее всего, это нордские руины. Вернись обратно, пусть Сигар ведет повозку и лошадь сюда.
Я развернулась на месте и вмиг ослепла от снегопада. Уставившись под ноги, пошагала по старым следам, в надежде, что это вернёт меня к кучеру.
Сигар укрыл кузов тентом и теперь топтался на месте, ожидая возвращения разведчиков. Когда я вернулась одна, на небритом лице норда отразилось недоумение.
– Там есть руина, в которой можно укрыться! – сообщила новость так громко, насколько могла.
– Руина? – испугался Сигар. – Нет. Это может быть нордский курган, а в таких местах опасно…
– А здесь, по-вашему, не опасно?! – не выдержала я. – Когда стемнеет, вас с лошадью ледяные тролли на части разорвут! У нас нет другого выхода!
Я ждала, смаргивая налипший на ресницы снег.
– Хорошо-хорошо, – смирившись с предложенным вариантом спасения, заговорил норд, взял лошадь под уздцы и потихоньку повёл за мной по тропе.
К счастью, сугробы пока были небольшие и колеса без труда преодолели неровную тропу. Впереди маячил заснеженный холм нордского кургана, где возле входа нас ждал жрец.
– Сюда! – крикнул он, вскинув руку вверх.
Ступив на заметенный порог кургана, поняла, что повозка туда не протиснется ни при каких обстоятельствах, да и лошадь укрыть будет довольно проблематично. Вход был слишком узкий, но через него можно было попасть в круглый зал, в центре которого, сотни лет назад пробив крышу, рос могучий вековой кедр. Руина казалась безопасной – ни намека на нежить или фалмеров.
– Оставьте повозку там, – посоветовал кучеру Эрандур. – Под тентом с ней ничего не случится, а лошадь лучше завести внутрь.
– Да разве она пролезет?! – возмущался мужик.
Пока кучер и жрец препирались по поводу, что лучше, дать лошади замёрзнуть и тащить повозку на себе, или попробовать укрыть её от холода в руине, я стряхнула снег с плаща и робко осмотрелась. На каменном полу валялись обломки камней и черепки древних урн – наверняка, всё ценное отсюда давным-давно вынесли мародеры. Часть потолка с правой стороны обрушилась. Время медленно перетирало камни в пыль.
 
– Давай, Груша! Давай, милая! – заманивал животное Сигар. До этого момента он ни разу не назвал свою лошадь по имени.
– Груша? – не сдержала я улыбки, глядя на каурую конскую морду, боязливо заглянувшую в руину.
– Груша! – бойко подтвердил кучер. – Окрас вроде похожий. Ел как-то раз такой фрукт – из Сиродила привезли. Понравился мне очень. У нас такие не растут, им тепла больше требуется.
– Скажите своей Груше, чтобы присела – круп не пролезает! – раздраженно высказал Эрандур, не впечатленный историей лошадиной клички.
– Девочка! Давай бочком! – ласково защебетал норд, и я прыснула со смеху, отвернувшись.
В итоге лошадь влезла, а смех довольно долго не отпускал меня, стоило только вспомнить, как Сигар её упрашивал.
Данмер принялся за дело – решал, где разжигать костер и размещать спальники, из чего сделать утепление. Сигар копошился в сумках в поисках вещей и угощения для страдалицы Груши. Я в ужасе воображала, как мы будем вытаскивать лошадь обратно. Однако стоять без дела было нельзя, поэтому, вменив себе в обязанность сбор хвороста, покинула укрытие.
Беспощадный хлещущий ветер немного облегчил мне задачу – некоторые тонкие ветви отламывались с деревьев и падали.
Когда темнота поглотила лес, вьюга и не думала прекращаться. Буря выла, снег заметало за стены, и по залу кургана гулял ледяной сквозняк.
Я жалась поближе к костру, где трещали ветки, Сигар достал из запасов еды немного браги, хлеб и копчёное мясо. Только разделив с нами трапезу, норд немного успокоился – поначалу его насторожило то, что Эрандур разжёг костёр магией.
Идиллию прервало протяжное ржание Груши. Лошадь чего-то испугалась и затрясла головой. Сигар бросился к ней, но вмиг отступил назад и в страхе выпалил:
– Лицо!
От его возгласа сердце в пятки рухнуло. Эрандур, не раздумывая, вскочил на ноги и схватил оружие.
– Лицо? – неуверенно переспросила я.
– Возле дерева… – Сигар попятился и едва не наступил в костёр. – Клянусь, оно смотрело на меня!
Я в ужасе замерла, когда с кедра в центре руин сверкающими зелеными глазами на меня действительно посмотрело деревянное лицо.
– Спригган, – Эрандур выступил перед лагерем, готовясь защищаться от стража природы. До этого мне приходилось видеть их только в книгах. Но никакие картинки не могли подготовить к подобному.
Существо, шагнувшее на древние нордские камни ужасало и поражало. Дерево, неподвижное по своей сути, под действием непостижимых сил обрело форму, волю, гнев. Спригган вышел из центра в зал, перешагнув остатки каменного ограждения. Корни сплелись между собой в ноги, чтобы создание природы смогло пройти по земле. Голову венчала корона из спутанных кривых ветвей. Кора, самая настоящая кора, застыла в виде недовольной маски. И глаза. Яркие зеленые живые глаза. Жизнь того же изумрудного цвета пульсировала в сплетении древесных волокон, ветвей и коры в груди существа. Оно подняло в нашу сторону неестественно изогнутую руку, и с веток-пальцев сорвался слепящий свет. Меня отшвырнуло на несколько шагов назад, и я некоторое время мотала головой, отгоняя назойливые зелёные сверкающие мушки от глаз.
Эрандур наотмашь ударил мечом, целясь в голову, но страж растений, оказался быстрее, чем выглядел. Существо было не таким… деревянным. Спригган уклонился, резво увильнув вправо, а на меня, призывающую защитные чары, вдруг наскочило нечто огромное, сбив с ног. Груша словно взбесилась и понесла по руине, сшибая всё на своём пути, включая меня. Если бы не заклинание, её удар точно переломал бы мне ребра.
 
Животное встало на дыбы перед прижавшимся к стене кучером и обрушило удар огромных тяжёлых копыт на своего хозяина. Сигар сдавленно вскрикнул, но буран поглотил преисполненные боли возгласы.