Моя судьба под твоими ногами

Военный маг резюмировал:
– Я бы не делал поспешных выводов, генерал. Во-первых, ведьм все же очень мало. Во-вторых, их сила зависит от возраста – эта была стара и сильна. Так что не надо рассматривать их отродье как основную угрозу нашему наступлению.
Но Крайдин уже совершил эту ошибку – недооценил врага. И повторять ее он намерен не был:
– Пусть так, Нош, но если ведьмы начнут объединяться, то превратятся в серьезную силу. А сущность у них такая, что они скорее с жизнью распрощаются, чем со своей земли уйдут.
– Верно, – вынужден был согласиться маг.
– Тогда с них и надо начинать, – отрезал Крайдин. – Осторожно, продуманно и планомерно вырезать всех, чтобы не было больше сюрпризов. Настраивайте магические маячки, прошерстим леса.
– Как прикажете, генерал, – маг снова погрузился в свои записи. – Однако есть подозрения, что ведьмы сбивают поисковые сигналы. Так что можем и не найти…
– Найдете, а иначе придется долго доказывать, зачем мне вообще нужны маги, – Крайдин встал, показывая, что разговор окончен.
Вынужденная задержка его разозлила, но подчиненным Крайдин этого не показал. Последние события и без того внесли в ряды солдат панику, что грозило дезертирствами и нарушениями дисциплины. Потому ни один офицер, ни сам главнокомандующий не должны проявить даже каплю страха. Солдаты успокоятся, когда увидят, что ведьмы умирают точно так же, как обычные люди. И что после уничтожения ведьм, коих здесь по пальцам можно пересчитать, продолжению наступления уже никто препятствовать не сможет.
 
Глава 3
 
Никогда прежде Мариссе не приходилось так далеко уходить от родной деревни. По меркам торговцев и путешественников путь, предстоящий ей, не мог бы называться сложным и трудным. Особенно в конце лета, когда днем уже солнце не испепеляет, но и ночью не слишком холодно. И все равно в первые пару дней девушку трясло от страха и нервного перенапряжения, а на третий день ей страшно захотелось вернуться домой – и будь что будет. Но она передвигалась вперед, напоминая себе о том, что дед Махор все равно прогонит. Да и возлагает на нее определенные надежды, так что Мариссе нужно хотя бы отыскать ведьм и узнать, скольких девушек те согласятся спрятать от бесчеловечных накхаситов.
От дороги она не удалялась, опасалась заблудиться. Голодное зверье ей вряд ли угрожало в это сытое время. За перешейком Марисса свернула на запад и, уже измотанная походом, теперь осматривалась внимательнее и припоминала точное описание деда. Армия демонов до этих краев уже должна была дойти, но одинокой путнице проскочить несложно, в отличие от больших групп беженцев с возами и телегами. Однако пока ей встречались только местные жители, которые тоже в страхе ожидали появления пришлых.
Марисса, следуя советам Махора, вынуждена была свернуть с широкой дороги в лес. В тот день ее путешествие окончательно потеряло даже мнимую видимость приятности. В деревне она заметила презрительные и недовольные взгляды в свою сторону и заочно поблагодарила вырастивших ее людей за честность. Сами они к ней никогда со злостью не относились, но предупреждали об отношении к ведьмам в других поселениях. А Марисса была внешне настолько ведьмой, что к ней относились с опаской уже загодя и издали, только шевелюру рассмотрев. И почему-то никому дела не было до того, что одета она в такое же платье, как любая деревенская девушка, что косы ее аккуратно заплетены, а не распущены по ведьмовским обычаям грязными нечесаными патлами, что кожа ее чиста, а пальцы не окрашены от долгого взаимодействия с травами. Ведь сразу понятно, что вышла она не из леса, но стойкие предубеждения под натиском разумных аргументов не умирают.
Но это лишь немного подпортило ей настроение, а неприятности все еще ждали впереди. Уходя все дальше и дальше в лесную чащу, Марисса начала переживать о том, что попросту потеряется. Да и волки в таких диких местах водились злее и увереннее в своем праве. Отчаявшись, она начала кричать во все стороны так, как научил ее дед Махор:
 
– Даира, Даира, где ты? Ты обещала, что посмотришь на меня и решишь, стою ли я обучения! Даира!
И с содроганием слушала в ответ лишь уханье совы. С тех пор, когда Махор был в этих местах и отыскал старуху Даиру, три года миновало. Даира могла и помереть за столько времени. Или все-таки девушка сбилась с пути. Или ведьма решила ее таким образом испытать – дескать, отыщет Марисса правильное место, значит, достойна. А не отыщет, пусть катится восвояси.
Ночевать пришлось в лесу. Марисса костер-то развела, но от страха так уснуть и не сумела. Все же ощущается огромная разница между проходимыми местами, где в любой момент можно живую душу встретить, и вот этими густыми чащами с ветвистыми лапами, которые тянутся к спине, стоит только глаза прикрыть. Марисса всхлипывала, успокаивала себя, а под утро вообще разревелась от бессилия. И все равно на ее очередной призыв ответила только сова.
Еще день поисков по лесным трущобам не привел ни к каким результатам. Марисса решила вернуться в деревню и расспросить местных о ведьме – они должны знать точнее, где ее искать, ведь люди в случае нужды к ведьмам и обращаются. Так жутким откровением для нее стало то, что она после нескольких часов плутания на дорогу так и не вышла. Теперь еще и паника захлестнула. Но на этот раз рыдать она себе не позволила, а провела вторую ночь на дереве, крепко привязав себя к стволу поясом. И на рассвете снова вернулась к поискам – уже не ведьмы, бесы с ней, а дороги или любого поселения. К тому времени уже стало ясно, что Даира или отвечать не собирается, или вовсе зова не слышит, а вот страх с паникой становились все сильнее. Мариссу с самого утра третьего дня блуждания по лесам не покидало чувство, что кто-то постоянно смотрит ей в спину. Неприятное и ничем не подтвержденное впечатление, однако очень морально изматывающее.
К счастью, вскоре она наткнулась на человека. В смысле, он на нее наткнулся, а Марисса поначалу испугалась и все собранные в ладонь ягоды выронила. Издали показалось, что встречный уж слишком высок и смугл для местного жителя, уставшее воображение нарисовало чуть ли не демона из армии Накхаса. Но присмотревшись, Марисса удивилась своей первой реакции. Нет же, самый обычный белобрысый паренек. Бледный, с прыщами на подбородке, едва ли старше ее самой. За плечом худой самодельный лук, в голенищах сапог скорняжные ножи, какие девушка многократно видела. Это у нее фантазия от страха и одиночества разыгралась. Марисса тоже сделала несколько шагов к незнакомцу, который широко ей улыбался на подходе.
– Ты охотник? – спросила, опасаясь подойти еще ближе.
– Конечно, – паренек самодовольно повел плечом, словно указывая на лук. – А ты какого ляда здесь бродишь одна? За грибами, что ли?
Марисса выдохнула с облегчением. Парень махнул ей рукой в сторону места своей стоянки и принялся собирать ветки для костра, она присоединилась. У нее осталось вдоволь хлеба и вяленого мяса, так что ж странного, если два путника разделят друг с другом трапезу возле огня? И выглядел незнакомец приветливым и простым.
Марисса осмелела окончательно, когда пламя затрещало, подминая под себя сухие ветки.
– Послушай, добрый охотник, я ищу ведьму. Старуха где-то здесь живет. Не подскажешь дорогу? – спросила она, удобно усаживаясь на бревно поближе к огню. Днем было довольно тепло, но ночью на дереве Марисса вся измерзлась, теперь постоянно казалось, что тепла не хватает. Сняла с плеча мешок, с удовольствием вытянула ноги.
Она вынула и протянула ему кусок хлеба побольше. И вздрогнула, отметив, что парень как-то слишком пристально на нее смотрит. Прожигающе. Но хлеб взял, а улыбка стала еще чуть шире. Да что с ней? Самый обычный, очень приятный и дружелюбный деревенский житель. А смотрит так… это ж потому что ведьма! Это Мариссе пока непривычно, но повсюду на ведьм именно так и смотрят. Ей пришлось сделать над собой усилие и тоже улыбнуться, чтобы сгладить впечатление. Он ответил, все так же не отводя от нее взгляда: