Моя судьба под твоими ногами

– Ведьму ищешь? Нет, не знаю. А разве ты сама не ведьма? Прости, я не слишком хорошо в этом разбираюсь.
Что за невероятный вопрос? Да и манера говорить у него очень странная. Разве ведьму сложно отличить от любого человека? И волосы медно-рыжие – обязательный атрибут, но важнее другое. Красота ведьмы всегда особенная, нельзя перепутать с ней обычную красавицу: глаза ярче, кожа бледнее, все цвета насыщеннее, чем у любой женщины, слабое свечение, которое заметно в темноте и часто вызывает скорее мистический ужас, чем очарование. Все ведьмы красивы, но они красивы иной красотой, чем другие женщины: ведьму узнаешь и в маленькой девочке, и в древней старухе. Это свойство их черной магии, как рассказывали Мариссе. А этот странный незнакомец делал вид, что сомневается. Глаза у него непонятного цвета – вроде бы светло-голубые. А если мельком глянешь, то кажутся совсем черными. Но как только снова приглядишься, то увидишь – ничего подобного, светлые глаза.
Опомнившись, Марисса запричитала:
– Ой, я ведь даже имени твоего не спросила, добрый охотник! Меня Мариссой зовут.
– Крайдин, – после паузы представился он. – Я приехал с севера, у нас ведьмы не живут, потому и заинтересовался. А некоторые вещи у местных стыдно спросить, засмеют за незнание.
– А-а! – воскликнула девушка облегченно, получив такое простое объяснение. И заговорила теперь проще: – Конечно, там не живут! Ведьмам же обязательно болотистую местность подавай или чащи непроходимые, на худой конец. Это, наверное, чтобы много людей к их жилищу подойти не могли. Хотя я точно и не знаю, зачем им обязательно в отшельничестве надо жить… А на севере у вас что? Горы да скалы? Кстати, демоны через ваши земли уже прошли?
– Демоны? – не понял охотник.
– Ну да, накхаситы! Ты потому сюда и приехал? Правду говорят, что в них ничего человеческого нет? У нас на полуострове много беженцев было, они страшные вещи рассказывали. Забыла сказать, я же сама не из этих краев – с юга я! Так что же, видал ты демонов? Как думаешь, наших ведьм можно уговорить из лесов выйти и против демонов вместе с нами встать? Или им их одиночество всего важнее?
Наверное, ошибка была в том, что Марисса задавала разом много вопросов, и бедному охотнику приходилось выбирать, на что отвечать. Вот он и выбрал то, что его самого больше интересовало:
– Говоришь о жизни ведьм так, будто сама не одна из них, – его голос звучал тихо, вкрадчиво. И, честно говоря, не был похож на голос совсем молодого парня. Как-то глубже, грубее. Если закрыть глаза, то и не представишь обладателем такого голоса бледного сутулого паренька. – Ты так и не ответила, ты ведьма или нет? Полукровка? Бывают среди вас полукровки?
Мариссе снова пришлось себе напомнить о том, что северянин попросту ничего о ведьмах не знает, вот и переспрашивает бесконечно какие-то глупости. Потому она вздохнула и решила объяснить, незачем обижать приветливого человека только за лишнее любопытство:
– Ведьма, конечно, – она отвела взгляд. – Это любой с виду поймет. Но и не ведьма в то же время. Я среди людей росла, в самой обычной деревне, совершенно ничего колдовского не умею, и учить было некому. Вот и иду теперь… учиться. Или от демонов спасаться. Или все вместе, что вернее.
– То есть ты вообще ничего не умеешь?
– Ничего. Говорю же!
– Но как ты можешь быть уверена, что непременно станешь ведьмой?
– Не уверена, – Марисса начала раздражаться от его непонятливости. – Да и вряд ли стану! Так они деду Махору и объяснили – дескать, поздно уже меня обучать, раньше надо было.
– Тогда зачем идешь?
Он так и продолжал улыбаться, а из черных глаз ни на секунду не уходила внимательность. Марисса снова вздрогнула, голубые у него глаза! Это пламя от костра такие странные отсветы дает. Не очень красив, хотя еще есть надежда, что израстется, возмужает и станет не таким угловатым и бледным. И глуп он, как пробка. Да и вообще, может оказаться опасным вором или насильником, например. Но до сих пор Марисса большого зла от людей своими глазами не видала, только слышала о зле, потому и перестроиться сразу не могла. Охотник ей не нравился, но это не причина, чтобы забыть о вежливости. Хотя с каждой минутой Мариссе все больше хотелось встать и уйти. Пока она это желание игнорировала, но все чаще посматривала по сторонам.
 
– Марисса, – он отвлек ее от мыслей. – Прости, если я раздражаю излишней назойливостью. Мне просто стало интересно. Ведь ведьм вроде бы не любят, зачем же к ним добровольно идти?
«Раздражаю излишней назойливостью» – самая обычная фраза, каждое слово Мариссе известно. Но она снова почувствовала озноб по спине. Сложное ощущение – быть может, интуиция. Или четкое понимание, что деревенские ребята так не выражаются. Зная такие слова, они никогда не используют их в бытовой речи сразу скопом. Теперь встать и уйти захотелось еще сильнее, хотя снова не нашлось нормального повода для побега, а лишь ерунда какая-то, наподобие набора слов. И после охотник добавил такое, после чего совсем не по себе стало, а «излишняя назойливость» уже казалось самой привычной фразочкой:
– Или меня неверно информировали о неприязни местных к ведьмам?
Марисса ответила чуть нервно:
– Есть неприязнь, есть! Но мне-то куда деваться? Люди видят ведьму, ведьмы видят человека. Ни там, ни там не своя. Вот и решила, что хоть советом помогут. Или не помогут. Научат. Или прогонят. За спрос же денег не берут! Так отчего ж не спросить?
– Так ты изгой в обоих сообществах? – он приподнял рыжеватую бровь. – Допустим. Хотя никаких явных доказательств я пока не вижу: ты не выглядишь забитой жертвой и не проявляешь осторожности, которая обязательно была бы заметна, если бы ты постоянно всеми отвергалась. Но допустим. А перекрасить волосы – не проще выход? Не злись, я просто спрашиваю. Северянин же, беженец от демонов, я говорил.
– Ничего я не злюсь! – фыркнула девушка. – Просто пора мне уже, да и тебя от работы отвлекаю, так до ночи и проболтаем о ерунде.
– Хочешь, я составлю тебе компанию в поисках?
Марисса встала и поклонилась незнакомцу, имя которого уже вылетело из ее головы из-за непривычности, растянула губы в самой мягкой улыбке:
– Спасибо за предложение, добрый охотник, но не стоит из-за меня собственное дело откладывать. Я дальше пойду. Может, кто дорогу и подскажет, хотя я уже очень сомневаюсь, что ведьма по-прежнему живет здесь. А тебе желаю легкого дня и ценной добычи!
Он ничего не ответил и не остановил. Через несколько метров Марисса не стала сдерживаться и побежала. Ей все казалось, что он зачем-то побежит следом, но ничего подобного не произошло. Намного позже она остановилась от жара в легких, а самой стало смешно. Надо же, придумала себе в обычном дружелюбном пареньке какую-то немыслимую угрозу, хотя он даже слова грубого не сказал и ровным счетом ничем ее не обидел. И уж точно не собирался ее преследовать. Тоже сейчас, наверное, смеется, если заметил, как она ноги уносила.
Отдышавшись, Марисса огляделась – незнакомая поляна, сюда она еще не забредала. Нелепая встреча заставила ее ненадолго забыть о том, что она не приблизилась к цели поисков. И возвращаться к охотнику теперь совсем глупо, чтобы спросить, в какой стороне ближайшая проездная дорога.
 
Глава 4
 
Все-таки ведьм недооценивали все. Армейские маги, способные разыскать любого беглеца с помощью маячков, через десяток безуспешных попыток найти хоть одну ведьму в лесу вынуждены были развести руками. Вернее, одиноких путников-то они находили, но уже издали было понятно, что наткнулись на обычных людей. Крайдин некоторое время никак не мог понять, как обычную девушку с рыжеватыми волосами запросто отличают от ведьмы, но принял этот факт, когда получил возможность сравнить вблизи.
Эксперименты магов обязаны были рано или поздно увенчаться успехом, вот, в конце концов, они и вывели разведчиков на одинокую путницу.
– Не ведьма, – сообщил Нош, самый одаренный из магов Крайдина, наблюдая сквозь заросли за девицей, которая кое-как забралась повыше на дерево и привязала себя к стволу. Несмотря на очень неудобную позу, ей удалось уснуть – верный признак усталости и долгого недосыпания. – Я почти уверен, что магический фон ведьм сам собой отталкивает любые маячки. Посудите сами, мы допросили стольких местных – все как один уверяют, что в этих лесах ведьмы живут, а никакие наши поисковики их не находят. Притом я сильно сомневаюсь, что их племя струсило и попросту сбежало.