ЮнМи. Сны о чём-то лучшем 2 (СИ)

Дверь не скрипнет, не вспыхнет огонь,
Только слышно — на улице где-то
Одинокая бродит гармонь.
Господи, сколько же прекрасных песен было написано в те годы! А слова в них какие! Понять не могу, почему они мне тогда не нравились и казались чем-то старым и ненужным. Дураком был малолетним. Только сейчас до меня дошло, чего мы все лишились, когда после бабушкиной смерти перестали вот так собираться всей роднёй и петь эти песни. Словно что-то очень важное из жизни ушло насовсем, оставив в душах пустоту и ощущение невозвратной потери.
— Хороший у вас голос, Вероника Анатольевна, — похвалил я. — Вам бы на сцене петь.
— Куда уж мне, — отмахнулась секретарша. — Возраст уже не тот. А для души я и так спою, за столом вот или на свадьбе у сына, когда он наконец надумает. Он в Минске сейчас. Мы оттуда родом. Слышала что-нибудь про такую далёкую страну Белоруссию?
— Няма того, что раньш было, — тихонько пропел я, вспомнив одну из маминых любимых песен. — Няма того, что раньш было-о-о. И тольки надпись "Вераника". И тольки надпись "Верани-и-и-ка".
— Ну да, — вздохнула Вероника. — Могла бы и не спрашивать. Ты, Юнка, если свой ансамбль задумаешь собирать, называй его сразу — "Корейские песняры".
— Это будет звучать примерно как "Хангуге касу", — перевёл я.
— Да уж, звучит не очень. И как вы только языки себе не ломаете, эти ваши корейские хангуги выговаривая?
— Так же как и вы, выговаривая трудновыговариваемые и сложнопроизносимые словообразования, такие как, например, "человеконенавистничество", "переосвидетельствование" и "защищающихся".
— Я смотрю, тебе палец в рот не клади. Ох, и трудно, наверное, с тобой твоему начальнику.
— Он уже почти привык.
И тут я смотрю, а менеджер мой что-то совсем закручинился, плечиками поник, даже варенье больше не ест. Слишком много грустных песен ей, видимо, пришлось прослушать. Подошёл тогда к синтезатору, наиграл простенькую мелодию, а припев, тут же на ходу переделав, пропел:
Милая ЁнЭ,
Солнышко Кореи,
Не грусти и мне
Улыбнись скорее.
ЁнЭ, конечно, сразу разулыбалась, а Ольга Александровна ахнула:
— Ты и Визбора знаешь?
— Я много чего знаю и умею, — говорю. — Только крестиком вышивать ещё не научилась. Спасибо вам за всё, за приют, за ласку. Но пора и честь знать. Время позднее, а нам ещё до дома добираться.
— Юна, не волнуйся, с водителем я договорился, вас довезут, — сказал Александр Сергеевич. — И ещё раз тебе спасибо. Только что звонили из Владивостока, Сергуня наш уже там.
— Пироги не забудь, — спохватилась Ольга Николаевна. — И мы вам там ещё кое-что положили. Будет тебе небольшой сюрприз.
— Ты уж не забывай нас, Юнка, — обняла меня Вероника, прижав к своему большому бюсту. — Заглядывай как-нибудь. Посидим, ещё что-нибудь споём.
Мы ехали по вечернему Сеулу, а у меня было такое чувство, словно я дома побывал. Нет, как хотите, а в Москву я в следующем году всё же слетаю. И ЁнЭ с собой обязательно возьму.
Тут она наклонилась к моему плечу и тихонько спросила:
— Юна, скажи честно, ты русская?
— Ну что ты, онни, какая же я русская. Я чистокровная корейская идолица, — сказал я и пропел про себя хриплым голосом Михаила Боярского: "И никуда, никуда мне не деться от этого…"
Блин, у меня в голове что-нибудь кроме песен ещё осталось?
* * *
Чат, который не спит в России.
(***) — У меня даже слов нет. И это корейский айдол? Да ну нафиг! Так не бывает.
(***) — Вот это и есть настоящий айдол. Точнее — артист. Не смазливая мордашка, умеющая в такт музыке двигать руками-ногами, а всесторонне развитый человек, приобщённый к мировой музыкальной культуре. Это, если что, не я сказала, а моя мама. Она в консерватории теорию музыки преподаёт.
 
(***) — Повезло Маринке. Не только в Корею к родакам съездила, ещё и с самой Агдан познакомилась и даже на её концерте побывала. Пусть даже и на таком вот, застольном. Видюху крутую сняла. Автографами разжилась. Мало кто может такой удачей похвастаться.
(***) — Раньше такие концерты называли квартирниками. А так как этот был в посольстве, то его можно назвать посольником.
(***) — Посольник с рассольником!
(***) — Почему везёт всегда другим? Почему всё интересное происходит не здесь, а вечно где-то там? Несправедливо!
(***) — В России у этого видео уже несколько тысяч просмотров, а в Корее фанаты, говорят, до сих пор понять не могут, что это такое было, и как к этому относится.
(***) — Очень правильно в Корее к этому относятся. Могу подтвердить. Я сама из Сеула, а сейчас работаю в Москве. Мои друзья пишут, что фанаты очень гордятся тем, что Агдан знает так много хороших русских песен. Не хочу никого обижать, но один парень спросил: есть ли в России знаменитые певцы, которые могут спеть хотя бы несколько корейских песен?
(***) — Тут и спрашивать нечего. Нет у нас таких. Агдан может быть только одна.
(***) — Хочу вот что сказать. Дело в том, что мы тоже считаем Агдан своей. Она нам не чужая. Она — тот человек, который объединяет обе наши страны. И это здорово. Благодаря её таланту многие в России узнали и полюбили Корею. Я даже прочитал, что в этом месяце авиабилетов в Сеул продано больше, чем за два прошлых года. Причину, думаю, объяснять не надо.
(***) — Кстати, любопытный факт. Среди российских поклонников Агдан примерно около трети — это люди старше сорока лет. Каково?
(***) — Ну понятно, песни-то она пела ещё те, старые. Можно сказать, бабушкины.
(***) — И между прочим, пела очень хорошо. Моя мама это видео уже третий раз пересматривает.
(***) — Интересно, она всерьёз говорила, что в следующем году в Москву собирается?
(***) — Почему нет? Только вряд ли это будут гастроли. Но всё равно шансов встретить её на Арбате — ноль целых ноль десятых.
(***) — А жаль.
* * *
Исправительное учреждение "Анян". Утро
Сон такой хороший приснился, а на душе после него до того тоскливо, что на окружающий мир просто смотреть не хочется. Обрыдла мне эта Корея донельзя, всё вокруг обрыдло, домой хочу, в Россию, которую я из-за каких-то долбанутых террористов навсегда потерял.
Песня ещё эта, про далёкую Родину. Разбередила всего, выбила из колеи. И в самом деле словно про меня написана. Я тут и вправду, как разведчик под чужой личиной. Причём настолько чужой, что разоблачение не грозит. Только от этого не легче. Правда, и цель у меня не такая, как у Штирлица. Меня-то правильнее АнтиШтирлицем называть. Он ведь изображал немца, чтобы помочь нашим победить Германию, а мне приходится быть кореянкой, чтобы наоборот — этой Корее хоть в чём-то помочь. А она, гадина такая, понять этого не может, сопротивляется изо всех сил, даже в тюрьму меня упекла под радостный вой хейтеров. Вот и помогай таким после этого. Зла не хватает, честное слово.
Ладно, хватит кукситься, товарищ АнтиШтирлиц. Будем жить! Сожмём зубы и вперёд. Никто за нас наше дело не сделает. Файтин!
 (서른한번째꿈) Сон тридцать первый. Прекрасная страна 
Сон Серёги Юркина
Встревоженная ГаБи перечитывает только что полученное сообщение, затем берётся за телефон.