В Эфире. Дилогия (СИ)
«Хранители не стали ждать Орду – не хотят воевать на два фронта. И насколько я знаю, они сейчас в пригороде Ханагги с очень серьезными намерениями и поддержкой высокоуровневых неписей‑механиков».
«Имеешь в виду – наемников?»
«Неа, с полноценной армией механиков Динасдана. Я не знаю, как они это сделали, читы это или нет, но они инициировали сюжет войны по лору игры. Надули в уши наместнику Динасдана, тот и сорвался внешнего врага мочить. С Ордой это бы не прокатило – они вне сюжета, а вот с симбионтами Ханагги срослось».
И тут за окном отчаянно зазвонили колокола.
Этажом выше затопали, упало что‑то тяжелое, а в соседней комнате послышался громкий спор, который сопровождался истерическими женскими возгласами. Я распахнул окно. В серой рассветной дымке были видны только красные точки вдали, но в воздухе уже ощутимо пахло машинным маслом. Повсюду в домах загорались огни, кто‑то кричал. Появились первые беженцы, впопыхах тащившие тюки со своим барахлом в сторону тех городских ворот, к которым еще не подошел враг.
Я сорвал все листочки со стены и, одеваясь на ходу, отправил сообщение Фрисби:
«Так что по Уокеру? Где? Когда?»
«Ладно. Особого секрета нет – высадка в заливе возле Утеса Черепа. Мы все побережье облазили, но лучше места не нашли. Да и Уокер любит сразу в бой. Наверно, уже озверели там на своем «Титанике». Будут тут через 8 дней».
«Принял. Выманю туда Эйпа. Все, убежал».
Я огляделся, прикинул, все ли собрал, и бросил в камин бумажки с названиями племен – кроме той, которая обозначала племя Листолазов и предлагала самый быстрый способ реализации задумки.
Колокола за окном продолжали надрываться, но теперь их заглушал рев, раздававшийся из‑за пределов города. Я залез на подоконник и высунулся, пытаясь понять, что там происходит.
К городу подходила армия.
Я разглядел пять металлических драконьих голов, а дальше – пылевое облако, которое растянулось на несколько километров.
Откуда‑то из центра города, шипя и разбрызгивая кислотные капли, в сторону драконов пронеслись над крышами два зеленых шара. Несколько капель упали на карниз, прожигая доски. Похоже, в дело вступили знаменитые на весь Веспер кислотные маги Легиона. В ответ из‑за крепостной стены полетели сгустки огня. Куда они попали, мне было не видно, но колокола замолчали.
Я спрыгнул во двор прямо из окна и побежал к рынку в надежде, что война войной, а торговля – до последнего клиента. Помнил, что по дороге к Листолазам и на Утес закупиться будет уже негде. А мне срочно требовался новый доспех на смену тому, что обгорел в лаве и сохранил всего пару процентов прочности.
Еще мне нужна была взрывчатка. Много взрывчатки.
Соответствующие лавки работали круглосуточно и, к счастью, управлялись НПС, которым не прописали панику во время осады. Даже очередь пришлось отстоять среди воинственно настроенных игроков, решивших идти сражаться. Боевой настрой не сделал их менее прижимистыми и не ускорил продвижение очереди.
Но я мог их понять. В какую бы игру я ни играл в прошлом, каждый раз перед рейдом сидел и тупил. Терзался вопросом – взять самую лучшую экипировку и всех нагнуть или предпочесть другую, попроще, чтобы не жалко было терять, если нагнут тебя. Тяжело и долго до меня доходило, что побеждать начнешь не тогда, когда снаряга будет круче, чем у других, а когда перестанешь над ней трястись и начнешь‑таки играть…
Взрывы в окрестностях становились громче и громче. Я не выдержал – растолкал покупателей, стоявших в очереди передо мной, и подошел к прилавку. При этом невзначай почесал себе прионовым клинком спину и призвал Ку‑Кулька. Недовольные притихли, а когда я скормил пету кусочек лавы, вообще отошли в другую часть магазина.
Привлечь к себе лишнее внимание я сейчас не боялся. Пофиг, даже если снимают и выложат потом в сеть. Пусть Хранители видят, что я серьезно закупаюсь и готовлюсь идти на большое дело.
Я не торговался – денег было достаточно (помогли трофеи с «вампиров»), а время было дороже. Запасся динамитными шашками и алхимическими бомбами, набрал для «хоукмуна» патронов с разрывным и бронебойным действием, а еще с эффектом поджога, заморозки и кислоты. С доспехами решилось еще быстрее. Выбор был невелик, и я взял самое дорогое, не вчитываясь в статы. Причем два комплекта прихватил про запас.
Не обращая внимания на ворчание продавца и косые взгляды игроков, тут же переоделся в простой, но крепкий комплект из черной кожи. Сапоги, штаны с накладками, наручи. И мелкопластинчатая бригантина с кожаной отделкой, смотревшаяся издалека как плотный жилет с высоким воротником и подсумками на поясе.
Зеркала не было, но судя по завистливым взглядам остальных покупателей, получилось как минимум достойно. А при полной трансформации буду вообще похож на Адама Дженсена из Deus Ex. Обидно, кстати, что в DRUGA не поддержали эту франшизу, когда начинали тестировать полное погружение. Сейчас, глядишь, бегал бы совсем в другом мире…
Я напомнил себе, что бегать пора здесь и сейчас, сделал ручкой покупателям и направился к выходу. Там меня ждал сюрприз. У порога топтался толстый мошенник, который недавно впаривал мне фейковую Слезу, в окружении своих подельников и стражников‑НПС.
– Стража, держи шпиона! – закричал толстяк и спрятался за спину трехсотуровневуму симбионту из расы фелиморфов.
– Ну ты и придурок. Ничему тебя жизнь не учит.
Я развел руки в стороны и улыбнулся капитану стражи. Улыбка – лучшее оружие, особенно когда перед тобой стоит матерый боец с головой льва, у которого в гриву вплетены прионовые шарики, а хвост снабжен стальным наконечником. Глядя в янтарные глаза стражника, я прямо чувствовал, как система сейчас просчитывает параметры – мою репутацию среди симбионтов, угрозу городу, поклеп гаденыша‑торговца, рандом и прочие вещи, влияющие на мышление неписей.
– Капитан! Держите его! Это шпион и убийца!
Торговец продолжал надрываться, но вперед не выходил. Стражник вытащил его сам – схватил за шкирку, словно котенка, и поставил рядом с собой, возвышаясь над ним как минимум на две головы.
– Никому не двигаться! В городе объявлено военное положение, любые сведения о диверсиях или шпионаже, а также о действиях провокаторов должны рассматриваться во временном трибунале городского ополчения, – сообщил стражник ровным голосом, будто прочел вслух выдержку из устава. – Сдайте оружие и не оказывайте сопротивления. Трибунал разберется, и невиновные будут отпущены.
Я оглянулся, ища, куда бы свалить. Понятно, что разберутся, а репутация мне поможет. Но некогда мне ждать справедливого суда или, наоборот, ввязываться сейчас в драку со стражей…
На соседней улице раздался взрыв, до нас долетела пыль и мелкие стекольные крошки, но стражники даже не шелохнулись. Зато остальные бросились врассыпную. Приспешники жулика‑толстяка, посетители магазина, случайные зеваки – все ломанулись прочь, толком не понимая, куда бежать.
Я увернулся от стражника, уже тянувшего ко мне руки, и бросился в толпу. Началась давка, пришлось активно работать локтями, чтобы хоть как‑то вырваться на открытое пространство. Стражники вклинились в людскую массу следом за мной. Они перли, не обращая ни на кого внимания, а я, как дурак, замешкался – помог подняться симпатичной девушке‑игроку, которую чуть не затоптали, и потерял преимущество. Рука стражника опустилась мне на плечо и с силой потянула назад, но тут кто‑то закричал – громко, страшно, истерично. Крик подхватили, и уже со всех сторон понеслось: «Ложись! Щас долбанет!»
Два огненных шара пронеслись над головами с жаром с треском – и врезались в толпу между лотками и уличными прилавками. Меня отбросило от стражника и придавило сверху горящими досками. Рядом несколько человек горели, вопя от боли. Какие‑то игроки пытались их потушить.