Дело о Черном Удильщике (СИ)
— Ты хотел убить меня. С чего я должна впускать тебя в свой дом?
Хамс опустил руку и, сунув её в карман брюк, лукаво улыбнулся.
— Я могу уйти, — он сделал небольшую паузу, наблюдая, как меняется выражение лица женщины, — если хочешь.
— Не хочу, — Марван не могла поверить, что произнесла это вслух.
Она подошла к инспектору, и ухмылка вмиг стёрлась с его лица. Детектив внимательно изучила мужчину: взгляд его был полон усталости, рассечённая бровь почти зажила, и шрам оставил поперёк выпуклую бурую дорожку, а на щеке виднелся синяк. Марван провела рукой по горячему лбу и откинула завиток непослушных волос. Аркан облизнул пересохшие губы и, изнывая, потянулся навстречу женщине. Но она приложила холодные пальцы к его мягким губам и произнесла:
— Я не стану целовать тебя до тех пор, пока ты не расскажешь мне правду.
Аркан перехватил её руку и сжал тонкое запястье. Детектив, не обращая внимания на грубость, провела большим пальцем по щетинистому подбородку, и Хамс, сдаваясь, отпустил её.
Инспектор решительно прошел в тёмную холодную гостиную и обернулся к Марван, которая остановилась в дверях. Он снял с себя пальто и бросил его на диван. Нашёл на каминной полке прошлый номер еженедельника и, свернув его в тугую трубочку, попросил у Марван помощи:
— Можешь поджечь? Я разведу огонь.
Женщина взяла коробок спичек и подожгла листы. Бумага вспыхнула, осветив их лица ярким, почти белым светом.
— Что ты хочешь знать? — спросил Хамс, втискивая пылающий свёрток в небольшое отверстие дровяного колодца.
— Зачем ты приехал на самом деле? — озвучила свой вопрос старший детектив.
— Ты же слышала, — Аркан выпрямился и посмотрел на Марван. Женщина сделала пару шагов назад и облокотилась на стол. — Я приехал, чтобы…
Было видно, как тяжело инспектору даётся признание. Он запнулся и замолчал. Казалось, Хамс собирает все свои силы, прежде чем продолжить.
— Я хочу сказать, что… ты нужна мне, Марван, — слова звучали глухо. — Никогда прежде я не чувствовал того, что сейчас. Не знаю, зачем, не знаю, почему, но создатель решил, что ты важнее всего и, в конце концов, я с ним согласился. У того, кто пишет эту историю, извращенное чувство юмора: я вынужден говорить слова, совершенно мне не свойственные, но это не значит, что они лживы.
Огонь в камине разгорелся, и в комнату постепенно заструилось тепло. Инспектор закатал рукава рубашки и воскликнул:
— Ты не выходила из моей головы — понятно, почему я злился и ненавидел тебя! — Его грудь вздымалась, и Марван отвернулась, боясь заплакать. Дрожащими руками она попыталась зажечь спичку, но пламя обожгло ей пальцы. Женщина отбросила почерневший стебелёк на скатерть, положила коробок на стол и, крепко сжав кулаки, тихо выдохнула. Прикрыв глаза, мгновение слушала, как сумасшедше бьётся сердце в груди. Аркан приблизился к детективу со спины и задержался, вдыхая её аромат: Марван пахла свежим воздухом, пряностями и дымом.
— Давай я, — фраза стукнула Хамса по затылку, и он, двигаясь на автомате, запалил фитиль стоявшей на столе лампы.
— Я знаю о тебе всё, — мужчина не смел повернуть голову и застыл, глядя на трепещущий огонёк жёлтого пламени. — Твой любимый цвет — чёрный, ты ненавидишь гаснущее солнце и не выносишь запаха кожи. — Аркан вышел из ступора и, тяжело дыша, развернулся к Марван. — А проснувшись, часто подолгу стоишь босиком возле окна — тебе нравится, как пол холодит ступни.
Душа ухнула, и детектив, не сумев унять нахлынувший порыв чувств, сделала шаг, приблизившись к мужчине вплотную. По спине женщины пробежали мурашки, когда Аркан запустил руку в её густые, спутанные волосы. Дыхание стало частым и прерывистым. Марван больше не хотела сдерживать желания: кто знает, сколько времени ей еще осталось…Она скользнула ладонью по широкой груди и расстегнула верхнюю пуговицу рубашки Аркана. Хамс замер.
— Я люблю тебя, — неожиданно произнёс он.
Внутри, поднимаясь, вскипела волна. Марван подалась вперёд и жадно поцеловала мужчину в шею, налегая на него всем телом. Аркан попятился в направлении двери, которая вела в спальню. Мысли испарились из головы — инспектор ощущал лишь нарастающую страсть и дурманящий запах, исходивший от любимой. Он властно схватил Марван за талию, с силой надавил на ребра, привлекая женщину к себе. Она издала тихий, короткий стон. Аркан окончательно потерял контроль и в исступлении впился в её пухлые губы. Она вскрикнула от сладкой, разливающейся по телу боли и, повалив Хамса на кровать, быстро расстегнула ремень на его брюках.
— Иди ко мне, — возбуждённо позвал он, и детектив взобралась на инспектора сверху. Аркан поднял на неё блуждающий, полный нежности взгляд.
— Ты такая красивая, — Хамс медленно расстегнул все пуговицы на её рубашке и рывком уложил женщину на лопатки. Та, охнув, выгнулась под ним, подобно спичке, которую пожирает пламя.
— Ты моя, — прошептал инспектор ей на ухо, и Марван поняла, насколько сильно на самом деле любит Аркана Хамса.
Инспектор проснулся среди ночи с бешено стучащим сердцем. Лапы повторяющегося кошмара крепко схватили его за горло. Мужчина резко вскочил и сел в кровати, оглядывая комнату. Рядом, свернувшись калачиком, лежала Марван. В темноте Аркан смог различить лишь общие её черты: лицо, волосы и плечи. Он наклонился, чтобы послушать дыхание: оно было мерным, спокойным, тихим. Хамс расслабился и осторожно провёл пальцами по изящной ключице детектива. Её кожа была гладкой и приятной на ощупь, словно бархат. От прикосновения женщина не проснулась, но зашевелилась и что-то пробормотала. Потянула горячие руки к Аркану и, придвинувшись ближе, уткнулась носом ему в грудь. Хамс улыбнулся в темноте и ласково погладил её по волосам.
Внезапно мужчина услышал слабый стук. Он аккуратно откинул одеяло и слез с кровати, пытаясь найти его источник. Первым делом подошел к входной двери и выглянул в боковое окно. В свете уличного фонаря, покачиваясь, стоял Мерлуза. Хамс нахмурил брови: в голову устремились грязные и до одури мерзкие мысли. Инспектор отпер замок и открыл дверь. Хек надул щеки и рассмеялся, брызгая слюной Аркану на лицо.
— Вижу, ты научился говорить правду, — еле ворочая языком, заметил детектив. — Поздравляю, приятель!
— Что тебе тут надо? — шёпотом спросил Хамс, вытирая лицо ладонью.
Мерлуза бесцеремонно отодвинул Аркана в сторону и прошел в прихожую.
— У меня плохие новости, — детектив икнул и попытался ущипнуть Хамса за грудь. — Я разрушу вашу идиллию.
Инспектор шумно выдохнул, клацнул ключом и, неслышно ступая, закрыл дверь в комнату, где спала Марван. Кивком велел Хеку пройти в гостиную.
— Что случилось? — спросил Хамс, оглядывая пьяного детектива. — И почему ты, черт тебя дери, не идешь домой?
Мерлуза сел возле камина, подкинул пару поленьев и потёр замёрзшие руки.
— Вот, собственно, с этого и начинаются плохие новости, — произнес он, подавляя зевок. — На улице Белых китов полно мурен, поэтому я решил, что лучше прийти туда вместе. — Хек покрутил в воздухе перевязанной рукой, демонстрируя отсутствующий мизинец:— –Один я часто попадаю в неприятности.
Инспектор опустился на диван.
— Говори уже! — в нетерпении прошипел Аркан, видя, с каким любопытством Мерлуза разглядывает его.
— Держу пари, что тебя почти разорвало от того, что пришлось произнести пару ласковых слов, — Хек улыбнулся во все зубы. — Что же ты сказал?
— Правду, — отрезал Хамс и, не желая углубляться в деликатную тему, повторил: — Что случилось?
Пол скрипнул, и мужчины повернули головы. В проёме стояла заспанная Марван и вопросительно смотрела на мужчин.
— Хорошо, что ты поднялась, Марван. Твой… — детектив подумал, как обозвать новый статус мужчины, и ухмыльнулся: —…анчоус совершенно не умеет вести диалог.
— Я уже говорил тебе, насколько ты мерзкий человек? — поинтересовался инспектор, закидывая ногу на ногу.