Дело о Черном Удильщике (СИ)
Хамс подошел сзади, вырвал из рук детектива бутылку.Одним глотком осушил её, после чего присел рядом. Мужчины долго наблюдали за дрейфующими кораблями.Свет фонарей отражался в воде, повторяя плавные движения волн.
— Ты прав, я не знаю, что делать дальше, — честно признался Хамс. — Но в одном ты всё-таки ошибся.— –
Инспектор положил руку на плечо детектива, и тот повернул к нему голову.
— В округ Тайных Озёр я прибыл только ради Катран. Коррективы, внесенные в городскую систему управления, –лишь предлог для того, чтобы оказаться здесь.
Хек откупорил еще одну бутылку и протянул Аркану. Тот сделал большой глоток и затих в ожидании ответа.
— Я так и знал, — объявил детектив.
Видя, что инспектор постепенно хмелеет от выпитого, онповторил мучивший его вопрос:
— Что тебе нужно от Марван, Хамс?
Инспектор неожиданно рассмеялся. Порыв ветра, принесённый морем, потрепал курчавую прядь волос, и она упала ему на лоб.
— Почему тебя не назначили старшим детективом? — поинтересовался Аркан, отвечая вопросом на вопрос.
— Я не заканчивал академию, — без обиняков ответил Хек,принимая из рук инспектора жмых. — У матери не было денег, чтобы оплатить моё образование.
Мерлуза задумался и тяжело вздохнул:
— Она умерла из-за моей глупости. Мальчишкой я часто гулял возле пристани и однажды подцепил от матросов острую черноспинку. Мать выхаживала меня, но вскоре слегла сама. — Хек сдвинул брови к переносице, погружаясь в воспоминания. — Помню, как натужно она кашляла…
Детектив замолчал: в горле встал тугой ком минувшего горя.
— Если бы я послушал мать и больше не ходил на пристань, как было велено, возможно, она осталась бы жива. Я поклялся себе, что не допущу, чтобы близкие мне люди подвергались опасности. И даже если мы находимся в ссоре, я никогда не позволю себе перестать присматривать за ними. Поэтому, пока я не пойму, что тебе нужно, не думай, что сможешь спокойно жить, Хамс.
Мужчины надолго замолчали, слушая шум плещущихволн и доносящуюся издалека грустную мелодию.
— А что произошло с тобой? — поинтересовался Мерлуза, оглядываясь по сторонам. — Знаю, тогда на корабле, в сосуде с водой, ты увидел Диадему вересковой пустоши. — По небу пролетел огромный бражник, и до коллег донёсся шелест его бархатных крыльев.
— Её видят лишь те, по чьей вине кто-то умер.
Аркан забрал у Хека бутылку и одним глотком допил содержимое. Голова кружилась. Инспектор попытался встать, но у него ничего не вышло. Тогда он лег на спину, прямо на сырые доски, и, уставившись на плывущие тёмные облака, произнёс:
— Как ты знаешь, до определенного момента я был контр-адмиралом. Дар провидения помогал мне во многих сражениях. Я убил стольких людей, веря в божественный промысел… А потом в моей голове неожиданно поселилась Марван Катран. Она взялась из ниоткуда и заняла так много места, что совершенно справедливо заслужила ненависть. Из-за неё я потерял всё. Засыпая и просыпаясь, я виделсовершенно бессмысленные подробности: вот Марванставит на кухне чайник, ложится в постель, сидит возле окна…
Хамс прикрыл глаза рукой и вдохнул свежий воздух прибоя.
— Однажды видения, ранее помогавшие выигрывать любые сражения, прекратились. Осталась лишь Марван.Лишившись возможности узнать будущее, я отдавал совершенно нелепые приказы. Друзья погибли из-за моего упрямства, самодовольства и глупости. Они вверили мне свои жизни, а я подвёл их. Поначалу Конгерман глушил мою злость, но после сдался и обещал помочь найти женщину из видений и устранить её любым доступным способом, чтобы я, как и прежде, мог выполнять поставленные задачи. — Инспектор поднялся на ноги и подал руку Хеку. — Но однажды я увидел короткую сцену, где мы с Марван… были близки. Я не мог спать, толком не ел и целыми днями только и делал, что ненавидел себя за то, что допустил Катран так близко. А потом всё изменилось. Ко мне явилось самое мерзкое пророчество, которое показывало смерть старшего детектива, но это не принесло мне радости — только боль. Тогда-то я и понял, как сильно, на самом деле, она нужна мне.
Детектив встал следом, крепко ухватившись за ладонь коллеги. И легонько похлопал Аркана по щеке, на которой виднелся сизый кровоподтёк:
— Хорошо, что тебе не придётся рассказывать это дважды, — он указал куда-то за спину Хамса. Кровь отлила от лицаинспектора. Он посмотрел через плечо и увиделпотрясенную женщину. Марван прикрыла рот ладонью, по её щекам текли слёзы. Старший детектив развернулась и торопливо зашагала прочь. Аркан выругался, бросился вслед за уходящей женщиной, и вскоре их фигуры затерялись в тёмном пятне шевелящейся толпы.
Глава 19
Желания, правда и страсть
Марван пробиралась сквозь толпу, то и дело оборачиваясь. Детектив ожидала, что Аркан последует за ней, однако инспектора нигде не было видно. Тогда женщина постепенно сбавила шаг и остановилась, чтобы отдышаться. Слова, произнесённые Хамсом, впились в сердце шипами, и яд, которым они были пропитаны, начинал действовать: медленно проник в кровь и растёкся по всему телу, отравляя мысли.
«Она взялась из ниоткуда и заняла так много места, что совершенно справедливо заслужила ненависть. Из-за нее я потерял всё…»
Марван замутило. Проходящие мимо люди толкали и задевали детектива плечами.
— Какого ханоса ты тут встала⁈ Отойди, карпатая, из-за тебя товара не видать! — замахал руками какой-то старик.
Марван пробормотала под нос извинения и двинулась дальше.
«Дар провидения помогал мне во многих сражениях. А потом в моей голове неожиданно поселилась Марван Катран…» — фразы звучали чётко, как будто инспектор нашёптывал их на ухо. Вдруг детектив замерла, услышав первые строчки песни, которую выводили уличные артисты. Жуткая мелодия скользнула внутрь, и невидимая рука сжала горло:
— Тот старый мрачный тёмный дом,
Провидец где живёт.
Не верь ему и не проси
Сказать о том, что ждёт.
Судьбы своей лучше не знать,
Так выпьем же до дна! Ха!
Легко ли смерти избежать,
Коль знаешь, где она?..
Кто-то налетел на женщину со спины, и она, споткнувшись, чуть не упала на прилавок, заваленный сушеными рыбьими головами. На улице царил полумрак, и некоторые прохожие, отбросив риск быть узнанными, вели себя как животные, которых долгое время держали в неволе. Редкие фонари освещали лишь маленькие участки дороги, и округ тонул в нагромождениях свечей, алкогольных парах, запахе пота и дыме сигарет. Марван не любила плакать, потому что часто случалось так, что, начав, она уже не могла остановиться. Предательские слёзы струились по лицу, и старший детектив со злостью смахнула их с покрасневших щёк. Пальцы снова нашли участок рыбьей кожи, и Марван в который раз задумалась о своём будущем. Его прежде ясные очертания мгновенно растворились в холодном, сыром воздухе. Старший детектив поняла, что страшно устала.
— Хочу домой, — прошептала Марван, обращаясь к самой себе. Быстро выбравшись из ненавистной толпы, она перешла на бег и устремилась в сторону улицы Зелёных кувшинок.
Хамс услышал приближающиеся шаги и поднял голову. Старший детектив резко остановилась и посмотрела на инспектора: он сидел на крыльце, опираясь спиной о входную дверь. К своему неудовольствию Марван отметила, что внизу живота затрепетало уже знакомое чувство радости и сердце пропустило несколько ударов.
— Нам надо поговорить, — вставая, произнёс Аркан. — Я знал, что потеряю тебя в толпе, поэтому сразу направился сюда.
Мужчина сделал пару шагов навстречу, но Марван, порывисто выдохнув, отошла назад.
— Брось, милая, — Хамс в повелительном жесте протянул руку. — Дай ключи, я открою дверь.
Женщина поразилась произошедшей с ним перемене. Притворяться больше не было смысла: маска надменной отрешённости, которую прежде носил инспектор, с треском лопнула и, расколовшись, свалилась к ногам детектива, выставив напоказ истинное лицо Хамса. Перед Марван предстал серьёзный, властный мужчина, которого она прежде не встречала. Детектив желала вдохнуть пьянящий запах Аркана, убрать прядь волос с его лба, но вместо этого сдвинула к переносице чёрные брови: