Серебряный путь (СИ)

— Кого — её? — так же мысленно спросил Мак.
И в этот момент над поляной раздался леденящий душу смех.
Мак впервые услышал, как звучит этот смех в реальности, а не в воспоминаниях: как будто ледяные иглы проникают под кожу и замораживают кровь. Он в ужасе огляделся, но в темноте, окружающей костёр, ничего не было видно.
Повернувшись обратно, он ошеломленно замер. Бессмертный маг стоял напротив него у костра, при этом фигура его вместе с одеждой, начиная с ног, медленно развеивалась по ветру, превращаясь в серебряный дым. Отделившись от тела, серебряный дым обращался пеплом и оседал на землю.
— Что это?! Что я могу сделать? — Мак дернулся к Люциану, но тот остановил его жестом руки.
— Я обязательно вернусь, но пока тебе придется действовать самому. Возьми это!
Он вскинул ладонь высоко над костром, отправляя в полёт стебель травинки, который до этого крутил в руках. Только сейчас травинка была уже не полузасохшей, а серебряной и светящейся, и за ней осыпался след ярких белых искр.
Над костром нарисовалась черная тень, от которой протянулось что-то, похожее на щупальце. Собрав все силы, Мак прыгнул мимо тени, и его руки успели поймать травинку из серебра.
Плечо больно встретилось с землей, в голове будто взорвались миллионы взрывов одновременно… а затем всё звуки поглотила тишина.
***
На этот раз пробуждение было тяжелым. Мак с трудом разлепил веки.
Обычно залитая светом комната в уютном домике Ренара и Корнелии, теперь казалась погруженной в сумерки, словно в ней, как и в мире, происходили перемены.
Этот образ что-то навеял Маку, но он никак не мог вспомнить, что именно он означает.
Наконец, произошедшее накануне навалилось леденящей пустотой, от которой стало трудно дышать. На секунду показалось, что он ещё не проснулся, ведь такое просто не может произойти в реальности…
Но если он задыхается, перестав дышать, значит, не спит. Что-то случилось с Люцианом, отчего в душе появилась эта пустота.
Он попытался обратиться к нему мысленно, как делал это когда-то в тюремной камере, но ответа не последовало. Приподнявшись на кровати и оперевшись о холодную стену, Мак попытался попросить о помощи вслух — «помоги понять, что случилось, ты же всегда помогаешь, когда я прошу…» — но никто не откликнулся.
Страшно было себе признаться, что и без вопросов вслух ясно, что теперь всё не так. Раньше он ощущал присутствие Люциана, как чувство незримой поддержки, хотя и не знал, что это оно и есть… а теперь того ощущения просто не было.
Боль хлынула в душу и заполнила пустоту, отчего на глазах сразу выступили слезы.
И можно было бы предаться оплакиванию своего вновь обретенного одиночества… если б не мысль, что за мгновение до взрыва, или что это было, его руки держали светящуюся травинку, которую кинул ему Люциан. Где она?
Мак судорожно шарил по одеялу и простыням, но ничего похожего не находил. Он перевернул и перетряс всё, но ни в кровати, ни рядом с кроватью, ни даже под кроватью ничего не было.
В смятении он стёр со лба холодный пот, и тут заметил, что в плетениях браслета, который сейчас свободно болтался на руке медальоном вниз, что-то застряло.
Потянув за цепочку с медальоном, он с облегчением вытащил из неё тонкий переливающийся стебель, который, хоть и был серебряным, в руках оказался мягким и гнулся из стороны в сторону, как обычная трава, но не ломался.
Что это такое? Что он должен с ним сделать?
Люциан говорил, что какой-то ключ ему уже известен. Может это какое-то дополнение к нему? Что-то, что поможет справиться с Тенебрисом. Или то, что поможет вызволить Люциана.
Задумавшись, куда спрятать эту невероятно ценную вещь, он не нашёл ничего лучше, чем вплести стебель обратно в золотую цепочку на браслете. Если он сам не мог найти её тут, заметил по чистой случайности, то никто не найдёт. И в то же время, этот ключ всегда будет у него под рукой, в прямом и переносном смысле, легко будет им воспользоваться. Понять бы как…
На всякий случай закрепив вплетенный стебель магией, Мак шагнул из комнаты и сразу столкнулся с Ренаром.
 
— Куда это ты бежишь, Макар? Выглядишь сносно… для мага, забывшего заклинания!
Ренар расхохотался, на что Мак сначала удивленно поднял брови, а потом вспомнил, как сам говорил ему, что повторяет заклинания.
Значит, Ренар и Корнелия подумали, что произошедший взрыв, или что там это было, — результат неправильно произнесенного заклинания, которое он «забыл». Что ж, пусть так думают, по крайней мере, не надо им ничего объяснять.
— Там к тебе какие-то эльфы приехали! — сообщил Ренар. — Со своими… гм… товарищами.
— Эльфы? А точно ко мне?
— Шутишь? Как будто, кроме тебя, тут есть к кому приезжать! — Ренар опять засмеялся. — Описали тебя и твою одежду, имя твое назвали… то самое, которое не выговоришь. Тоже маги, судя по всему. И как только нашли наше захолустье? Хотя у вас, магов, все возможно. Ну иди, чего стоишь?..
Он удивленно уставился на Мака, который не спешил выходить, осторожно разглядывая из-за приоткрытой двери конный отряд, стоявший за воротами.
Наконец, он увидел, как Корнелия открыла калитку и пропустила во двор человека в черной дорожной одежде, очевидно, главного в отряде. Лицо человека мешали рассмотреть заросли декоративного кустарника вдоль ограды. И Мак уже занервничал, как вдруг в проеме калитки показалась худенькая фигурка эльфа-подростка с белыми волосами, заплетенными в косу.
— Да, это ко мне, — потрясенно проговорил он и толкнул дверь.
Но, сделав несколько шагов по двору, остановился в нерешительности. Происходящее напоминало сон, а в висках ударами пульса стучали вопросы: как они его нашли? зачем приехали? ох, чёрт… почему именно сейчас?..
Ариана остановилась чуть поодаль, а Джас без лишних разговоров пересёк двор и тут же повесил Маку на плечо старую холщовую сумку, а в руки дал какую-то палку, замотанную в мешковину. Только после этого он стиснул своего друга в объятиях настолько сильных, что Маку показалось — еще немного и хрустнут кости.
— Ох, да тут и обнимать нечего! — разочарованно пробасил Джас, отстраняясь и разглядывая осунувшееся лицо напротив и свободно болтающуюся серую рубаху, — Выглядишь паршиво, надо признать.
Мак только кивнул в ответ. Он был несказанно рад видеть Джаса, хотя улыбка сейчас вышла несколько натянутой и вымученной.
— Как вы нашли меня?
— Как мы тебя нашли?! — видя, что Ариана молчит, Джас взял инициативу в свои руки и громко затараторил: — Да сейчас в Антароне все только и пересказывают разные байки о том, как злодей Максимиан Фейн умер страшной смертью, будучи сброшен с обрыва Найтимер каким-то отребьем… А ещё до того, как эти байки разлетелись по столице, император назначил любому гражданину Империи, который найдет тебя и приведет к нему живым, просто баснословное вознаграждение!
Джас хотел продолжить и поведать еще о том, что в два раза большее вознаграждение за его поимку назначила принцесса Элиара, но прикусил язык и в задумчивости почесал затылок. На всякий случай он посмотрел, далеко ли отошла Корнелия и не слишком ли близко подошел Ренар, который уже отлепился от двери дома и не спеша приближался к ним.
— Значит, вы хотите получить вознаграждение за поимку злодея? — Мак засмеялся, но смех вышел каким-то натужным, как и его уже исчезнувшая куда-то улыбка.
— Вот это мне нравится, люблю, когда ты шутишь! — заорал Джас, словно не замечая натянутость его смеха.
Он так хлопнул друга по плечу, что тот аж присел, едва не выронив из руки завернутый в мешковину и похожий на палку предмет. Серая ткань сдвинулась, обнажив круглый набалдашник в обрамлении драконьей лапы… и Мак узнал «посох Люциана» — предмет для маскарада на Хайденвин, купленный им когда-то в антикварной лавке.
— О, ты и его привез! — он провёл пальцем по жемчужой поверхности набалдашника, думая о том, что в реальности Люциан всегда являлся ему без посоха. Да и не нужен никакой посох, чтобы творить такую сильную магию. — Передам «владельцу» при случае.