Ноктикадия (ЛП)

— Она была еще жива, — прорычала я ему в ответ.
— Едва ли.
 Лжец. Чертов лжец!  
— Нет. Ты перерезал ей вены. В отчете коронера... — Я замолчала, наблюдая, как его губы растягиваются в ухмылке. — О, Боже. Ты так все преподнес...
Смех Анджело только подстегнул панику, поднимающуюся к моему горлу, пульсирующую, как живое существо. Темный и злой зверь, который грыз мои ребра.
— Этот коронер наложил в штаны, убедившись что ее смерть выглядит как самоубийство. Это сила, Лилия. — Он провел кончиком лезвия по моей щеке. — Ты потеряла сознание. Ударилась головой о ванну. Это тоже хорошо. Это сделало весь сценарий более правдоподобным. — Вонь грязи и металла забила мне горло, когда он наклонился ко мне поближе. — Я спас твою задницу, Кошечка Лили. Между прочим, я солгал о твоем существовании Липпинкотту, — сказал он, нечаянно проронив имя. — Я столько раз спасал твою задницу, что ты мне ее задолжала. И я, черт возьми, собираюсь ее взять.
 Липпинкотт. Это был Липпинкотт. 
— Самое приятное в том, чтобы оставаться в этом дерьмовом городе, — это наблюдать, как ты превращаешься в женщину. Женщину, которую я намерен сломать. — Он взял в руки мой карманный нож, покрутил им перед носом. — Некоторые пары? Они делают одинаковые татуировки. А мы с тобой? У нас будут одинаковые шрамы. Только твой не будет таким красивым.
Мое тело содрогнулось от попытки вырваться из его хватки, но он надавил всем своим весом на мою грудь, сдавливая легкие. Острая боль пронеслась по моему лицу от уголка глаза до челюсти. Я издала хриплый крик, вырываясь из его ладони, и слезы покатились по моим вискам.
— Очень жаль, правда. Ты была такой красивой. А теперь ты чудовище. Использованная шлюха. Хотя, я уверен, ты раздвигала ноги для каждого члена из академии, не так ли? Наверняка у тебя была вращающаяся дверь с членами, засовывающими их в твою маленькую киску, не так ли?
 Да пошел ты! 
Наркотики, должно быть, подействовали, так как головокружение исказило мое зрение. Так это или я теряю сознание, я не могла сказать. На периферии моего зрения комната расширялась, сжималась и вращалась. На меня навалилось усыпляющее тепло, как будто я хотела спать, отчаянно нуждаясь в том, чтобы закрыть глаза.
Сквозь дымку я услышала отдаленный стук.
Анджело застыл надо мной, обратив внимание на дверь.
— Лилия! — Этот голос. Я узнала его. Глубокий. Властный.
Рыдание застряло у меня в горле, когда еще больше слез скатилось по моим вискам.
Деврик! Я хотела крикнуть. Пожалуйста!
— Держи свой поганый рот на замке, — прошептал Анджело, едва не раздавив мне челюсть своей хваткой. — Держи свой поганый рот на замке, пока он не уйдет.
 Нет! Нет! Деврик! Помоги мне! 
Еще один удар в дверь.
— Лилия! Это профессор Брамвелл. Ты здесь?
Под ладонью Анджело я захрипела, кашляя и захлебываясь соплями, собравшимися у моего носа.
— Профессор, да? — тихо сказал он. — Ты трахаешься с профессором, шлюха? — Его рука скользнула вниз к моим трусикам, и он сжал пальцы в тугой кулак вокруг моей плоти.
Дикий крик вырвался из моего горла, боль стала невыносимой, и я стала брыкаться, пытаясь заставить его отпустить меня.
— Он уже сломал тебя? А? — с рычанием сказал Анджело.
Вот и все. Мне нужно было разозлить его. Разозлить настолько, чтобы он захотел причинить мне боль. Чтобы отвлечь его от Деврика.
Я кивнула.
— Он слишком хорошо трахался, — сказала я ему в ладонь и рассмеялась сквозь слезы.
— Какого хрена ты сказала?
Я снова намеренно исказила свой голос и заставила себя рассмеяться.
Он убрал руку и сжал мою челюсть.
— Скажи это еще раз, пизда.
— Он слишком хорошо меня трахал.
Сильный удар обрушился на мою щеку, заставив кости вибрировать.
— Шлюха! — закричал он, перекрывая звон в моих ушах. Крепко сжав мое горло, он задержал воздух в моих легких. — Посмотрим, как это будет приятно, когда я трахну тебя острием своего ножа.
Из моего горла вырвался булькающий крик.
Стук в дверь стал отдаляться из-за биения крови в моих ушах.
 
Мое тело дергалось и извивалось, когда он обхватил меня руками, мои конечности отяжелели и онемели. То, что он мне дал, сделало меня бесполезной и нервной. Он легко подтащил меня к стене, прижал к себе, прижав спиной к груди, и протянул пистолет.
— Никто не войдет в эту гребаную дверь, если не захочет, чтобы я нашпиговал его свинцом
Нет. Как только Деврик появится, его застрелят. Я не могу этого допустить. Даже если это убьет меня, я не позволю этому безжалостному ублюдку убить его у меня на глазах.
 Сражайся с ним. 
Что-то привлекло мое внимание под кроватью.
Мой старый трофей по легкой атлетике, который я случайно бросила туда, убираясь в своей комнате. Закрыв глаза, я глубоко вздохнула. Если я все испорчу, он наверняка убьет меня, а потом Деврика. Я должна была быть точной. И быстрой. Это было невозможно, когда мои руки начали неметь.
Собрав все оставшиеся силы, я потянулась к нему сзади и ухватилась за яйца Анджело с такой силой, что руки затряслись от напряжения.
Громкий, булькающий крик ударил мне в ухо, и в тот момент, когда он отпустил меня, я неловко повалилась на бок, борясь с действием наркотика, который заставлял меня чувствовать себя так, словно я плыву по зыбучим пескам. Хриплый вдох вырвался из моих легких, и я потащилась к краю кровати, цепляясь ногтями за пол. Когда мое тело дернулось назад, я зацепилась за увесистое металлическое основание трофея.
— Гребаная сука! — прорычал Анджело, и когда он крутанул меня, я с размаху ударила его тяжелым железом по черепу. Он со стоном повалился на бок с глухим стуком.
Покалывающая слабость пронзила мои руки, когда я снова ударил его, попав прямо в лоб. Кровь потекла из его макушки и по вискам, когда он мотал головой взад-вперед с сильно прикрытыми глазами, что придавало ему вид пьяного.
Вьющаяся черная пустота просачивалась из-за краев, ползла по мне решительными касаниями, которые медленно вытаскивали меня из сознания
Тьму прорезали крики. Ужасные крики. Мои? Я не могла определить.
Этот шум разрывался у меня в голове, когда меня снова толкнули в неизбежную тишину.
 Тьма. 
Горящие глаза смотрели на меня. Яростные глаза, светящиеся расплавленной медью.
— Лилия, — сказал он, его голос был похож на голос темного ангела. Мой ангел-мести. Я была мертва? Должно быть.
Тьма.
Меня охватило тепло. Уютное тепло. Я свернулась калачиком еще глубже погружаясь в сон.
Глубже.
Глубже.
Тишина затянула меня в себя.

ГЛАВА 61
ЛИЛИЯ
 Я поворачиваюсь и вижу, что мама смеется, глядя на меня с качелей, с которых открывается вид на море. 
 Я улыбаюсь, глядя, как она смотрит на бескрайнюю синеву за окном. 
 Качели медленно останавливаются, и она спрыгивает с них. 
 — Пойдем, — говорит она, беря меня за руку. — Пойдем со мной. 
 Она тянет меня к обрыву, и когда мы подходим к его краю, я смотрю вниз на свои ноги, упирающиеся в край.  
 — Давай, Лилия. Прыгай. 
 В животе нарастает щекочущее чувство, и я прыгаю в воду. Ветер развевает мои волосы. Солнце греет мне лицо. Вниз, вниз, вниз, вниз, я падаю. 
 Я открываю глаза и смотрю на просторы открытого моря. Моей мамы нигде не видно. 
 Нахмурившись, я оглядываюсь по сторонам, волны покачивают меня вверх-вниз. Ледяной страх охватывает меня, высасывая тепло из моих мышц.  
 — Мама? 
 Что-то дергает меня за ногу, и паника пробирает до костей. Я вглядываюсь в воду, в глубину, где мама тянется ко мне. 
— Пойдем, Лилия. Здесь так спокойно, — шепчет она сквозь воду. — Оставайся со мной.