Снайпер, который любил жареный рис (СИ)
Умник и У сидели в «Лай лай соймилк»: один — мученик джетлага, изнуренный просмотром пяти фильмов подряд на борту самолета; второй — слишком занятой и даже не помнящий, сколько ему осталось до пенсии. Каждый держал в руках миску с горячим супом с тофу; между ними стояли блюда, напичканные куца большим количеством калорий, чем было под силу употребить двум мужчинам, далеко перешагнувшим черту среднего возраста.
— У тебя завтра пенсионный банкет?
— Ага. Шеф сказал, тоже будет.
— А насчет того, чтобы ты остался, он ничего не говорил?
— Да ладно тебе. Знаешь, как говорит мясник на нашем рынке? Мясо приходит, мясо уходит, а тесак остается.
— Что'? Это шеф-то мясо? Поосторожнее, я напишу в «Полицейский ежемесячник».
— В нашей работе, Умник, существуют две категории людей. Первая предана работе, служению народу. Они считают себя чем-то вроде героическою магистрата, сражающегося с преступностью, типа судьи Пао [26] в том шоу, и думают, что выйдут на пенсию, гордые своей чистой совестью. И они выйдут и будут сидеть за обедом в каком-нибудь дешевом кабаке, и вдруг войдет какой-нибудь толкач или бандюк, которого они упекли лет двадцать назад: ба, да никак это Умник, начальник отдела борьбы с организованной преступностью! Что ты здесь делаешь, вот это да, давай-ка угощу тебя стейком и стаканчиком бордо. Второй тип не слишком предан работе, и в свободное от нее время занят тем, что делает себе друзей. Если они могут не гнать, они не гонят, если могут подставить вторую щеку, они ее подставят. Поэтому их все любят, и еще до выхода на пенсию они украшают офисы в небоскребе «Тайбэй 101» и могут там поиграть в начальника. Вполне возможно, у фирмы будет американский филиал, куда пристроят вашу дочку, чтобы ей хватало налички, пока она учится. «Я буду заботиться о ней, как о родной», всякая такая хрень.
— И что ты хочешь всем этим сказать?
— Бюрократы приходят и уходят. Ты сколько видел начальников нашей конторы? Вспомни мясницкий тесак. День за днем крушить кости, рубить фарш. Разделать тысячи туш, но остаться тесаком. И всякий, пообедав, говорит: какая прекрасная свинина. Ты когда-нибудь слышал, чтобы хвалили тесак?
— Правильно говоришь. — Умник крикнул хозяину: — Одно лукошко баоцзы с поросятиной нам.
Друзья сидели и ели, пустые миски сменялись полными под аккомпанемент непрерывного дождя за окном.
— Так ты, значит, собираешься стать частным детективом у своего приятеля?
— Может быть. Отловил парочку мужей-ходоков, отыскал несколько заблудившихся котов, оттрубил свое — и домой к ужину. Зарабатывай карму, пусть боги будут довольны. Как знать, вернусь мажором с крутой спортивной тачкой.
— Столько лет тебя знаю и никогда не задумывался, какой ты тоскливец, У.
— Разве я виноват? Понятно же, что мы раскрыли бы это дело, если бы администрация президента дала нам необходимую информацию. Но у них рот на замке. Они скорее дадут нам запустить руку в трусы своей прабабушки, чем раскроют драгоценный государственный секрет. И вот мы, копы, ищем отпечатки пальцев и обуви, а эти поплевывают на нас сверху. Почему нам приходится быть судьями Пао, когда они прикрываются государственными тайнами?
— У, поосторожнее, ты становишься циником.
— А что насчет Ай Ли? Живет себе припеваючи, и с чего тогда вдруг хвататься за винтовку? Идет и палит в человека, которого никогда не встречал, — и становится объектом смертельной травли. Или взять Качка. Стало ему скучно, и он решает прогуляться за тысячу миль до Италии и убить человека, который был его лучшим другом? И двое военных умирают здесь, на Тайване, но я прошу Сюна поговорить с Ло Фэньин, а реакция такая, словно я пытаюсь назначить свидание его жене.
— Ты видел его жену? Какая она?
У справился с искушением раскроить сияющий череп Умника.
— Может, тебе. У, еще супа взять? Мой отец ушел на пенсию из полиции, когда ему было пятьдесят пять, пошел перебирать бумажки в конторе, чтобы было на что растить троих сыновей. Когда я поступил в академию, он усадил меня рядом и сказал: сынок, не думай, что это плохая работа. Ты правительственный чиновник, хотя и младший. А в правительственной работе только одно правило: не рвись наверх, просто смотри, как бы не оказаться внизу. Не бери взятки только потому, что видишь, как это делают другие. Но если кто-то раздает деньги, не упусти свою долю. Молись богу войны на работе и получай повышения, стань богатым. Потом возвращайся домой и молись о тишине и покое. Подожди тридцать лет, и сможешь снять форму, вернуть оружие и поздравить себя с тем, что уцелел.
— А ты явно не послушался его, потому что лезешь наверх. По крайней мере, ты залез выше меня.
— Выше лезешь — быстрее надорвешься. Хотел бы я, как ты, выйти на пенсию. Я-то знаю, что никогда не выбьюсь в начальники конторы, но не могу отказаться от того статуса, который у меня есть. Никакая большая компания меня не возьмет, как моего отца. Я пока не в тех годах, чтобы получить крутую должность, а обидеть меня, предложив что-нибудь помельче, они не рискнут. Плюс я никогда не помогал их сыновьям, снимая обвинения в торговле наркотой, не препятствовал журналам публиковать фото их дочерей с женатыми мужчинами. Ты должен делать всю эту мелкую хрень для них, У, или, выйдя на пенсию… Я знаю, что буду делать! Буду постоянно шляться в твое детективное агентство и вытаскивать тебя выпить.
Синхронно зажужжали сигналы, и оба одновременно схватились за телефоны. Умник посмотрел на У, У посмотрел на Умника. Как старший по званию, Умник проговорил первым:
— Твою мать… отец Ло Фэньин умер за четырнадцать лет до ее рождения?!
Часть третья
Приготовление жареного риса с яйцом — наука невеликая. Хорошие яйца, вчерашний рис, зеленый лук, сильный огонь. Ветчина, креветки или свинина с гриля добавляются по желанию. Тан Лусунь, автор книги о традиционной китайской кухне, дает следующие указания: добавить холодный рис в горячий вок и поджаривать, пока рис не начнет потрескивать. Вот, попробуйте. И помните: рис надо постоянно перемешивать.
1
Начиная с XIV века султаны Оттоманской империи отбирали мальчиков из христианских семей Центральной Азии. Этих мальчиков, рабов, обращали в ислам, давали им образование и делали из них солдат. Эти мальчики становились личной охраной султана. Они были преданы исключительно султану, не брали жен и не зачинали детей. В храбрости им не было равных.
Ученые считают, что христианские сироты пользовались большим спросом, поскольку в Оттоманской империи у них не было семей и они были верны только султану, который заботился о них. Их было легче превратить в безжалостных убийц.
В I веке ханьский император У отбирал детей мужского пола у своих побежденных врагов для обучения в своей гвардии. Известные как «императорские сироты», эти мальчики сделались личными телохранителями правителя.
Может быть, это объясняет дела Ай Ли, Качка и Ло Фэньин? Сироты, обученные сражаться за хозяина?
В регистрационных документах значилось имя ее отца: Ло Мэйчжи. Матери не указывалось. Результаты поиска выдали семнадцать человек с именем Ло Мэйчжи на Тайване. Семеро не подходили по возрасту, пятеро уже умерли. Оставалось еще пятеро. Устанавливать с ними контакт необходимости не было, поскольку — компьютерный поиск по идентификационному номеру, закрепленный за именем в per ис грационных документах, вскоре выдал ошеломляющий результат: Ло Мэйчжи, указанный как отец Ло Фэньин, скончался от болезни в Мяоли в тысяча девятьсот семьдесят третьем году.
Значит, они взяли имя мертвеца и записали его отцом Ло Фэньин?
Умник ударил кулаком в ладонь:
— Императорские сироты? Недурно, звучит как фильм про кун-фу.
У записал адрес Ло Фэньин на клочке бумаги и передал подчиненному.
— Захватите пару ребят. Мы едем сюда.