Тебе геймовер! (СИ)

— Сейчас тормозну! Бей по колёсам! — закричал я.
— Принято! — ответила Лиз.
В это время впереди бодались две машины, и каждая пыталась вытолкнуть другую с дороги. В какой-то момент одна из них задела бетонный блок, подпрыгнула, отскочила от него как мячик, и, высекая искры из асфальта, завертелась по дороге.
Ещё одна машина, которая двигалась позади них, не успела увернуться и на полном ходу врезалась в экипаж, потерявший управление. Вместе они перегородили бóльшую часть дороги.
— Чёрт! Пригнись! — заорал я.
Из-за необходимости объехать это препятствие мой идеальный план сорвался. И как только мы поравнялись со столкнувшимися машинами, наш преследователь открыл по нам огонь. Зазвенели пули, бьющиеся о задний щит. Противник явно пытался попасть по нашим колёсам!
— Я не могу высунуться! — прокричала Лиз.
— Я знаю! Жди! У меня есть план!
Я постарался снова оторваться. А как только мы выехали на ровный участок, дал машине, что была за нами, приблизиться. Я сделал вид, что не могу ехать быстрее. И наш противник, чувствуя своё превосходство, потерял бдительность.
— Что ты делаешь? — запаниковала Лиз. — Они же пробьют нашу броню! Баки! Они стреляют по нашим бакам, Макс!
— Ещё немного! Приготовься!
Когда преследующая нас машина была уже совсем близко, я резко сдвинулся на полкорпуса в сторону и ударил по тормозам. Наша машина наклонилась вперёд, клюя носом, и мы легли краем переднего щита на асфальт, соскребая с него мелкие неровности словно бешеный бульдозер на стероидах. Это сделало торможение эффективнее, но чуть не стоило нам жизней.
Не ожидав такого подвоха, водитель другой машины не успел среагировать, и от сильного удара о наш задний щит их развернуло. Я отпустил тормоз, и мы начали стремительно уходить вперёд. А их машина, потеряв управление, заскользила боком по дороге.
Над моей головой раздалась пулемётная очередь.
— Один в аут! — обрадовалась Лиз.
Обливаясь холодным потом, я представил, чем мог закончиться для нас этот трюк. Попадись на асфальте приличная выбоина, и мы могли бы исполнить предсмертное сальто, достойное показа на большом экране в замедленной съёмке.
Но всё обошлось. Теперь я боялся только того, что наши баки могли оказаться пробиты. Я утопил педаль газа, чтобы догнать остальных. И стал следить за уровнем топлива на приборной панели. Стрелка прибора оставалась на прежнем месте, а значит, баки были целыми.
Экраны, установленные вдоль дороги, транслировали самые зрелищные моменты гонки. И судя по ним, из неё уже выбыло шесть участников. Оставалось ещё двадцать три экипажа, не считая нас.
Впереди появилась та самая машина, на которой не было никакого оружия. Мы быстро её догоняли. Вдруг над её крышей появилась чья-то голова, а потом из люка высунулись и плечи. Лиз тут же попыталась открыть огонь.
— Ты можешь ехать ровнее?!
— Я стараюсь!
— Гранатомёт!!!
Я увидел залп. Вывернул руль, чтобы избежать попадания. И выпущенный снаряд, пролетев мимо, взорвался в десяти метрах за нами. Из-за резкого манёвра нашу машину начало крутить по дороге.
— Газ! Газ отпусти! — кричала Лиз.
А я работал рулём, уходя в ритмический занос. Я совсем забыл о том, что это был задний привод, а не передний, и что на нём нужно выходить из заноса иначе. И только услышав истошный крик Лиз, я убрал ноги с педалей.
Наконец, я поймал машину, и мы стали ускоряться.
— Хвост! За нами хвост! Жми! Жми! Давай! — снова закричала Лиз.
События завертелись в каком-то бешеном ритме, не давая ни на секунду перевести дух. Едва мы отстали от одного конкурента, как на горизонте появился другой. Самая шустрая машина обгоняла нас уже почти на целый круг и сейчас, неотступно преследуя, очень быстро сокращала расстояние.
Мы приближались к повороту. И мне, наверное, стоило бы притормозить. Но этого делать было никак нельзя, иначе тогда бы они нас точно догнали и просто расстреляли в упор!
Я повернул руль в ту сторону, куда уходила трасса, и, удерживая его одной рукой, выжал сцепление и резко дёрнул ручник на себя. Как только задние колёса заскользили, я отпустил ручник, бросил сцепление и до упора утопил педаль газа. Двигатель заревел, уперевшись в отсечку, и в салоне запахло жжёной резиной.
 
— Да кто вообще учил тебя водить!!!
На этот раз Лиз, кажется, стало жалко её машину, она злилась. Но я никогда не утверждал, что хорошо вожу. И уж тем более не говорил, что умею дрифтовать!
Плавно повернув руль в обратную сторону, я двигался в контролируемом заносе. Входя в этот поворот, мы едва не задели передним щитом бетонный блок, проскочив мимо него на расстоянии вытянутой руки. Дёрни я ручник долей секунды раньше или позже, и мы бы точно задели этот массивный кусок бетона, закончив гонку прямо здесь и сейчас.
Но пока мы всё ещё были в строю. Я выровнял руль, перешёл на следующую передачу. И мы стали быстро отрываться от преследующего нас лидера гонки. Коротко прозвенела пулемётная очередь. Но с такого расстояния у нашего противника уже практически не было шансов нам помешать. Он лишь зря изводил на нас свои патроны.
Почти не снижая скорости, мы прошли ещё один поворот и уже заканчивали второй круг.
— А ты быстро учишься! — крикнула Лиз. — Не расслабляйся!
За следующим поворотом начался прямой участок. И мы снова стали догонять ту самую машину, в которой сидел гранатомётчик.
— Обгоняй его! Быстрее!!!
Над крышей машины опять показалась чья-то голова. Лиз выпустила несколько коротких очередей, не давая их стрелку высунуться настолько, чтобы он смог сделать выстрел. И, понимая это, он сменил тактику. Когда мы почти поравнялись, из их люка высунулась рука и что-то бросила в нашу сторону.
— Граната!!! — предупредила меня Лиз.
Я резко дёрнул руль в сторону, заставив нашу машину сменить траекторию. Не долетев, граната взорвалась где-то у самой земли и не причинила нам никакого вреда.
— Сейчас им будет не до нас! — крикнула вдогонку Лиз.
Сзади из-за поворота выехал лидер гонки. Мы, наконец, обогнали гранатомётчика и продолжили уходить вперёд.
Уже прилично оторвавшись, я наблюдал в боковое зеркало, как обе эти машины ехали бок о бок. Стрелок лидера что-то бросил через крышу в салон второй машины, и она резко стала терять скорость, виляя носом.
Лидер пошёл в отрыв, устремившись за нами. И едва он отъехал от аутсайдера, из крыши последнего вырвался столб пламени и клубы дыма. Машина потеряла управление, врезалась в ограждение и загорелась. Надо же! Их погубил тот же самый подлый приём.
К началу третьего круга оставалось ровно восемнадцать участников. Думая о том гранатомётчике, я осознал, насколько жестокими были эти гонки. Все экипажи, что выбыли из соревнования, были теперь мертвы. А если бы Лиз не заметила ту гранату? Это заставляло изменить отношение к происходящему.
— Нам его броню не пробить! — прокричала мне Лиз.
— Мы оторвёмся!
— Нет! Его движок мощнее! Ты лишь угробишь мою малышку и нас вместе с ней!
Я решил, что, видимо, пришло время использовать наши скрытые резервы. И стал вспоминать о том, что мы могли сделать, чтобы усложнить жизнь конкурентам. По словам Лиз, в арсенале нашей малышки были четыре способа. Мы могли высыпать на дорогу шипы, могли вылить масло. Могли создать за собой ненадолго дымовую завесу.
А последним и самым суровым было то, что наш задний щит можно было сбросить нажатием одной кнопки. Да, в таком случае мы оставались без всякой защиты от догоняющих. Но попади этот щит в машину, и продолжать гонку она бы уже не смогла.
— Лиз, впереди поворот! Давай масло?
— Не сейчас! Оно ещё пригодится! Надо шипы!
Я полагал, что Лиз уже не раз участвовала в этих гонках. Значит, ей было виднее. Но почему шипы были лучше, я не понимал. И думать об этом сейчас было некогда. Мы въехали в узкий тоннель, и я нажал кнопку на панели, чтобы высыпать острые шипы на дорогу за нами. Сзади что-то грохнуло и послышался металлический шелест.