Гегемон Греции! (ЛП)
«Да, берите больше! Обливайте себя водой!». — Скамбрас ворчал: «Они ведут себя как дети».
«Да ладно, Амендолара уже давно не была такой оживленной». — вздохнул Рафиас.
Стромболи, несмотря на мрачное лицо, был тронут этим приговором, наблюдая, как водяной туман поднимается на площади и сгущается в радугу под солнцем. Он на время перестал жаловаться и пробормотал: «Не будет ли в будущем этот праздник проходить в этот день каждый год?».
Глава 115
После массовой свадьбы Давос не сразу отправился домой. Пока что он и старейшины встречались в совете с посланниками Метапонта и Гераклеи.
Один из них — союзник Таранто, а другой — дочерний город-государство Таранто, а теперь Амендолара стала союзником Таранто, и поэтому их беседа прошла спокойно и дружелюбно. Давос выдвинул предложение о том, что Амендолара хочет поладить с Метапонтом и Гераклеей и помогать друг другу. Посланники двух городов-государств охотно согласились. Три стороны также обсудили укрепление обмена и торговли.
Давос наконец-то вернулся в свой дом после насыщенного дня. Однако он не ожидал, что его ждет гость.
Остроглазый посланник средних лет преподнес богатый подарок, а затем вежливо представился: «Приветствую тебя, почтенный архонт Давос! Я Геролис из Сиракуз, посланник великого стратега Дионисия».
Давос был потрясен, когда услышал два слова «Сиракузы» и «Дионисий».
В прежней жизни при упоминании Дионисия, жестокого тирана Сиракуз, он мог вспомнить только историю о Дамокловом мече. Эта история напомнила Давосу, что ему очень опасно быть тираном в греческом городе-государстве. Кроме того, у него не было глубокого впечатления ни от Дионисия, ни даже от Сиракуз, он такой же, как и другие обычные люди, где его взгляд был устремлен на Афины, Спарту и Рим. Единственное, что он знает, это то, что во время Пелопоннесской войны афинская армия была полностью уничтожена в Сиракузах, философ Платон остался в Сиракузах, а математик Архимед умер в Сиракузах и все.
Однако, когда он приехал в эту эпоху, особенно после прибытия в Магна-Грацию, он часто ходил к Берксу, Корнелию и другим, чтобы поговорить о местных условиях и обычаях Магна-Грации, поэтому он знал, что Сиракузы не были обычным большим городом-государством. Если греческим городам-государствам удалось успешно противостоять вторжению персидской армии с Афинами и Спартой в качестве союзников, то под руководством Сиракуз города-государства в Магна-Греции и Сицилии разгромили карфагенскую армию на юге (по совпадению, день их победы совпал с битвой при Саламине на востоке) и помогли греческим городам-государствам на Апеннинском полуострове отбиться от вторжения аборигенов. Таким образом, несколько десятилетий назад Сиракузы были гегемоном греческих городов-государств в западном Средиземноморье и в то время правили тиранически. На этот раз Сиракузы снова внедрили систему тирании, и на троне оказался Дионисий, так называемый великий стратег.
После краткого ознакомления с тем, как Дионисий узурпировал власть у других, видно, что он не только умело пользуется своей властью, но и безжалостен. Его военные и политические способности не слабы, да и удача ему сопутствует (Карфаген, воспользовавшись гражданскими распрями в Сиракузах, напал на Сиракузы и их союзников, причем до такой степени, что им удалось осадить город Сиракузы. В результате разразилась чума, и Дионисий отразил их нападение). Более того, он также знает истину, что «кто соберет мощную армию, тот может стать императором», поскольку он активно тренировал и использовал частные войска для укрепления своей власти поэтому Давос назвал этого сиракузского тирана «опасным». Пусть он и не знает, что случилось с этим человеком в его прошлой жизни, но в прошлой жизни он читал кое-что из книги, и одно из слов в ней произвело на него сильное впечатление: «С самого начала поднимающаяся страна сознательно или бессознательно хочет крепко держать в своих руках власть и земли, которые она когда-то приобрела, когда была сильна». Сиракузы когда-то были гегемоном Сицилии и городов-государств Магна-Греции! А что же нынешние Сиракузы? Известно, что люди с небольшими амбициями не осмеливаются быть тираном.
Давос погрузился в глубокие раздумья, но его лицо было полно улыбки: «О, я не могу поверить, что уважаемые гости из Сиракузы приедут в наш маленький горный город! Пожалуйста, присаживайтесь!».
Когда Геролис сел, Давос спросил его: «Есть ли что-нибудь, что Сиракузы хотят от нас?».
«Мне был дан приказ, и когда я отправился в Турию, я не знал, что ты уже стал архонтом Амендолары. Так что первоначальный приказ уже неприменим, но я думаю, что мне все равно следует его озвучить». — Геролис прочистил горло и сказал: «Когда история о том, как ты и твоя армия уничтожили луканский союз с небольшим количеством войск в Турии, распространилась по Сицилии. Греки в Сицилии были очень счастливы, и все они говорили, что это была блестящая победа над аборигенами Магна-Греции.
Когда же Дионисий узнал об этом, он тут же решил нанять тебя на Сицилию с щедрым жалованьем, чтобы ты сражался против Карфагена, врага городов-государств Магна-Греции и пса персов».
Давос почувствовал облегчение и, притворившись любопытным, спросил: «Хорошее жалованье? Насколько хорошее?»
«Солдат будет получать 4 дарика в месяц, а ты будешь получать 20 дариков в месяц». — Иролис посмотрел на Давоса.
Давос выглядел удивленным: «4 дарика золотых монет это более чем в два раза больше, чем платит нам Турий! Неужели Сиракузы так богаты?».
«Возможность пригласить героев персидской экспедиции и знаменитого стратега, который уничтожил войска луканского союза, — это слава для Сиракуз, и никакие деньги не стоят вас!».
'Похоже, я стал знаменитым генералом! ' Давос потер щетину на подбородке с легкой гордостью в сердце. Ему очень понравился посланник, но он все же сказал с сожалением: «Жаль, что мы больше не наемники, а граждане Амендолары»
«Да, я не ожидал, что ты и твоя армия, уничтожив луканский союз, вернете Амендолару, даже не отдохнув. Это еще одна блестящая победа!». — Геролис искренне похвалил его, ведь атаковать город было сложнее, чем сражаться в поле. И конечно, он не знал, что Давос и наемники напали на луканцев ночью, и поэтому искренне сказал: «Амендоларе повезло, что они пригласили вас стать их гражданами! А теперь я хочу обратиться с новой просьбой от имени великого стратега Дионисия Сиракузского».
Давос жестом велел ему говорить.
«Я хотел бы пригласить тебя возглавить армию Амендолара и Сиракуз, чтобы отразить вторжение Карфагена и принести мир греческим городам-государствам на Сицилии! Разумеется, Сиракузы щедро вознаградят твою армию. И в то же время я знаю, что Амендолара только что пережила войну, и поэтому Сиракузы готовы бесплатно снабжать вас крайне необходимыми припасами, чтобы Амендолара могла как можно скорее восстановиться!».
Давос уклонился от ответа и вместо этого спросил: «Я слышал, что Сиракузы и Карфаген подписали соглашение о перемирии в позапрошлом году. Неужели Карфаген разорвал соглашение и снова начал войну?».
Геролис немного смутился, но вскоре серьезно ответил: «Карфаген выбрал перемирие, потому что их армия в то время страдала от чумы, которая была наказанием Аполлона. Однако Карфаген все еще оккупировал многие греческие города-государства на Сицилии, от Селинуса в самой западной части, до Агридженто на южном побережье Сицилии, затем до Гелы и Камарины возле Сиракуз. Тысячи греков прожили жизнь хуже смерти в рабстве у карфагенян. Более того, в Камарине расположилась огромная армия Карфагена, которая угрожала Сиракузам. Будь то ради безопасности Сиракуз или ради спасения жителей Гелы и Агридженто, Сиракузы должны нанести сильный удар по Карфагену, чтобы остановить город-государство, созданное финикийцами, от посягательств на греческие города-государства на Сицилии и восстановить прежнюю территорию греков на Сицилии!».
Давос подумал некоторое время (на самом деле он уже принял решение), затем покачал головой и сказал: «Я бы хотел помочь жителям Сицилии, но я уже архонт Амендолара, и я должен нести за них ответственность. Видите ли, я занят целыми днями, и у меня нет времени даже на отдых, не говоря уже о дальних путешествиях. А жители Амендолары сейчас заняты переустройством своих домов, восстановлением сельского хозяйства и порядка в городе-государстве, а также его безопасности, и вряд ли они последуют за мной на Сицилию. Поэтому я могу только передать тебе и великому стратегу Дионисию мою благодарность за приглашение, однако я могу только отказаться».