Пошлый бывший (ЛП)

— Это Хизер. Она к нему неравнодушна.
— Ладно, — решаю посмотреть, что у нее есть из фильмов. — Никаких фильмов, которые люблю, тут не вижу.
— Серьезно?
— Что, не время для этого? — смеюсь, следом замолкая, когда мой взгляд останавливается на одном названии. — Ты… — вытаскиваю диск «Говард-утка», открываю и направляюсь к телевизору (прим. «Говард-утка» (англ. «Howard the Duck») — американский кинофильм, режиссёра Уилларда Хайка. Экранизация комикса. Говард — обитатель планеты уток. В результате эксперимента с лучом телепортации он оказывается на Земле в американском городе Кливленд, где встречает начинающую певицу Беверли. Он защищает её от приставших к ней хулиганов). Нажимаю кнопку на панели «открыть» и вставляю диск в дисковод, прежде чем возвратиться обратно к дивану.
— Если ты включил Бибера, я обещаю, что задушу тебя.
— Нет, подожди. Это намного хуже, чем Бибс.
— Ты же только что не назвал его Бибсом?
— Ага, — киваю. — Именно так я и сделал.
На экране появляется старый логотип американской киностудии «Universal», и я улыбаюсь.
— Что ты поставил?
— Ты такая упрямая и нетерпеливая…
Мгновения спустя начинает играть основная музыкальная тема, а затем на экране появляется название. Она улыбается. По-настоящему сияющей улыбкой.
— Господи, — смеется Джемма и откидывается на спинку дивана. — Я не смотрела этот фильм уже так давно.
— Да. И я тоже.
Фильм — дерьмо. Он ужасный, но по какой-то причине мы пересматривали его раз за разом, когда были детьми. Мы сидим вдвоем, уставившись на экран, энергия между нами буквально гудит, как и раньше, в том возрасте, когда мы осознали, что девочки и мальчики могут быть намного больше чем просто друзьями. Каждое мгновение придвигаюсь все ближе и ближе к ней. И еще ближе, и еще немного — до того момента, пока наши ноги не соприкасаются.
Украдкой смотрю на нее, и во мне пульсирует это чувство — как я и говорил ранее, она всегда была для меня такой родной, моей.
В середине фильма кладу ладонь ей ее бедро, и Джемма чертовски напрягается.
— Ты хочешь, чтобы я убрал руку?
Прежде чем она отвечает, в замке поворачивается ключ, раздается щелчок, и в комнату входит ее соседка по квартире. В то мгновение, когда ее взгляд настигает меня, она оскаливается и рявкает.
— Что за…
Встаю и потягиваюсь.
— Как раз собирался уходить, — добавляю, смотря пристально на Джемму. — Спасибо, что впустила меня отлить.
Она тепло улыбается.
— Спасибо, что подвез.
— Без проблем. Увидимся позже, — подмигиваю ей.
Ее соседка по комнате бросает на меня злой взгляд, и когда я направляюсь к двери, то подмигиваю и ей. Закрываю за собой дверь и делая глубокий вдох, на моих губах растягивается улыбка. Начало будущих отношений заложено.
Глава 19
Джемма
— Еще один мартини? — спрашивает бармен, когда тянется к моему пустому бокалу. Но голова и так уже кружится.
— Нет, спасибо.
— Ох, да ладно тебе, Титч. Выпей еще один, — говорит Тайлер.
Смотрю на Тайлера. Бенсон стоит, прислонившись к стойке бара, болтая с молодой девушкой. Ви и Брэнди находятся на танцполе, и все выглядит так, словно коллеги по работе решили немного пообщаться в неформальной обстановке. Все еще не понимаю, как ему удалось уговорить меня на это. Но это не свидание. Нет.
Миниатюрная брюнетка стоит между Тайлером и Бенсоном. Наблюдаю за тем, как ее взгляд жадно скользит по ним двоим.
— Ох, вау! — говорит она, широкая улыбка растягивается на ее губах. — Я знаю вас, двоих.
— Что, серьезно? — заявляет Бенсон, улыбаясь, как извращенец.
— Ага. Бенсон Лонг и… — она прикусывает свою нижнюю губу, когда невинно хлопает ресницами, смотря на Тайлера. — И мистер Джонни Депс.
Тайлер потирает ладонью затылок, выглядя смущенным, а Бенсон вскидывает руки вверх, сдерживая смех.
— Мистер? Когда это он стал мистером?
Она хихикает.
— Вы, парни, снимаетесь в замечательных фильмах.
Не понимая, что я здесь еще делаю, закатываю глаза. Поворачиваюсь к бару и пальцем маню к себе бармена. Ухмыляясь, он облокачивается на бар.
 
— Передумала, м?
— Ага, — говорю я. — Мне кажется, что еще одно мартини не помешает.
Он кивает и берет шейкер для коктейля. Брюнетка улыбается Тайлеру, раскачиваясь из стороны в сторону, и смотрит на него серьезным «трахни меня» взглядом. Бенсон говорит ей что-то, и она начинает хихикать. Ее хихиканье напоминает смех гиены. Закатываю свои глаза вновь, потому что внезапно чувствую себя тринадцатилетней. Затем разворачиваюсь обратно к бару, смотря на разнокалиберные бутылки с ликерами, когда до меня доходит, что она узнала их – она узнала их, как порноактеров. И прямо сейчас я нахожусь вместе с порноактерами. Люди узнают их, затем они видят меня с ними. Ох, ну просто чертовки здорово, мать вашу. Бармен ставит передо мной мартини, когда беру напиток, готовая сделать первый глоток, то чувствую, как по моей пояснице скользят пальцы.
— По-моему ты говорила, что больше не хочешь мартини?
Разворачиваюсь, чтобы увидеть, как Тайлер улыбается.
— Я изменила мнение, — делаю еще один глоток, пожимая плечами. Девушка не сводит с нас взгляда, в то время как Бенсон пытается заговорить ее.
— Я сказал ей, что ты – моя девушка, — говорит беспечно Тайлер, беря мой бокал с мартини и делая большой глоток.
— Что? Зачем ты это сделал?
Смеясь, он ухмыляется.
— Ну, во-первых, потому что это ужасно злит тебя. Во-вторых, потому что она – взрослая версия Эллен Фрэмптон.
Крошечный смешок срывается с моих губ, когда смотрю на нее.
— Боже, и, правда, похожа. Я ненавидела Эллен Фрэмптон.
— Я знаю. Мне нравилось, что ты ненавидела ее.
Сужаю свои глаза.
— Именно так, — подтверждает Тайлер еще раз. — Ты всегда была такой ревнивой, Титч.
— Нет, просто она всегда старалась раздеваться перед окном для тебя. Это было отвратительно.
— Оу, а ты не делала точно так же? — смеется он.
— Нет, ты – гребаный извращенец!
— Это вранье. Я даже пару раз дрочил, когда ты дефилировала голая перед окном, когда мы были подростками.
Качаю головой.
— Это все звучит так извращено.
Он приподнимает бровь в ответ на мои слова.
— Все так и есть, — отвечает он, беря мое мартини и делая еще один глоток.
— За тобой находится целый бар, — забираю напиток из его рук. — Закажи себе собственный мартини.
Тайлер опускает подбородок к груди, смеясь, прежде чем вновь поднять взгляд вверх.
— Это так забавно – выводить тебя из себя. Я уже даже и забыл насколько это весело.
— Ты – такая задница.
— Я-то задница, а ты ревнуешь.
— Пошел на хер.
— Я ценю твои предложения, но серьезно, они неуместные.
— Это ты – неуместный!
— Это твое лицо неуместное!
Сердито смотрю на него, издавая раздраженный стон.
— Это твой пятисантиметровый член – неуместный!
Он откидывает голову назад и смеется.
— Это твой сантиметровый рот – неуместный!
Мужчина, сидящий рядом с нами, бросает в нашем направлении раздраженный взгляд. Быстро допиваю остатки напитка в бокале, стараясь не рассмеяться, потому что это все так по-детски.
Тайлер прислоняется к бару всем телом и хватает меня за талию, кивком указывая в сторону брюнетки.
— Но что на самом деле не уместно, так это то, что ты ревнуешь к этой девушке.
Стараюсь отстраниться от него.
— Я ненавижу тебя.
— Ох, да ладно тебе. Просто притворись, что нравлюсь тебе, чтобы я не казался лгуном.
— Но ты и есть лгун. Сколько тебе, ради всего святого, лет? Ты что до сих пор не отрастил яйца для того, чтобы сказать девушке, что ты не заинтересован в ней?
Его глаза сужаются, легкая усмешка играет на его губах.
— Это более забавно – выводить тебя, — его пальцы сильнее впиваются в мою талию, и теперь мы пристально смотрим друг на друга. Сердце неистово стучит в груди. Одна его рука очерчивает изгибы моего тела. Тайлер прикусывает губу, когда заправляет за ухо мой выбившийся локон волос. — Это то, как должно быть между нами, — он обхватывает ладонью мой затылок. — Отталкиваем и притягиваем. Ты же знаешь это, Титч.