Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Человек сел, внимательно поглядел на Муравьева. 
— Вы начальник вооруженной охраны Клевцов Сергей Иванович? 
— Так точно. Простите, с кем имею честь? 
— Моя фамилия Муравьев, зовут Игорь Сергеевич, я старший оперуполномоченный отдела борьбы с бандитизмом Московского уголовного розыска. 
Клевцов все так же молча продолжал глядеть на Муравьева. 
Игорь полез в карман, вынул удостоверение, протянул. Начальник внимательно прочитал его. 
— Слушаю вас. — Он вернул удостоверение Муравьеву. 
— Вы, Сергей Иванович, видимо, знаете, что привело меня сюда. 
— Да, я очень огорчен. Бывает, мальчишки-ученики тащат старые болванки, гайки. Один умелец приспособился даже кастеты мастерить. Но шрифт... Такого у нас не было. 
— Всякая неприятность случается впервые, главное — чтобы не повторилась. 
— Ваша правда, товарищ Муравьев, но нам от этого не легче. 
— Сергей Иванович, в бригаде Силиной три девушки. Что вы о них можете сказать? 
— Нина Силина вне подозрений. Аня Девятова — тоже, а вот Лена Пименова... — Начальник охраны замолчал, раздумывая. Игорь не торопил его, давая собеседнику собраться с мыслями. — Лена Пименова... Лена Пименова... Вроде и неплохая девушка. Показатели у нее хорошие... Общественница. Но... 
Он опять замолчал. 
— Так что вас смущает? 
— Понимаю, что значит неосторожное слово. Лена девушка неплохая, но, простите, хахаль у нее... 
— Вы его знаете? 
— Видел. Он ее после первой смены встречал несколько раз. Хлыщеватый тип такой. С баками, усики в стрелочку. Одет дорого. Пальто пушистое, шляпа из велюра. Я ее спрашиваю, почему твой-то не на фронте, а она бронь у него. Артист Москонцерта. Ну мне что, артист и есть артист. Только внучка заболела у меня, я поехал на Тишинку отрез шинельный сменять на жиры. Вижу, этот артист там со шпаной крутится. Кожаное пальто на нем, кепка букле. Одним словом, все как надо. 
— Постойте, Сергей Иванович, — Игорь даже поверить не мог в столь неожиданную удачу. — Где он живет или фамилию его знаете? 
— Нет. 
— А Лена продолжает с ним встречаться? 
— Думаю, да. Неделю назад торчал этот «артист» у проходной. 
— Пименова сегодня в какую смену работает? 
— Она в ночь. 
— Где живет? 
— По-моему, на Соколиной горе. Я сейчас вам адрес принесу. 
Соколиная гора, прикинул мысленно Игорь, значит, до метро «Сталинская», а там на трамвае. Пилить и пилить, час с лишним, если не больше. И он решил попросить у Данилова машину. Ему повезло, начальник оказался на месте. 
Он выслушал Муравьева. 
Помолчал. 
— Ну что ж, — сказал Данилов, — дам тебе машину. Вроде потянул ты нитку. Запомни, что Минин тоже из Москонцерта. Прими это как рабочую версию. 
— Как у ребят? 
— У Никитина глухо, а Белов тоже вроде зацепился. Через пятнадцать минут Быков подъедет, я с ним Самохина пришлю. Чувствую, выходим мы. 
Начальник повесил трубку. «Неужели вышли?» — подумал Муравьев. 
  
Белов
 
Седьмой дом зиял черной пустотой проходной арки. Сергей сразу же оценил тактические способности Кочана. Сдал товар и растворился в темноте арок, сквозных подъездов, узких щелей между домами. Безусловно, Кочан знал географию района, как коридор в своей коммуналке. Но Сергей очень надеялся, что и Кузин знаком с ландшафтом своей территории. Кочана решили брать сразу при передаче книжек и папирос. Шло время, а он не появлялся. Сергей начал пристукивать сапогами, ноги прихватывал мороз. 
— Слышь, — окликнул его голос за спиной, — дай прикурить. 
Сергей обернулся и увидел крепкого парнишку в темном пальто, серой кепке и светлом атласном шарфе. Белов достал спички, протянул. Слабый огонек вырвал из темноты поднятый воротник пальто, косую челку, падающую из-под кепки на лоб. 
— Кочана ждешь? 
— Меньше знаешь, — процедил Сергей, — дольше живешь. Иди, я с тобой дел не имею. 
— Меня Кочан прислал. 
— Товар у тебя? 
— Нет. 
— Так зачем ты в чужие дела суешься? 
— Ты на меня не тяни. Понял? — с угрозой сказал парень. 
 
— Да я с тобой по масти своей вообще говорить не должен. Ты, фрайерок, иди себе по вечерней прохладе. А если что имеешь с меня, скажи. Я с тобой без толковища разберусь. 
— Битый, — в голосе парня послышалась нотка уважения, — Кочан говорил, ты с Бахрушинки. Это я так. Пошли, Кочан во дворе ждет. 
Этот вариант они с Кузиным тоже предусмотрели. Они прекрасно понимали, что Кочан со своей кодлой, возможно, захотят просто грабануть залетного парнишку. А там, если он действительно с Бахрушинки... 
— Куда пойдем? — спросил Белов. 
— А вон, в кирпичный. 
Впереди за двухэтажными деревянными домами возвышался темный силуэт пятиэтажного дома. 
— Показывай дорогу, — резко сказал Сергей. 
Парень зашагал впереди. Они миновали двор с палисадником, забрались на горку. Ноги скользили, и Сергей пару раз чуть не упал. 
— Куда? — зло спросил он у провожатого. 
— В подъезд. 
Вошли в освещенный синим светом подъезд. Белов сразу же заметил желтую куртку Кочана и еще одного парня увидел. Лестничная площадка была довольно широкой, Сергей быстро поднялся и остановился, прислонясь к стене. 
— Ну, — сказал он, — Кочан, принес товар? 
— А как у тебя с хрустами? 
— Где товар? 
— Ишь разбежался. 
Сергей краем глаза заметил, как двое начинают заходить с боков. 
— Давай хрусты, бачата [30], снимай прохоря тоже и дуй отсюда, пока мы добрые, — угрожающе придвинулся к нему Кочан. 
В руке одного из парней блеснул нож. 
— Ты что... Ты как... — нарочито испуганно сказал Сергей, — перо-то зачем... Деньги отдам... Бачата берите... А прохоря? Холодно же, ребята... 
— Мы тебе дадим перековаться, — в голосе Кочана послышалось торжество, — там старые валенки стоят, не замерзнешь. 
Белов сунул руку в карман, словно собирался достать деньги, коснулся пистолета, снял предохранитель. 
— На, бери, — сказал он и, выдернув пистолет, ногой ударил Кочана в живот. Перепрыгнул через упавшего и, повернувшись, скомандовал: 
— Брось нож! Руки вверх! 
На полу корчился от боли Кочан, двое других прилипли к стене с поднятыми руками, с ужасом глядя на пистолет в руке Белова. 
Хлопнула дверь, вспыхнули карманные фонари. 
— Ну, сопляки, — сказал вошедший Кузин, — на грабеж пошли. Ну-ка, посвети, — попросил он одного из оперативников. — Компания известная. Лешка Шведов и Колька Бодуев. Берите их, ребята, в отделении поговорим. 
  
Муравьев
 
— Мне пойти с тобой, Игорь? — спросил Самохин. 
Муравьев еще не успел ответить, как вмешался шофер Быков. 
— Конечно, вместе. 
Они вылезли из машины. Самохин зажег карманный фонарь. Синеватый луч заискрился на сугробах, мазнул по тропинке на снегу и уперся в дверь с тремя эмалевыми табличками. 
— На первом этаже две квартиры, на втором одна, — сказал Самохин. 
— Ты, Петрович, — Муравьев наклонился к окошку «эмки», — смотри, может, кто-нибудь из окна сиганет. 
Быков вылез из машины, расстегнул полушубок, достал из кобуры наган, сунул его в карман. 
— Иди, не впервой. 
На Быкова можно было положиться. 
Они вошли в темный подъезд. Светя фонарем, поднялись по деревянной скрипучей лестнице. На дверях квартиры висела табличка. 
— Пименовым — два звонка, — прочитал Игорь вслух и дважды повернул звонок. 
— Кто там? — спросил за дверями женский голос. 
— Из ЖАКТа, — сказал Игорь, — откройте, пожалуйста. 
Дверь распахнулась. На пороге стояла молоденькая девушка в халате, волосы ее были накручены на папильотки, и поэтому голова напоминала репей. 
 
— Ой, — вскрикнула она и попыталась закрыть дверь. 
Но Игорь подставил ногу и надавил плечом. 
— Спокойнее, гражданка Пименова, мы из милиции.