Звезды падают в небо

Наверное.

Потому что смотреть на то, как твой мужчина лишается смысла жизни гораздо больнее, чем испытывать то же самое самой. Это я поняла, когда Гроу обернулся к остальным.

— Ребят, с вами было очень классно работать.

Что?!

— Без преувеличения классно. В силу специфики профессии… — последнее его слово было отмечено нервным смешком гаффера, — …сменил бесчисленное множество коллективов, но ни в одном не чувствовал себя настолько круто, как с вами.

Он что, реально прощается?!

Ладно, я понимаю, что бить людей так часто нельзя, но кое-что в стиле: «Чтоб тебя дракон всосал через зад», — можно было бы от души пожелать.

— Сделайте крутой фильм. Я знаю, вы это можете.

А?

Когда Гроу вскинул руку с большим пальцем вверх, по площадке пронесся вздох, а во мне, наоборот, закончился воздух. Я моргнула, когда он прошел мимо меня (просто прошел, не сказав ни слова!). Несколько мгновений смотрела, как он идет к выходу, а потом бросилась за ним.

Не остановил меня ни Единичка, попытавшийся перехватить за запястье, ни окрик Гайера за спиной:

— Эсса Ладэ!

Поскольку Гроу ходил быстро, догнала я его уже чуть ли не на выходе из павильона. К счастью, потому что мне жизненно необходимо было заглянуть ему в глаза и увидеть в них… Увидеть в них что?

— Возвращайся на площадку, Танни. — Сейчас в его взгляде не было ничего, кроме холодной сосредоточенности.

— Нет. — Я покачала головой, с трудом сдерживая смешок. — Нет. Ты с ума сошел?!

Коснулась его руки.

— Возвращайся на площадку. — Гроу чуть повысил голос, зрачки дернулись в вертикаль. — Если не хочешь устроить Гайеру двойной праздник. Ты — Ильеррская, и это должно так и остаться.

— Я твоя Ильеррская! — выдохнула я.

— Ильеррская никогда не была чьей-то.

— Джерман…

— Танни. Поговорим дома.

Он отцепил мои пальцы от своего рукава и… просто вышел за дверь. Я смотрела на эту самую дверь, не в силах поверить в случившееся. Когда меня вышибли из «Хайлайн» (по милости Гайера, к слову), я пребывала в состоянии среднестатистического очешуения. Сейчас же я готова была вцепиться Гайеру в глотку, и он очень не вовремя о себе напомнил.

— Эсса Ладэ, вам напомнить условия контракта?

Я сжала кулаки и широким шагом направилась к нему, но меня перехватил Единичка. Рванулась, но Рон не отпустил, напротив, жестко посмотрел мне в глаза.

— Танни. Если ты сейчас устроишь скандал, из этого вытряхнут все возможное и невозможное, чтобы его окончательно уничтожить.

Ну, конечно.

Привязка.

— Рэйнар скажет, что это невозможно. Сегодня. В прямом эфире.

— И ты думаешь, в это так просто поверят? После налета? После всего?

Я глубоко вздохнула.

— Поняла.

— Поняла?

— Да, Рон. Поняла. Отпусти.

Единичка разжал пальцы, и я шагнула вперед.

Все ближе и ближе к съемочной площадке, ближе и ближе к реальности Ильеррской, которая казалась мне такой долгожданной, а теперь… превратилась непонятно во что.

Не глядя на Гайера, потому что руки все еще чесались, но я обещала. Дело было не только в обещании, я прекрасно понимала, что вальцгард прав. В сложившихся обстоятельствах меня не просто заклеймят невменяемостью, но еще и добавят Гроу за то, что «подсадил» меня на себя настолько, что готова бросить роль, нарваться на неустойку, да еще и вцепилась генеральному менеджеру в генеральную лысину и сняла с него скальп.

— Мы и так здорово отстаем, — выступивший вперед мужчина, полностью седой, но тем не менее стильный, шагнул вперед. — Поэтому сейчас закончим то, что намечено на сегодня, а после завершения съемочного дня я представлю новый график, в который нам придется вливаться в ритме. Прошу всех с пониманием отнестись к тому, что работать придется жестко и быстро. Все. Теперь продолжаем.

Он взглянул на меня.


— Эсса Ладэ, у вас, насколько я знаю, есть телефон Ленарда Харинсена.

— Есть, — отозвалась я.

На всякий случай сунув пальцы в карманы.

— Будьте любезны мне его сообщить.

— Зачем?

Брови режиссера приподнялись.

— Затем, что мне нужно сообщить ему, что каникулы закончились.

— У него не каникулы, — сказала я, с трудом сдерживая рвущееся из груди рычание. — У него родители погибли.

— И это очень грустно. Но, к моему величайшему сожалению, я не могу позволить себе срывать съемки даже по такой страшной причине.

— Вы всегда можете найти его телефон в документах, — хмыкнула я и направилась в сторону гримерных.

Подальше от Гайера, подальше от этого идиота, потому что внутри все клокотало. Ногти до боли вонзились в ладони, но я почувствовала это, только когда врезалась плечом в угол на повороте. Меня качнуло назад, Рон подхватил, но я вырвалась и зашагала еще быстрее.

Пытаясь понять, что я могу сделать.

Прямо сейчас.

Позвонить Леоне? Гроу мне потом голову оторвет. Он никогда не примет от нее помощь, да и что она может сделать? Надавить на Гайера? О да, это будет незабываемая тема для журналистов.

Я влетела в гримерную, когда Гелла с кем-то говорила по телефону.

Заметив меня, резко обернулась, ассистентки повскакивали со своих мест, как виары, заметившие еду.

Гелла тут же нажала отбой и сунула мобильный в карман джинсовых брюк.

Вообще не представляя, что буду делать дальше, опустилась на стул и зажала руки между коленями.

Дверь за моей спиной распахнулась, и в гримерную влетел сначала режиссер, а затем Единичка с напарником.

— Если вы считаете, — мужчина шагнул ко мне, ноздри его раздувались, — что можете говорить со мной в таком тоне и пытаться уронить мой авторитет в глазах остальных, то вы сильно заблуждаетесь, эсса Ладэ. Если такое еще раз повторится, я сделаю все, что в моих силах, чтобы вы покинули проект. Я ясно выражаюсь?

— Куда уж яснее. Вы так орете, что вас слышно в соседних павильонах.

Лицо режиссера побагровело.

— Еще раз. Если вы хотите сниматься в моем проекте…

— Хочет или не хочет, — скрестив руки на груди, вперед выступила Гелла, — но не будет. По крайней мере, сегодня.

— Что вы сейчас сказали? — Мужчина повернулся к ней.

— То, что вы слышали. — Гелла вскинула брови. — Сегодня она точно сниматься не будет, потому что лично я ухожу.

Ставленник Гайера изменился в лице.

— Ваше право, эсса Кархарн. — Он пристально посмотрел на Геллу. — Неустойку по вашему контракту вы должны будете возместить…

— Я знаю сроки. — Она направилась к встроенному шкафу и не снесла Джельза, который был выше ее на две головы, со своего пути только потому, что он вовремя отскочил.

Абсолютно ошалевшие ассистентки моргали, переводя взгляд с нее на режиссера, а я поднялась.

— Вы тоже куда-то собрались, эсса Ладэ? — ядовито осведомился он.

— Ага. Не могу же я работать без руководителя гримерной команды.

— И это, разумеется, единственная причина, по которой вы уходите?

Я перехватила предостерегающий взгляд Рона и пожала плечами.

— Нет. Еще вы мне просто не нравитесь.

В эту самую минуту в гримерную влетел запыхавшийся Бирек.

— Это что, правда?.. — Увидев наши говорящие лица, стилист осекся.