Живой проект

Напомним, что после очередного неудачного покушения, Михаил Королев находится в медицинском учреждении. Подтвержденной информации о его самочувствии не предоставляется. Не смотря на это, слух о привязке LSS LPI к жизни президента корпорации уже сказался на популярности жизнеобеспечивающей системы негативно, хотя массовым отток пользователей назвать нельзя.

Здесь вы можете ознакомиться со сравнительной сводкой доступных жизнеобеспечивающих систем, проследить за их развитием, ценами, а так же узнать о ближайших планах».



Давно стемнело, но городская иллюминация не позволяла кому-то укрыться в опустившихся сумерках. Всего к зданию медицинского центра подъехало два автобуса. Их невозможно было не заметить, как и людей, стремительно выпрыгивающих на мостовую. Первой группой руководил Григорий. Его люди в неотличимых черных комбинезонах, эластичных и недеформируемых, рассыпались по трем входам в здание.

— На местах. Где пинты? Все, вижу.

Из второго автобуса, не сильно спеша, спускалась вторая группа. Их яркие оранжевые комбинезоны были хорошо знакомы любому обывателю — спасатели. Перешагивая через сплошной ручей микро-пинтов, они шли к главному входу.

— Третий на месте.

За дверьми послышался крик и разряды, через полминуты все стихло.

— Входим в здание. Марк, пинты внутри, чего ты ждешь?

— Уважаемые работники и пациенты медицинского центра, — послышался отчетливый голос Липы из динамиков, — на всех этажах центра курсируют микро-пинты с парализаторами. Рекомендуем оставаться в своих кабинетах и палатах. Любое живое существо в коридоре центра будет парализовано. Все нуждающиеся в экстренной медицинской помощи получат ее от профессиональных спасателей LPI. Медицинскому персоналу настоятельная просьба в коридоры не выходить. Повторяю: в коридоры — не выходить!

— Охрана уснула. На втором движение, Гриш, — передал Марк руководителю СБ, — пациент. Направил спасателя. В палате пусто, не иди туда. На четвертый, в реанимацию.

— Понял. Первая группа — четвертый этаж.

— Гриш, вторичная фибрилляция желудочков.

— В смысле? Опять?

— Вертолет на подходе.

— Пусть садятся, заблокируй двери на площадке.

— Сделал.

— Четвертый чисто, — донеслось в ухе.

Григорий вошел в палату и в очередной раз смахнул сигнал Ларисы Сергеевны.

— Липа, не подключай Ларису Сергеевну! Я знаю, что ее команды приоритетнее, но ты же понимаешь, что мы делаем и что Лариса Сергеевна мешает!

— Понимаю, — с некоторой задержкой согласился поисковик.

Григорий осмотрелся.

Кроме охраны у двери в палате лежало еще три человека: женщина и двое мужчин в халатах, надетых на костюмы.

— Григорий, можно перевозить, — обернулся один из спасателей, и Григорий впервые взглянул на шефа.

— Черт… — выдохнул он, — довезем?

— Да.

— Марк, мы выходим.

— Понял.

— Слушай, а включи камеры.

— Что?!

— Включи камеры! Пусть это уйдет в сеть.

— Ну, имидж жертвы — не самый подходящий для Королева, Гриш. Он был бы против.

— Да, оставаться жадным тираничным работорговцем значительно благороднее.

— Ладно, включил.

— И вертолетную площадку, — улыбнулся Григорий.

Марк замер, чтобы увеличить изображение с камеры, выхватившей на выходе из лифта лицо главы Службы безопасности. Он еще ни разу не видел нового главу СБ улыбающимся. Безжизненное лицо Михаила на каталке заставило главу LPC вернуться к работе.

— Группы два, три, возвращаемся.


— Пинты — шестьдесят процентов.

— Нет времени.

— Оставь спасателя с мамкой, пусть соберет.

Каталку беспрепятственно погрузили в автобус. Григорий мельком глянул на вымершую вокруг медицинского центра жизнь, пустынную улицу с готовым зеленым по пути, на еле заметные тельца стрекоз любопытствующих прохожих и новостных агентств. Через минуту здесь снова все оживет. Вспорхнут стрекозы, медиа-борды захлебнутся, наверстывая оплаченную, но не пущенную рекламу, Липа вернет управление электроникой медицинского центра, поедут немногочисленные автомобили, к середине века все же оправдавшие свое название и начавшие двигаться самостоятельно.

— Ты, — Григорий указал пальцем на ближайшего клона в оранжевом комбинезоне, — возьми мамку пинтов, дождись всех и подъезжай в офис.

— Понял, Григорий, — кивнул один из спасателей, протягивая руки за внушительным контейнером для транспортировки пинтов. — Марк, сколько процентов ждать?

Григорий не слышал, что ответил глава LPC в динамике спасателя, уже закрывая дверь автобуса.

— Марк, поговори с Ларисой Сергеевной, будь добр, — попросил Григорий.

— Хорошо, Гриш.

— Тебе не кажется, что все прошло слишком гладко?

— Ха! — Марк искренне засмеялся. — Ты просто еще ни разу не работал в условиях полного контроля.

— Это точно. Не думал, что такое в принципе возможно.

— Только не привыкай. Нам это простится только из-за угрозы жизни Королеву. Будь ситуация менее критичной, мы бы уже были в состоянии войны.

— Мы и так в состоянии холодной войны. Подожди. Да, Александр.

— Григорий, Иванов просит вычистить сеть от роликов. Сказал, сами знаем, каких.

— Что ты ему ответил?

— Что я физически не имею такой возможности, как и любое другое живое существо на Земле.

— Вполне честно, а главное отвечает реалиям… — заметил Марк.

— Марк, ты подслушиваешь! — послышался низкий, но все же определенно женский голос.

— Вера, кто бы говорил!!! — во весь голос засмеялся Марк.

— Кто такая Вера? — напряженно спросил Григорий, пытаясь найти какие-то признаки вклинившегося в канал человека у себя в контактах.

— Вер, не пугай людей, — увильнул от ответа Марк.

— Александр, мне нечего добавить.

— Как Михаил?

— По пути в клинику.

Когда Александр отключился, Григорий вернулся к вопросу о Вере.

— Гриш, обсуждать это не в моей компетенции. Если ты чего-то не знаешь, значит, пока не настало время узнать.

— А есть здесь хоть кто-нибудь, кто знает все?! — воскликнул глава СБ в сердцах, ни к кому толком не обращаясь. По долгу службы он привык все контролировать, а на этой операции вдруг понял, что раньше не контролировал и десятой части происходящего вокруг. Он привык отвечать за подопечных, но столкнулся с таким многослойным недоверием, что не всегда мог самостоятельно обозначить границы своей способности оградить и уберечь. И тут в многократно защищенном коммуникационном канале верхушки корпорации возникает неидентифицируемое лицо, а он даже не представляет, кто это и где может находиться!

— Есть, — ответил голос из динамика в машине, и Григорий не сразу понял, чей это голос. — Я.

Когда кто-то за спиной усмехнулся, Григорий обернулся и встретил взгляд главы корпорации. Только увидев его уставшие, впалые, а потому казавшиеся еще более темными и неприветливыми глаза, начальник СБ понял, что ответил ему поисковик LSS LPI, но голосом не Липы, а Вики — индивидуальной надстройки поисковой системы Королева.

— Липа, а ты могла бы вывезти Михаила и доставить в клинику LPC сама?

— Конечно, Григорий.

Григорий озадаченно смотрел на шефа. Почему ты не сделал это сам? — спрашивал его взгляд. Если Липа действительно могла с уверенностью отконтролировать весь процесс, а теперь Григорий и сам понимал, что с обилием кукол, которые LSS LPI колола как орешки, с подключением к любой электронике, доступом ко всей необходимой информации, Липа действительно не нуждалась в людях для решения каких-либо задач. Он не понимал, что двигало Михаилом и что останавливало подчиняющуюся ему LSS.





* * *


Запись с камер наблюдения медицинского центра распространилась и размножилась в мановение ока и следящие за новостями LPI люди с тревогой и негодованием зажужжали в сети. Меланхолично размешивая синтетическое повидло в настое трав, Глеб Саныч хмыкнул и обернулся на хлопнувшую за спиной дверь.