Живой проект

Собеседница удивленно вгляделась в глаза Михаила, прежде чем ответить тише прежнего:

— Я Марина, а это Вероника.

— И вы сестры?

— Да.

Возникла пауза. Машина развернулась к городу, следуя по указанному адресу. Вася благоразумно молчал, вспомнив, откуда его шеф знает этих двух «крох». Когда непроницаемая перегородка за передними сидениями поднялась, Вася уткнулся лбом в ладонь.

— Так значит ты хозяин всего «Живого проекта»! — констатировала Марина. — Ммм… ты же куришь! И у тебя наверняка можно курить!!!

Михаил достал сигареты и, взяв одну для себя, протянул девушкам.

— Что значит всего?

— И клиники и клоны и мясо!

— Это сейчас так важно?

— Конечно! — воскликнула Вероника, обратив на себя внимание.

Михаил не хотел продолжать эту тему и просто промолчал.

— Так что, мы едем к нам?

— Определенно, — Михаил посмотрел в окошко.

— Я думала, ты пользуешься услугами девушек подороже!

— Я не пользуюсь подобными услугами, Марин.

— Ну да, к тебе, небось, и за бесплатно очередь!

Михаил засмеялся и покачал головой:

— Небольшая… я просто ехал мимо и увидел знакомые лица. Вы не против просто поболтать?

— Поболтать? — не поняла Марина.

— Да, по-дружески.

— Ты хочешь поболтать по-дружески… с нами? — поддержала удивление сестры Вероника.

— Если вы не очень заняты, — подтвердил Михаил, — ваше время я оплачу.

Сестры переглянулись, Марина пожала плечами, и Вероника ответила за обеих:

— Мы непротив.

Вася знал шефа лично не так долго, но был абсолютно уверен в двух вещах: его босс не употребляет алкоголь и не пользуется услугами проституток. Когда Михаил приказал остановиться у магазина и прикупить «приличного алкоголя», Вася был готов жаловаться Григорию. Глава СБ просил быть «повнимательнее» в эти дни, подразумевая необходимость предугадать и предотвратить какую-нибудь глупость шефа. Михаил был слишком спокоен и адекватен два прошедших дня, что казалось ненормальным для человека в его ситуации. Григорий и Вася ждали, когда же он сорвется и, похоже, такой момент настал.

— Гриш, Королев снял двух проституток, закупился алкоголем и сейчас мы едем к ним на квартиру.

— Хорошо, держи меня в курсе, — ответил Григорий и отключился.

— Хорошо? — удивленно обернулся Вася к пустующему водительскому креслу. — Что же тут хорошего?

Михаил поднялся четыре лестничных проема, не обращая внимания на сплошной рекламный коллаж на стенах, но оказавшись в маленькой однокомнатной квартирке, отшатнулся от кинувшихся на него со стен и мебели рекламных роликов. Непрерывный гомон сменялся четким, с музыкальным оформлением текстом, а сам ролик выходил на первый план, как только взгляд Михаила случайно или намеренно останавливался на чем-либо в помещении. Ввиду того, что в квартиру зашли трое, реклама нападала втрое агрессивнее.

— Черт побери, как вы среди этого живете? — искренне опешил президент LPI.

— Ну, мы не настолько богаты, чтобы покупать вещи за деньги. Медиа-кредит… — начала объяснять Вероника, но сестра перебила:

— Эй, чувак!

— Оставь, ему можно… — остудила ее сестра, стягивая сапоги.

Михаил обернулся и запоздало понял, что вошел в чужой дом (что случалось крайне редко) и стоило бы снять обувь, но Вероника махнула рукой, и он успокоено вернулся к разглядыванию помещения. Это было непросто, потому что ролики заполнили все поверхности, даже рамку фотографии на комоде.

— Сестры, значит, — засмеялся он через минуту, когда Марина исчезла на кухне, а Вероника притаилась за спиной.

На фотографии в порабощенной рекламой рамке Марина и Вероника были одеты в белые халаты и обнимались.

— Что же случилось? — обернулся Михаил к Веронике.


Она молча пожала плечами.

— Понятно.

Еще раз взглянув на фото улыбающихся медицинских сестер, Михаил не выдержал и обратился к поисковику:

— Вика, отключи здесь рекламу, пожалуйста.

— Перегрузить канал или оплатить медиа-кредит за текущие сутки?

— Оплати.

— Принято, Михаил.

Глава LPI не пил и пить не умел. Он не думал, что единственный довод, которому окажется невозможно возразить, будет звучать «А как же мы тогда поболтаем?» и приведет к мало контролируемому излиянию. Он ни разу в жизни не говорил так долго и ни разу в жизни не вызывал попеременно у собеседников то сумасшедший смех, то искренние слезы. Михаил никогда бы не подумал, что в принципе умеет делиться и как это ему необходимо.

Сидя за крохотным столиком на кухне рядом с практически незнакомыми девушками, Михаил думал, что впервые общается с настоящими людьми, а до этого его окружали живые проекты компании, к которым некоторые причисляли и его самого. Он говорил о последнем годе работы и событиях, приведших к необходимости банкротить направление живых проектов, об отношениях с Ольгой и упрямстве Анны, о мудром Джоффри и гениальном Марке, о Петре, по которому, не скрывая, скучал. Он говорил весь день, и никто не смел ни прервать этот поток, ни побеспокоить. Глава LPI и не опасался этого. За жизненными показателями с чипа следили круглосуточно и в СБ и в центральном медицинском центре LPC, а информацию об угрозах передавал сканер на загривке. Что бы ни происходило с президентом, группа быстрого реагирования всегда была готова оказаться рядом в течение нескольких минут, особенно из-за раскрывшихся недавно проблем с сердцем.

— Значит, больше не будет новых клонов? — не верила Вероника.

— Будут, конечно. Куда они денутся? Просто теперь их никто не посмеет назвать живыми проектами, даже если при их создании было применено живое проектирование, даже если у них есть двойники, даже если в их паспортах вместо «Живой проект, собственность «Живой проект»» или «live project, Live Project Inc. property» будет написано то же самое, что и у вас.

— Но спецов не будет?

— Официально спецов больше не будет.

— А кто же будет работать?

Михаил засмеялся.

— Я имею в виду вместо них… на опасных производствах там, на пожарах?

— Думаю, в скором времени такие «жп» заменят роботы Toshiba Robotics.

— Когда разрешат следующий кредит, возьму себе куклу… — размечталась Марина.

— А я капсулу. Буду из дома работать, — вздохнула Вероника ей в тон.

— И чем же займетесь?

— Как чем? Тем же…

Около семи вечера, понимая, что и до машины не дойдет, Михаил прикорнул на кушетке одной из хозяек квартиры и проспал до четырех утра. Поднявшись и напившись, он вернулся в комнату и, легонько тряхнув одну из девушек за плечо, тихо позвал:

— Вероника!

Девушка открыла глаза и уставилась на Михаила.

— Я уезжаю.

Кивнув, она поднялась и проводила его до двери. На лестничной площадке прикорнул живой проект. Вася спал в машине.

— Домой, — приказал Михаил, забравшись в салон.

Найдя в контактах переданные когда-то с визиткой данные девушек, Михаил перекинул на их счет сумму, явно превышающую их недельный заработок, и откинул голову на подголовник.

— Вы хорошо себя чувствуете, Михаил Юрьевич? — тут же забеспокоился Вася.

— Не очень. У нас есть что-нибудь от похмелья?

— Сейчас купим, Михаил Юрьевич!

Приехав домой и освежившись в душе, Михаил почувствовал себя значительно лучше. Он ни то чтобы выспался и ни то чтобы чувствовал себя прекрасно, но такие мелочи не могли испортить прекрасного настроения, причин которому, при всей их очевидности, он не находил. Ну, поболтал… и выпил.

— Вика, заедем к Петру, потом в офис, — сказал он вслух, спускаясь в холл.

— Передала, Михаил, — ответил поисковик.

Вася топтался у входа, и Михаил почувствовал неладное.

— В чем дело, Вась?

— Тут такое дело, Михаил Юрьевич. Вчера днем, ну мы не хотели беспокоить вас…