Зеркало любви
Часть 62 из 113 Информация о книге
– Кому дела передавать? – Женьке передай. Пока сойдет, а там посмотрим. На заявление, на запись в трудовой книжке и штамп потребовалось пятнадцать минут. И Малена зашла в комнату к операторам. Женя, Нина, Валерия, Сергей. Все смотрят как-то по-новому. Словно она это нарочно подстроила. – Я попрощаться зашла. – Поймала богатенького и сваливаешь? – ехидно поддела Валерия. Малена не удостоила ее и взглядом. – Нина, спасибо тебе за тот разговор. Надеюсь, мы останемся… пусть не друзьями, но приятельницами. Женя, Сергей, я была рада работать с вами. Женя, пойдем, я тебе дела передам? Женя кивнула и поднялась из-за стола. – Я и так… того, – шепнула она. – Просто сижу пока у себя, Антон запретил твой стол занимать. Малена пожала плечами и принялась складывать свои нехитрые пожитки. Мелочи, колготки, косметика, кружка со смешным львенком и вальяжной черепахой… Огонек на селекторе опять горел. Вот ведь… – Смотри. Вот записная книжка. Здесь почитаешь, что, кому, куда, график полива цветов… Малена показывала, перелистывая страницы. Женя вроде бы слушала… а потом… – Малена, а ты не жалеешь? – Нет. – А… знаешь, Антон на тебя всерьез запал. Огонек на селекторе так и горел. Малена посмотрела на него и ответила прямо: – Жень, он не на меня запал. Я просто ему не дала. Любая другая женщина, которая догадается не давать ему до свадьбы, так же получит колечко на палец. – Не-а. – Да. – Малена, я здесь давно работаю. Знаю, такие случаи бывали. Антон тогда давал девушкам свою визитку. – Зачем? – Ну, тут вариантов два. Либо они того… а когда надоест, он оплачивает девушке гименопластику, либо пусть выходит замуж, а если захочет наверстать упущенное, позвонит. – И многие звонили? – Было… – Дуры, – коротко обронила Малена. – Ладно, пойду отдам заявление – и попрощаемся. – Тебе точно не жаль? Ведь могло бы сложиться… Малена прищурилась. И не выдержала, сорвалась. Слишком уж многое свалилось на ее плечи – в обоих мирах. Сорвешься тут. – Женя, что? Что у нас могло бы сложиться? Под орлиным взглядом Ирины Петровны, рядом с племенной девушкой, предназначенной для дорогого сыночка, рядом с колоннами и шеренгами его любовниц? Что? Я для Антона стала бы только новой игрушкой, а отдавать свое сердце в руки капризному избалованному ребенку – увольте! Он разобьет его, как елочную игрушку, о ближайший столб, а потом будет наслаждаться игрой света на осколках. Я этого не хочу! Да и не любит меня Антон. Я просто новинка, которой приятно завладеть, особенно под носом у соперника. Насколько ж надо себя потерять, чтобы соглашаться на такие условия и надеяться, что в Антоне проснется любовь? Ты же понимаешь, что этого не будет. Никогда. – Ну… Малена молча взяла заявление со стола и хлопнула дверью. Она не знала, что Женя, не удержавшись, тоже нажала кнопку селектора. Не знала, что об этом разговоре ее просил Антон. Да и узнала бы – что это поменяет? * * * – Значит, игрушка? Да? – Любопытство не ведает этики? Не так ли?[16] – Не любопытство, а любовь. Антон не отводил глаз, но Малена лишь пожала плечами и повторила за Матильдой: – Объект любви не хочет быть объектом любопытства. Иосиф Бродский оказался последней каплей. Антон сделал шаг вперед и протянул руку: – Давай сюда заявление. Малена молча протянула бумагу. Антон поставил подпись и обернулся к девушке. – Не поцелуешь меня на прощание? – Нет. – Тогда я тебя поцелую… Увернуться Малена не успела. Тяжелые руки стиснули ее плечи, жадные губы накрыли рот… Приятно? Вот ведь… шервуль. Когда-то она мечтала об этом поцелуе. А получила его – и поняла, что зря. Все было зря. На глаза навернулись слезы… «Держись!» – рявкнула Матильда. И перехватила контроль. В следующий момент взвыл уже Антон. Дворовая девчонка защищалась доступными ей методами. В частности – каблуком туфли по стопе. И поверьте – это больно. Особенно когда каблук – шпилька, а нога противника обута в хорошую фирменную обувь из мягкой кожи. Не проткнула, но взвыл Антон громко и девушку выпустил. – Ты!!! Матильда сказала бы многое. Но управление перехватила пришедшая в себя Мария-Элена. «Тильда, нет!!!» И вместо матерных указаний эротического турпохода отдельно взятому директору она медленно выпрямилась. Прищурилась, вытерла губы бумажным платочком, благо только что забрала пачку из стола, брезгливо бросила его в урну и смерила ледяным взглядом Антона, который сидел на диване и осматривал ногу. Тот аж поежился, словно снежок за шиворот получил. – Прощайте, сударь. Хлопнула дверь. Не нарочно, просто рука дрогнула. Вскочила из-за стола Женя. – Малена? Э-э-э-э… – Подслушиваем? – процедила разъяренная герцогесса. – Осведомляемся? Евгения, от всей души желаю вам с Антоном найти взаимопонимание в браке! Видят боги, вы достойны друг друга. Желаю счастья. И хлопнула второй дверью. Женя так и сидела за столом, мотая головой на манер убитой лошади, когда из кабинета выглянул Антон. – Ты еще здесь? – Д-да… – Иди пиши заявление! УВОЛЕНА!!! * * * Малена не стала ничего скрывать от Давида. Рассказала все тем же вечером, не скрывая самых неприятных для себя подробностей. И стала ждать приговора. Давид не разочаровал сестренок. Выслушал, пожал плечами:. – Малена, я и так все знаю.