Заклятая невеста

Она вздрогнула, словно я ее ударила. Но потом все-таки произнесла:

– Я отказалась выйти замуж за того, кого выбрал отец.

М-да. Мир другой, а в головах все то же. И они еще будут меня убеждать в том, что у них все не как у людей.

– Ты молодец, – сказала я и отвернулась от зеркала, чтобы не видеть ее лица.

Хотя не была уверена, что она молодец, и вообще ни в чем не была уверена. Ее имя упоминали заговорщики: именно Лизея сообщила про мой узор, но вряд ли она была в курсе заговора. Особенно учитывая, что появилась при дворе Золтера недавно и вряд ли могла участвовать в том, что началось задолго до ее появления.

– Вы тоже молодец, – неожиданно донеслось сзади. – Не представляю, что бы я делала на вашем месте.

– Скучаешь по семье? – Я по-прежнему смотрела на свои руки.

– Нет. – Пауза. – Может быть… немного. По сестрам.

– У меня тоже есть сестра. И брат. – Не уверена, что это вообще было кому-то интересно, но мне просто нужно было это сказать.

– Они младше вас?

– Старше. – Я наконец-то повернулась к ней.

– Намного? – Лизея положила платье на постель и приблизилась.

– В нашем мире намного. Для вас, наверное, это сущий пустяк.

Винсент и Тереза действительно были значительно старше меня по человеческим меркам. Не представляю, с какой радости я вообще появилась на свет, если матушка и отец были так далеки друг от друга. У них уже был Винсент – достойный наследник, и Тереза, наделенная сильнейшей темной магией. В отличие от матушки отец был просто помешан на магии, об этом мне рассказывал Винсент. Он не чурался прогресса, но предпочитал изучать то, что в нашем мире медленно угасало.

– Не знаю. Не уверена. – Лизея улыбнулась. – Рядом с вами все пустяки становятся важными.

– О чем ты?

– Мне казалось, что разорванная родовая связь для меня ничего не значит. Но теперь я понимаю, что это не так.

– Вряд ли это связано со мной.

– Может быть, и нет. Но раньше я не… – Она запнулась. – Не знаю, как это объяснить. Давайте я лучше помогу вам привести себя в порядок.

– Не стоит. Не уверена, что я сегодня куда-то пойду.

– Но если его аэльвэрство…

– Я не желаю его видеть и с ним разговаривать.

Лизея открыла рот. Потом его закрыла. Потом все-таки выдохнула:

– О…

– Прости, что спросила у тебя о семье. Я не должна была.

Она моргнула:

– Вы что, сейчас извиняетесь?

Я вздохнула:

– Мне очень хочется верить, что да.

Хочется верить, что я еще на это способна.

Элленари не нашлась с ответом, как раз в это время из-под кровати вылез Льер. Тот потянулся, зевнул во всю зубастую пасть и уставился на нас.

– Погуляешь с ним? – спросила я у Лизеи, которая ощутимо напряглась. – Он не причинит тебе вреда.

– Вы что, правда не собираетесь выходить? – уточнила она, неверяще глядя на меня. – Даже если его аэльвэрство вас позовет?

– Правда, – кивнула я. – Тем более что выходить без разрешения мне запрещено, а бегать к нему по его приказу у меня нет ни малейшего желания.

– И что мне ответить, если он попросит вас привести?

Я пожала плечами:

– Передашь ему мои слова.


– Аэльвэйн Лавиния, – Лизея покачала головой, – вы уже не раз доказали свою смелость, но сейчас играете с огнем. После появления аэльвэи Орстрен от него все шарахаются.

Неудивительно, если учесть, с какой легкостью он выставил собственную мать.

– Я здесь недавно, но у меня… мой хороший знакомый сказал, что его аэльвэрство и отец аэльвэра Орстрена были лучшими друзьями. Когда он погиб, повелитель был в ярости, и теперь, когда его сын оказался предателем и заговорщиком…

Видимо, хороший знакомый – тот, кто целовал ее в губы. Тот же, кому она рассказала про узор? Когда мы собирались на охоту, элленари притянул ее к себе прямо во дворе, при всех. Попыталась припомнить, как он выглядел: высокий, широкие плечи… на этом все, потому что мне было не до него. Тем не менее узнать мужчину при встрече я, наверное, могла бы. Например, если снова увижу рядом с Лизеей.

– Словом, я очень вас прошу, оденьтесь. И позвольте помочь вам с прической. Боюсь, что любое ваше неповиновение сейчас может закончиться очень и очень плохо, и на этот раз вы не отделаетесь запечатывающими магию браслетами.

– Запечатывающие магию браслеты?!

– Вы не знали? – изумилась Лизея.

Я глубоко вздохнула, сдержав совершенно недостойное леди желание выругаться.

– Мне, как всегда, не сказали всей правды.

– Что? – Девушка моргнула.

– Расскажи, как они работают.

В нашем мире запечатывающие магию оковы больше напоминали кандалы, да что там, кандалами они и были. Тяжесть металла и цепей позволяла им выдержать мощную магию, точнее, невероятной силы заклинание, не позволяющее тому, на кого они были надеты, пользоваться своим даром. Ну или проклятием, кому как повезет.

– Вы же не собираетесь их снимать? – Лизея слегка побледнела.

– А я смогу?

Элленари побледнела еще сильнее.

– Лизея?

– Нет. Не сможете. Последний, кто попытался снять браслеты запрета на магию, отправился за Грань.

– Не повезло, – философски заметила я.

Наверное, во мне что-то действительно изменилось, если я могла так спокойно говорить о таких вещах. С другой стороны, оказаться в таком месте и остаться прежней – наверное, нужно быть пресветлой. Я себя такой никогда не считала и никогда ею не была.

– Так что? Расскажешь?

– Вашу магию запирает не заклинание, аэльвэйн Лавиния. Сами браслеты.

Лизея подняла мои запястья, чуть развернула и пустила короткий импульс магии. На металлических пластинах тут же вспыхнул рисунок, чем-то напоминающий древние узоры армалов. Синие контуры мерцали под дымкой несколько секунд, а после погасли, превратив металл в самый что ни на есть обычный, разве что немного потемневший от времени.

– Заговоренный металл. Именно поэтому снять их может только знающий заговор. А это кузнец-создатель и его аэльвэрство.

Да, повезло так повезло.

– Кузнецы элленари живут в той деревушке, которую мы пролетали по дороге на охоту?

– Да, – кивнула Лизея. – Аэльвэйн… вы не прикажете ему на меня не смотреть?

Котенок уставился на девушку не мигая. Его пристальный взгляд был пронизывающим до дрожи, поэтому отчасти я ее понимала.

– Льер, – позвала коротко. – Иди сюда.

Бъйрэнгал шрявкнул и моргнул, после чего подошел ко мне, подталкивая ладонь шипастой головой.

– Поскольку сегодня гуляешь с ним ты, придется вам подружиться, – сказала Лизее. Судя по выражению ее лица, дружить с ним она совершенно не хотела. Даже серебро с ее волос перекинулось на щеки, и бледность придавала девушке совсем потусторонний вид. Правда, отказываться она не стала.

– И с чего мы начнем? – спросила негромко.

– С того, что будем его кормить.

Кормили котенка мы вместе, потому что бъйрэнгал чувствовал страх и постоянно скалил зубы. Мне пришлось несколько раз его одернуть, чтобы он не рычал на Лизею, и еще несколько раз сказать ей о том, что, пока она боится, они не подружатся. В конце концов я просто поставила поднос с собственным завтраком на пол, уселась рядом с котенком и предложила девушке присоединиться. Так мы и сидели, попивая странный травяной напиток под названием хьюр, чем-то отдаленно напоминающий чай. Хотя для чая он был слишком горький и слишком пах тиной, но в целом… в целом я уже начинала привыкать к странностям местной кухни.

А чтобы Лизея привыкла к Льеру, пришлось отвлекать ее разговорами о том, что подают на завтрак в нашем мире.

– Поджаренный хлеб? – спросила она удивленно. – А что это?

– Это… похоже вот на это. – Я указала на местный аналог булочки.

– Каткан.

– Да, похоже на ваш каткан, только хрустящее. Держи. – Я протянула ей булочку-каткан, и она с удовольствием взяла.