Впусти меня
Часть 46 из 107 Информация о книге
– Нет. – Юкке нашли. Сегодня. – Да-а? А-а-а. Вот как. – И тут, значит, такое дело… Ларри повернулся к остальным, ища поддержки, но, кроме подбадривающего жеста Моргана, ничего не последовало. Ларри чувствовал себя чиновником, выдвигающим ультиматум. Но другого выхода не было, как ни крути. Он спросил: – Можно войти? Он думал, Гёста запротестует – вряд ли он привык к тому, чтобы в его квартиру вваливались пятеро. Но Гёста только кивнул и отошел на пару шагов в коридор, пропуская их. Ларри на секунду замешкался; запах, доносившийся из квартиры, был просто невыносим, липким облаком витая в воздухе. Пока он топтался на пороге, Лакке прошел внутрь, за ним последовала Виржиния. Лакке почесал кота на руках у Гёсты за ухом. – Красавец! И как его зовут? – Ее. Фисба. – Красивое имя. А Пирам[29] у тебя тоже есть? – Нет. Один за другим они вошли в квартиру, стараясь дышать через рот. Несколько минут спустя они оставили попытки перебороть вонь, перестали задерживать дыхание и постепенно свыклись с запахом. Коты были согнаны с диванов и кресел, из кухни принесли пару стульев, спиртное и стаканы, и, немного поболтав о котах и погоде, Гёста наконец произнес: – Так, говорите, Юкке нашли? Ларри залпом опрокинул в себя содержимое стакана. Теплота, разлившаяся в животе, придала ему смелости. Он налил себе еще и ответил: – Ага. Возле больницы. Вмерзшим в лед. – В лед?! – Да. Там сегодня такой цирк устроили. Я пошел Херберта навестить – не знаю, знакомы ли вы, ну да ладно… короче, выхожу я – а там тебе и полиция, и «скорая», потом пожарники подкатили… – Там что, и пожар был, что ли? – Нет, но его же пришлось изо льда вырубать. Ну, то есть тогда я еще не знал, что это он, но, когда они вытащили его на берег, я узнал его по одежде – лицо-то… ну, короче, там все замерзло, не узнать, а вот одежда… Гёста поводил рукой по воздуху, будто гладя большую невидимую собаку. – Постой… он что, утонул? Ничего не понимаю… Ларри отхлебнул из рюмки, вытер ладонью рот. – Нет. Полицейские тоже так решили. Поначалу, насколько я понимаю. Стояли себе сложа руки, пока медики возились с каким-то пацаном, у которого из башки кровь шла, так что… Гёста еще энергичнее замахал рукой, то ли гладя, то ли отталкивая от себя невидимую собаку. Немного алкоголя из его стакана выплеснулось на ковер. – Постойте. Я что-то ничего не понимаю… У кого кровь из башки? Морган согнал кота с колен и отряхнул брюки. – Да нет, это к делу отношения не имеет. Ну давай, Ларри. – Словом, когда они его вытащили на берег – я сразу понял, что это он. Весь какими-то веревками перевязан. А на веревках – камни. Тут-то легавые и засуетились. Рации включили, начали натягивать эту свою ленту, разгонять народ. Сразу заинтересовались. Так что… похоже, его утопили, во как! Гёста откинулся на спинку дивана, прикрыв глаза рукой. Виржиния, сидевшая между ним и Лакке, похлопала его по колену. Морган наполнил его стакан и сказал: – Главное, они нашли Юкке. Подлить тебе тоника?.. Держи. Нашли и знают, что его убили. А это ведь совсем другой коленкор. Карлссон прокашлялся и солидно произнес: – Согласно шведскому законодательству… – Да заткнись ты! – перебил его Морган. – Ничего, если я закурю? Гёста еле заметно кивнул. Пока Морган доставал сигарету и зажигалку, Лакке наклонился вперед, заглядывая Гёсте в глаза. – Гёста. Ты же видел, как это произошло. Ты должен вывести преступника на чистую воду. – Вывести на чистую воду? Как это? – Ну, прийти в полицию и рассказать, что` ты видел, вот и все. – Нет. Нет! В комнате повисло молчание. Лакке вздохнул, налил себе полстакана водки, плеснул немного тоника, сделал большой глоток и закрыл глаза, когда обжигающие пары заполнили его желудок. Принуждать он никого не хотел. Карлссон еще у китаезы что-то нудил про отказ от дачи свидетельских показаний, сокрытие улик и прочую чушь, но, как бы Лакке ни хотелось, чтобы виновный понес наказание, он не собирался натравливать ищеек на своего приятеля, как последний стукач. Серый пятнистый кот ткнулся головой ему в лодыжку. Лакке взял кота на колени, рассеянно поглаживая по спине. Да и какая разница? Юкке был мертв, теперь-то они точно знали. Так что какое все это имеет значение? Морган встал и подошел к окну со стаканом в руках. – Ты здесь стоял? Ну, когда это случилось… – Да. Морган кивнул, потягивая свой напиток: – Тогда понятно. Отсюда все видно. Неплохая вообще у тебя хата. Красивый вид. Конечно, не считая… а вид красивый. Одинокая слеза скатилась по щеке Лакке. Виржиния взяла его руку и пожала ее. Лакке сделал нехилый глоток, чтобы заглушить боль, разрывавшую грудь. Ларри, какое-то время задумчиво наблюдавший за котами, бесцельно перемещавшимися по квартире в одном им известном порядке, побарабанил пальцами по своему стакану и произнес: – А если просто навести их на след? Указать место происшествия? Может, они найдут отпечатки пальцев, ну или еще что-нибудь. Карлссон улыбнулся: – И что мы им ответим, если они спросят, откуда нам это известно? Что мы просто знаем, и все? Они же наверняка заинтересуются, откуда… вернее, от кого мы это узнали. – Ну, можно же сделать анонимный звонок. Передать информацию – и дело с концом. Гёста что-то пробормотал с дивана. Виржиния наклонилась к нему: – Что ты говоришь? Гёста тихо-тихо произнес, не отрывая взгляд от своего стакана: – Простите меня. Но я слишком боюсь. Я не могу. Морган отвернулся от окна, развел руками: – Тогда на том и порешим. И не о чем тут больше разговаривать. – Он бросил ледяной взгляд на Карлссона. – Мы что-нибудь придумаем. Решим этот вопрос по-другому. Нарисуем схему, позвоним – черт, да что угодно! Как-нибудь да выкрутимся. Он подошел к Гёсте и потыкал ногой его ногу: – Слышь, Гёста, выше нос. Мы что-нибудь придумаем. Не беспокойся. Гёста? Ты слышишь, что` я тебе говорю? Мы все решим. Ну, выпьем? Он протянул свой стакан, чокнулся с Гёстой и сделал глоток. – Ничего, справимся. Правда? * * * Он расстался с ребятами у входа в бассейн и уже направился домой, когда вдруг услышал ее голос со стороны школы: – Эй! Оскар! Шаги на лестнице – и она вышла из тени. Похоже, Эли сидела и ждала его. А значит, слышала, как он прощался с остальными, и с ним говорили как с нормальным человеком. Тренировка прошла хорошо. Он оказался не таким слабаком, как думал, даже обогнал пару ребят, ходивших сюда не в первый раз. Опасения, что физрук начнет его расспрашивать о сегодняшнем происшествии на льду, оказались напрасны. Физрук только спросил: «Хочешь поговорить об этом?» – и, когда Оскар покачал головой в ответ, больше не задавал вопросов. Бассейн был иным миром, жившим по своим правилам, не то что школа. Физрук был не таким строгим, и к Оскару никто не приставал. Впрочем, Микке здесь и не было. Может, теперь Микке его боится?! Эта мысль кружила голову. Он пошел навстречу Эли. – Привет.