Вектор

– Давайте тогда прямо здесь, – Эрик опустился на ближайший стул. – Мой директор считает, что я записался в вектор для того, чтобы найти смысл жизни. Но лично мне кажется, что он считает… как бы это сказать…

– Что вы беситесь с жиру? Есть такое выражение, оно означает…

– Я знаю, что оно означает, – Орсен недовольно поджал губы, но затем снова расслабился. – Да, он примерно так и считает. А почему вы обо всем этом спрашиваете?

– Подождите чуть-чуть. То есть вы не испытываете к Федерации ненависти и вы не совершали преступлений. Вам просто надоело там находиться?

– Мне надоело находиться в сложившемся там обществе, – наблюдателю вспомнился долгий разговор с Кристофом и он снова ощутил подступающее раздражение. – Но Федерация мне не нравится тоже. Я хотел оттуда вырваться.

– Знаете, ваш директор все-таки был прав, – неожиданно улыбнулся старик. – Вы действительно решили найти хоть какой-то смысл в жизни. Пусть даже до сих пор не хотите сами себе в этом признаться.

Эрик неопределенно скривился, но промолчал.

– Кстати, это ведь отличная причина для того, чтобы отправиться в векторную миссию, – продолжил свою мысль полковник. – Взгляните на окружающих. Большинство из них – попавшие в руки закона преступники. Остальные же пришли на этот корабль по глупости или в знак протеста. На таком фоне ваш мотив выглядит наиболее адекватным.

– Ну, вообще-то, меня вполне можно определить в любую из этих двух категорий, – заметил Орсен. – Тот же Кристоф наверняка считает, что я совершил идиотский поступок. Но это лишь его мнение. Я оказался здесь как раз из-за несогласия с режимом.

– Правда? И при этом сразу же бросились сочинять рапорт для Федерации? Бросьте, Эрик. Меня вот, скажем, совершенно не тянет отправлять домой какие-нибудь доклады.

Кружка с кофе показала дно, и наблюдатель, взяв паузу, отправился за добавкой, попутно размышляя о словах старика. Затем вернулся, сел за стол и уставился на черную поверхность напитка.

Щелкнул по краю емкости ногтем, добившись появления маленьких концентрических кругов.

– Смысл жизни, значит?

– Я не психолог, – Сергей Петрович залпом допил чай. – Тем не менее со стороны все выглядит именно так. Мне не довелось пообщаться с вами за пределами вектора, но ваше желание участвовать в судьбе Федерации сразу после того, как вы ее покинули, говорит о многом.

– И о чем конкретно?

– О том, что раньше у вас в жизни не было действительно достойного занятия. И о том, что вы хотели найти такое занятие, но не могли это сделать в том обществе, которое вас окружало.

– Надо же.

– Именно так. Вам требовалось разобраться в себе – и вы решили сделать это путем изменения начальных условий. Очень правильный поступок.

Эрик сделал большой глоток кофе, обжегся и выругался.

Неприятные ощущения заставили его немного встряхнуться. В конце концов, он ведь хотел поговорить об Альянсе, а не о своей бездарно прожитой жизни.

– Сергей, давайте вернемся к ситуации с лейтенантом и его терактом. Поможете мне сформулировать отчет для передачи наблюдателю?

– А зачем? – Полковник улыбнулся, глядя на своего собеседника добрыми глазами. – Вы всерьез считаете, что служба безопасности Федерации не подумала о том, о чем вы сами догадались за полчаса неторопливых размышлений?

– Хм… поясните?

– Эрик, я не хочу вас обидеть, но вы сейчас напоминаете мне школьника, который где-то услышал о принципах использования энергии темной материи в генераторах поля Шульца и пытается рассказать об этом инженеру-проектировщику.

– Я уже понял, что вы тоже считаете меня дураком, – отмахнулся наблюдатель. – Но почему тогда Федерация поступила настолько глупо?


– А кто вам сказал, что это было глупо? Возможно, какой-то из наших отделов ждал этой возможности много лет?

– Та-ак…

– Вы когда-нибудь видели, что представляет из себя Система?

– Нет.

– Довольно большой такой кремниевый кубик, где носитель информации одновременно является управляющей программой и самостоятельной процессорной единицей. А внутри всего этого находится механизм самоуничтожения.

– Так.

– Даже я не знаю, где и каким образом делают мозги для кораблей. Но я совершенно точно знаю, что этих технологий у Альянса еще нет.

– Так…

– Возможно, именно сейчас пришло время отвлечь всю научную мощь потенциального противника на решение по-настоящему сложной задачи? Заставить думать только о том, чтобы разработать свой собственный бортовой интеллект, а не покупать готовые решения у нас?

– Так, – пробормотал Эрик в четвертый раз. – Новые технологии, огромные траты, сворачивание других программ, разработка новых протоколов, переоборудование уже имеющихся кораблей… однако.

– Верно, – старик довольно прищурился, став чем-то похожим на кантра, безнаказанно сожравшего соседскую кошку. – Я уверен, что Альянс беспокоился по поводу Системы и ее аналогов с того самого момента, когда распалось Земное Содружество. Но создавать с нуля собственный интеллект чрезвычайно сложно и дорого, а какого-нибудь повода для форсирования разработок до сих пор не существовало. Теперь он появился. К сожалению, мне неизвестно, почему мы решили слить эту информацию прямо сейчас.

– Возможно, об этом знаю я, – медленно произнес Орсен. – Скажите, вы с какой планеты?

– Всю жизнь прожил в Атлантисе. Хотя, конечно, пришлось помотаться и по окрестностям.

– Периметр системы уже начинают закрывать?

– Не понимаю, о чем вы сейчас говорите. Учтите, я уже довольно давно нахожусь не у дел.

– Ясно, – наблюдатель почувствовал искреннее удовлетворение от того, что хоть где-то оказался более информированным, чем собеседник. – Федерация реализовывает на Барнарде очередной циклопический проект. Создает пространство, закрытое для перемещения в гипере.

Полковник медленно кивнул и рассеянно уставился на столешницу.

– Значит, Барнард, – протянул он. – А потом и весь Внутренний сектор… да, отвлечь Альянс на ближайшие десять-двадцать лет прямо сейчас – это отличная идея. Они догонят нас в одном направлении, но неизмеримо отстанут в другом…

Эрик с некоторым превосходством усмехнулся:

– Вы, Сергей, тоже не очень-то абстрагируетесь от Федерации. Переживаете. Но при этом чуть ли не прямым текстом намекаете, что покинули ее в знак протеста. Может быть, все обстоит не совсем так?

Полковник посерьезнел, и затем выдавил из себя неприятную кривую улыбку:

– Так, наблюдатель, так. К сожалению, именно так. Но мое несогласие с действиями отдельных структур не распространяется на все государство. Я, в отличие от вас, Федерацию люблю.

– Расскажете, что случилось?

Вы прочитали книгу в ознакомительном фрагменте. 
Купить недорого с доставкой можно здесь.