Вектор

– Это же очевидно, – Сергей Петрович взглянул на него с изрядной долей удивления. – Вы когда-нибудь рассказали бы первому встречному о том, что представляет собой институт наблюдателей? А здесь – расскажете. Рано или поздно.

Орсен немного смутился – ответ на его вопрос действительно был чрезвычайно простым.

– Вы правы, вектор развязывает язык… уверены, что Альянс нас не найдет?

– Вряд ли Кристоф Коль решит изменить Федерации, – равнодушно произнес старик. – А без его помощи обнаружить нас будет невозможно.

– Кристоф, значит… – Эрик подумал о том, что сложившиеся у него представления о директоре, скорее всего, весьма далеки от реальности. – Получается, мы летим очень далеко? Сколько лет?

– Не меньше пятисот.

Наблюдатель кивнул и глубоко задумался.

Принадлежавшие Федерации планеты располагались в пределах ста световых лет от Земли. Колониальная сфера уходила еще на сто пятьдесят лет вглубь галактики. А их корабль отправлялся минимум вдвое дальше. Туда, где был лишь совершенно пустой и неизведанный космос…

– Интересно, кто же нашел для нас эту систему, – пробормотал он.

– Исследователи, разумеется.

– Это был риторический вопрос.

Сергей Петрович хмыкнул, но ничего не ответил, рассматривая окружающих точно так же, как и сам Орсен незадолго до этого.

Чуть помедлив, Эрик все-таки задал возникший у него вопрос:

– А почему вы оказались здесь, господин Подгайный? Задание Федерации?

– Если хотите обращаться официально, зовите меня полковником, – старик скривился, будто укусил кислый фрукт. – Но лучше – просто Сергеем. Мы с вами почти одного возраста. Хотя вы наверняка вдвое старше по документам.

– Тогда можете звать меня Эриком.

– Хорошо. Извините, я вас покину. Успеем еще пообщаться.

Оставшись в одиночестве, наблюдатель некоторое время крутил головой по сторонам, а затем махнул на все рукой и вернулся в свою каюту.

Произошедший разговор заставил его серьезно задуматься.

Если новый знакомый был прав, то рядом с ними действительно находился шпион Альянса. Но являлось ли это хоть сколько-нибудь важным фактом в реалиях векторной миссии?

Эрик вспомнил разговаривавшую с лейтенантом девушку и решил, что скрытыми мотивами авалонца все-таки можно пренебречь. В конце концов, он был ничем не хуже огромной толпы преступников, оказавшихся на корабле.

Гораздо больший интерес представлял сам факт шпионажа.



– Что, если господин Алекс Шульц был завербован до того, как решил совершить теракт, а не после?

Тихо произнесенная фраза повисла в воздухе.

Расположившийся на кровати Орсен подложил под голову руки и уставился в потолок.

Интерес Альянса к Федерации был постоянным и достаточно назойливым. Что если их разведка решила пойти дальше обычного, устроив многоходовую комбинацию с участием жаждущего мести лейтенанта?

– А почему бы и нет…

Позволить страдающему от утраты человеку забрать какой-нибудь кораблик, объяснить дальнейшие действия, а затем спокойно пожинать плоды – это отличный план. Являющийся по своей сути однозначно беспроигрышным.

Он устроился поудобнее и начал размышлять о том, что могло произойти, доведи лейтенант задуманный им теракт до логического конца.

Скорее всего, Федерация потеряла бы один из своих миров, оставшись при этом в полном неведении относительно причин случившегося катаклизма. И все подозрения спецслужб были бы направлены на систему Авалона – это ведь именно ее обитатели недавно каким-то образом пострадали от действий своего грозного соседа.

– Но Альянс оказался бы в стороне. Получив при этом четкое понимание того, как можно сражаться с Федерацией. Получив целую стратегию…

Эрик не сомневался, что подобного рода методы были придуманы уже давным-давно. Возможно – еще на заре космической эры. Но отсутствие удачных прецедентов требовало настоящих испытаний, одно из которых, похоже, Алекс и устроил.

Наблюдатель задумался о том, что случится, если направить оборудованный Системой корабль в совершенно безжизненную планету. Откажется искусственный интеллект слушать подобный приказ или же спокойно его выполнит?

– Черт его знает…

Подобный маневр вполне мог быть квалифицирован в качестве средства защиты от метеоритной угрозы. А при таком раскладе бортовой интеллект должен спокойно жертвовать собой, не обращая никакого внимания на глубинные установки, защищающие население обитаемых планет.

Возможно, схожие эксперименты уже проводились и даже оказывались полностью успешными. Но в таком случае их результаты должны были кардинально расходиться с официальной статистикой, утверждавшей, что столкнуть корабль с планетой попросту невозможно…

– Не исключено, что новый опыт пришлось провести именно из-за этого расхождения, – Орсен вздохнул, потряс затекшей рукой и сменил позу, начав рассматривать противоположную стену вместо потолка.


Концепция взаимного уничтожения наблюдателю не нравилась, но он помнил прослушанный в академии курс военной истории. Именно угроза всеобщей гибели лучше всего способствовала поддержанию всеобщего мира.

Руководители Альянса наверняка знали об этом не хуже его. Вот только их задумка блистательно провалилась…

– Или наоборот?

Мысли Эрика отправились по совершенно иному маршруту.

Скорее всего, выбранный лейтенантом корабль отправился к планете, но не попал в нее, остановившись в пределах досягаемости космофлота. Затем Федерация распотрошила бортовой интеллект, докопалась до истины, нашла виновника – и заявилась к авалонцам, требуя выдать неудавшегося террориста.

– Доказательства, наверное, показывали, идиоты… не думая о том, что все вокруг теперь будут знать о существовании внутренних протоколов Системы… кретины…

От избытка чувств он даже встал с кровати и прогулялся по комнате. А потом и вовсе вышел в коридор, быстрым шагом направившись в сторону кают-компании.

Безопасника там не оказалось, зато нашелся лейтенант Шульц. Авалонец с потерянным видом стоял возле информационного экрана, рассматривая изображение звездной системы, в которой находилась их будущая планета.

– Простите, лейтенант, можно задать вам один вопрос?

– Какой? – В голосе повернувшегося к нему Алекса была только прохладная подозрительность. – О том, шпион я или нет?

– Мне это неважно, – Эрик отмахнулся, стараясь сделать это как можно убедительнее. – Здесь слишком много настоящих бандитов, чтобы обращать внимание на человека, который просто выполняет свой долг. Я хотел узнать…

– То есть вы в это уже поверили, – лейтенант печально усмехнулся и снова перевел взгляд на экран. – Хорошо, спрашивайте.

– Когда Федерация требовала вашей выдачи, ее представители демонстрировали какие-то доказательства вашей вины?

– Не знаю, – собеседник безразлично пожал плечами. – Это было без меня. Ко мне просто пришли, сообщили о совершенном преступлении, а затем выдали вашим людям. Наверное, доказательства были. По крайней мере, я льщу себе надеждой, что мое государство все же хоть немного защищает граждан и без доказательств такого бы не случилось.

– Спасибо.

Он развернулся, собираясь отправиться дальше, но был остановлен неожиданным вопросом:

– Скажите, вы видите здесь то же самое, что и я?

– Наверное, – Орсену пришлось остановиться. – А что видите вы?

– Я вижу неприятную планету, на которой есть всего несколько мест, подходящих для жизни человека, – меланхолично произнес авалонец. – Но эти места перекрываются биологической и сейсмической угрозами. Почему нас отправили именно туда?

– Нас туда отправили только потому, что мы сами выбрали это место из пяти предложенных, – вздохнул Эрик. – Я голосовал за другую планету.

– Понятно.

Наблюдатель подождал еще чуть-чуть, но других вопросов так и не последовало.

Пропавшего полковника удалось обнаружить только после прямого вопроса, заданного бортовому интеллекту. Тот выдал номер каюты, и уже через пять минут Орсен стоял на ее пороге.

– Хм, – его появление вызвало у Сергея Петровича определенное удивление. – Заходите. Что случилось?

Эрик прошел внутрь заставленной какими-то сумками комнаты и, не особо стесняясь в выражениях, рассказал о том, до чего сумел додуматься после их прошлого разговора. А также о последующей беседе с лейтенантом.

– Понимаете, это ведь была настоящая провокация. И Федерация сделала именно то, что хотел от нее Альянс – раскрыла одну из своих тайн, – завершил он свой экспрессивный монолог.

– Садитесь, в ногах правды нет, – старик кивнул ему на стул, а сам опустился на кровать. – У вас получилась довольно интересная теория. Но мне бы хотелось узнать, что именно вы планируете делать дальше?

– Я решил посоветоваться с вами, а потом составить рапорт для бортового интеллекта. Когда мы выйдем к нужной системе, корабль свяжется с наблюдателем и передаст ему эти данные.

– Думаете, мы будем под контролем? С другой стороны, почему бы и нет, о чем я вообще…

– Институт отправляет наблюдателей во все обитаемые системы, – кивнул Эрик. – Нас точно не оставят в стороне.

– Согласен, – старик на несколько секунд задумался, а потом неожиданно встал на ноги. – Давайте перейдем в кают-компанию. Там хоть чай получить можно.

Слегка недоумевая, Эрик вышел в коридор вслед за полковником и вместе с ним отправился к общему залу.

– Скажите, наблюдатель, почему вы так беспокоитесь о Федерации? – внезапно поинтересовался его спутник, тормозя возле репликатора. – Вам действительно все еще есть дело до того, что там происходит, или же это просто привычка? Может быть, вы хотите таким образом попытаться вернуть все назад?

– Не задумывался об этом, – Орсен дождался, пока старик заберет свой чай, и заказал кофе. – Это сложный вопрос.

– А почему бы в нем не разобраться? Делать нам все равно особо нечего, времени хватает. Скажите, как вы оказались здесь?

– Это тоже сложный вопрос, – проворчал наблюдатель, забирая напиток. – Где сядем?

– Все равно.