Ты

Линн: «Если б это был не Нью-Йорк, может, и прокатило бы. Бек, он тебя обманывает и динамит…»

Неулыбчивой дылде ты тоже написала. Отдельно. И совсем в другом тоне.

Ты:

«Бенджи куда-то пропал. Избегает меня? Или очень занят? Я беспокоюсь, вдруг…»

Она:

«Вдруг ты просто увлеклась своими рассказами и забыла о нем. Знаешь, как в йоге, когда всю энергию концентрируешь в себе».

Ты:

«И правда. Спасибо за мудрый совет».

Мне плевать, что думают твои подруги. Главное – что думаешь ты. А ты никак не можешь отлипнуть от Бенджи – даже после того, как загнала его письмо в поисковик и нашла оригинал, откуда оно было дословно списано: статья «Как просить прощения у своей девушки» из журнала «Максим» за 2004 год.

По гороскопу я Скорпион: интуиция меня не подводит. Да и голова работает. Я знаю самый короткий путь к магазину, могу в два счета заткнуть и по-тихому выставить Кёртиса; помню, где мистер Муни хранит тесак – под половицей у каталожных ящиков, – потому что он у нас старомоден. Впрочем, и каталог наш не компьютеризирован. А еще я знаю, что Бенджи – полный кретин, поэтому, сбегая к нему по ступенькам, натягиваю приветливую улыбку и говорю с британским акцентом. Этого достаточно, чтобы он меня не узнал.

– А вот и вы, автор «Домашней содовой»…

– Мистер Херцог, большая честь для меня, – расплывается в улыбке этот волосатый жополиз в дорогущем блейзере и берет один из комиксов Хешера, которые я перетащил вниз из зала. – Атмосферное местечко. Здесь подают кофе?

– Подают, да.

– Чудесно, Натан.

Он направляется к клетке, я киваю и пропускаю его внутрь. Входит, осматривает полки под потолком, я незаметно достаю тесак.

– У моей кузины в Ист-Хэмптоне такая же, – разглагольствует он, – для попугаев.

– Чудесно, – поддакиваю я и захожу следом.

Он слегка напрягается и засовывает руки в карманы.

– Что ж, Натан, давайте начнем.

– О нет, сэр. Мистер Херцог слегка задерживается. Я – его ассистент, Уайли.

Слышишь, Бек, я назвался в честь твоего ковбоя. Но обещаю, что не кончу как он, одинокий и раздавленный. Я умею идти до конца.

– Здорово с тобой познакомиться, Уайли, – натянуто улыбается Бенджи, стуча костяшками пальцев по балке. – Кедр?

Вот идиот.

– Красное дерево.

– Осталось только птиц сюда запустить.

– Нет, сэр.

Он пятится и смотрит на дверь.

– Я, пожалуй, наверху подожду.

– Нет, Бенджи.

Смотрит озадаченно. Брат Кейденс тогда тоже сильно удивился. Они всегда теряются, когда получают по заслугам – когда справедливость торжествует.

Ты стучишь в моем сердце строчкой «поезд, поезд номер ноль». Делаю шаг вперед, Бенджи отступает. За мной первое слово… и последнее: «Можно сказать “рад познакомиться” или “приятно познакомиться”, но только не “здорово познакомиться”, Бенджи. Никогда».





* * *


По счастью, Бенджи оказался таким же безалаберным, как и ты: без пароля на телефоне. Открываю его «Твиттер», почту, фотографии Моники. Что за мерзкая, расфуфыренная, фальшивая баба! Выбираю один из снимков и публикую с аккаунта Бенджи в «Твиттере». С единственной подписью «#чудохороша». Думаю, ты догадаешься, что это равнозначно подписи «#уродина» под твоей фотографией.

Если даже после такого ты с него не соскочишь, придется продолжить реабилитацию: кинуть ссылочку на пост в блоге про то, как Бенджи катался в Нантакет в «дегустационную экспедицию» для «поиска новых вкусов». Без тебя. Даже не предупредив. Козел.

Понимаешь, Бек?


Мой телефон вибрирует. Умничка! Быстро схватываешь.

Ты:

«Может, в четверг?»

Я:

«Да».





9




Четверг. Утро. Сегодня вечером наше свидание – моя награда за последние три дня. Знаешь, Бек, присматривать за Бенджи – работенка так себе. Пришлось прокатиться на поезде до Нью-Хейвена, чтобы снять с его карты деньжат, не вызывая подозрений. Тем не менее я не жалуюсь; к тому же у меня созрел отличный план. Я сотворю новую реальность с помощью его телефона. Гениально, сам знаю. Ты подписана на него в «Твиттере», значит, история его погружения в наркотический угар и слабоумие будет разворачиваться у тебя на глазах. Начать я ее решил с Нью-Хейвена: снял две штуки баков с его счета и запостил в «Твиттер» фотку с уродским бульдогом, талисманом Йельского университета.

«Тот самый #бульдог снова на месте после похищения. #че_как_ньюхейвен #мы_с_молли».

Теперь всем (тебе) станет ясно, что Бенджи решил уйти в загул. Выпускники Лиги плюща любят возвращаться в альма-матер, чтобы по старой памяти пуститься там во все тяжкие. Я же говорю, гениальный план. К тому же мне хотелось проветриться: сил уже больше нет терпеть его скулеж.

От тебя приходит сообщение:

«Привет. Что-то не спится. Какие планы на вечер?☺»

Бенджи подает голос:

– Это все из-за Бек? Джо, если она нужна тебе, забирай – не жалко.

Вот козел. Ты – не разбитая машина и не его вещь, чтобы сбывать тебя с рук, поэтому я рявкаю:

– Заполняй тест.

– Джо, – не унимается он, а меня передергивает. Плохо, что он знает, как меня зовут. Будут трудности.

Собираюсь с мыслями и пишу тебе:

«С добрым утром, соня. Надеюсь, тебе снились сладкие сны. Жду в 20:00 на ступеньках Юнион-сквер. Когда стемнеет, будет сюрприз».

Отправляю. Хочу, чтобы скорее наступил вечер, но надо отвлечься. Смотрю, какие книги Бенджи перечислил в списке любимых.

«Радуга тяготения» Томаса Пинчона – врун и позер.

«Изнанка мира» Дона Деллило – сноб.

«В дороге» Джека Керуака – вечный второгодник, застрявший в восьмом классе.

«Короткие интервью с подонками» Дэвида Фостера Уоллеса – это уж слишком.

«Алый знак доблести» Стивена Крейна – ага, строит из себя потомка первых переселенцев.

Бенджи уже завалил тест по «Радуге тяготения» (кто бы сомневался) и «Изнанке мира». И принялся причитать, что я должен был предупредить о проверке – он написал бы другие книги. Богатенькие всегда так: не врут, только когда прижмешь их к ногтю. Ты не такая. Пишешь:

«☺».

Что ответить на улыбающийся смайлик, я не знаю, да и времени нет: принцесса Бенджи требует соевый латте, свежий выпуск «Нью-Йорк таймс», альпийскую минеральную воду, элитный крем и органическую зубную пасту. Я приказываю ему заткнуться и довольствоваться тем, что есть: кофе из забегаловки, вчерашним выпуском «Нью-Йорк пост», банкой вазелина и содой из коробки.

Ты пишешь:

«А что будет за сюрприз, когда стемнеет?»

Я не сержусь. Ты дико меня хочешь, это ясно, иначе не стала бы повторять мою фразу слово в слово. Отвечаю:

«Узнаешь, когда придет время».

А вдогонку зачем-то отправляю подмигивающий смайлик. Черт! Зря! Меня начинает мутить.

– Джо, я эту книгу в руках со школы не держал. Я не напишу тест без хорошей дозы нормального кофе.

Принимаю волевое решение, лишь бы только не слышать это нытье.