Цена всех вещей

Приходи в скобяную лавку СЕЙЧАС ЖЕ.



Мина выглянула у меня из-за плеча и прочитала сообщение.

— Мне нужно, чтобы ты кое-куда меня отвезла, — сказала я.

— Дай угадаю…

Я покачала головой.

— Сначала нужно кое-что остановить.

Кивнув, Мина взяла меня за руку.

Все будет хорошо. Я исправлю все, что натворил крюк.





50

Маркос




Я оставил братьев и побежал к скобяной лавке, что было не так-то просто после двух недель на чипсах и пиве. К середине ночи я наконец добрался до места. Улица опустела, магазины были закрыты жестяными щитами, свет нигде не горел. В нескольких кварталах дальше шумел океан. Ари с трудом поднялась на ноги, стукнувшись о входную дверь. Она едва не упала, но успела схватиться за буквы УО на табличке «УОТЕРСЫ», которая украшала стеклянную входную дверь в магазин.

Я думал, что буду в ярости, когда увижу ее, но не ощутил ничего, кроме облегчения. На секунду мне вдруг стало не важно, что она забыла Уина, — Ари переживала за Диану не меньше меня. И это кое-что значило.

— Выглядишь дерьмово, — хрипло сказала она.

— Спасибо. Почему бы тебе не упасть еще разок?

— Если повезет, упаду. Я плюхаюсь, прям как падший ангелочек.

Я достал ключи и махнул, чтобы она отошла от двери.

— Ты правда думаешь, она здесь? — спросил я.

— Не сложно проверить.

Я подпер дверь кирпичом.

— Дев заходил сюда несколько часов назад, когда мы искали Кэла, и здесь было пусто.

Ари моргнула несколько раз:

— Кэл тоже исчез? — В темноте я не мог ничего прочесть по ее лицу. Я уже собирался ответить, когда она вдруг схватила меня за руку. — Ты чувствуешь этот запах? — спросила она, и в тот же момент я ощутил острый, сухой химический аромат, доносившийся из магазина.

Ничего хорошего.

— Диана! — едва переступив порог, крикнул я. Запах внутри был сильнее, в воздухе витало что-то такое, что застревает в горле, заставляя человека кашлять так, будто он выкурил штук пятьдесят сигарет.

— Диана, ты здесь?

Ари стояла за моей спиной. Я знал, что ей здесь не нравится, и не мог ее в этом винить: в ночной тьме магазин казался угрожающим. Неровные ряды принимали причудливые очертания, из темноты выступали пугающие силуэты, в воздухе воняло газом. Мы шли по коридорам, выкрикивая имя Дианы и проверяя узкие проходы со всей возможной быстротой.

— Вы так и не нашли Кэла? — спросила Ари.

— Нет. Не представляю, что с ним стряслось. Я выяснил, что мама уже несколько лет оплачивает какое-то заклинание для Кэла. Отдает старой гекамистке по шесть штук каждый месяц.

— Шесть тысяч долларов! — Глаза Ари чуть не вылезли из орбит. — Никогда не слышала, чтобы кто-то столько платил даже за постоянно действующее заклинание. Да еще каждый месяц? Для чего?

Я и не представлял, что это так дорого. Я покупал заклинание лишь один раз в жизни, в последнюю ночь Уина.

— Он не может никому навредить. Даже не смог меня ударить. Но, возможно, за такую-то сумму заклинание должно касаться чего-то посерьезнее.

— Фух. Это так странно, потому что заклинание Кей…

Я вздрогнул.


— Пожалуйста, можешь не упоминать о ней?

Она на секунду задумалась и заговорила лишь после того, как мы миновали очередной проход.

— Послушай, могу я тебя спросить… — Она нервно зашмыгала носом. Я не припоминал, чтобы она хоть когда-то спрашивала разрешения задать вопрос, и поэтому сразу напрягся. — Тебе действительно нравится Диана?

Я смотрел только вперед.

— Я люблю ее, — ответил я.

Следующие несколько метров она молчала. А потом споткнулась о садовый шланг и зашипела.

— Прости, — сказала она.

Тяжелый груз на сердце вдруг рассыпался на мелкие кусочки.

— Я хочу сказать, за все. Мне правда очень жаль.

— Знаю, принято.

Я еще не простил ее. Пока нет. Но это был первый шажок к примирению. Если бы я мог отключить часть сознания, то поверил бы, что мы с Ари снова друзья. Так же, как и прежде. А слева рядом с нами будто бы снова шел Уин. И молчал.

Из-за едва заметной двери в мастерскую сочился свет. Заметив это, Ари схватила меня за руку.

— Диана? — позвал я. — Ты здесь?

Я толкнул дверь свободной рукой, и кожу обожгло. В мастерской было так светло, что мне пришлось проморгаться, прежде чем я что-то увидел. И дело было не только во флуоресцентных лампах. Несколько балок в бункерах для скрапа,[27] которые располагались вдоль стен, полыхали огнем.

— Черт, пора выбираться отсюда, — сказал я, выскакивая обратно. Пламя охватило уже всю мастерскую, а потом и весь магазин. Мы оказались отрезаны от выхода.

Ари судорожно втянула воздух и, оттолкнув меня в сторону, бросилась прямо в горящую мастерскую. Я окликнул ее по имени, как идиот, а потом увидел то же, что и она: в клетке, за сетчатой дверцей, там, где мы обычно держали сварочный аппарат, была Диана.

Сердце бешено застучало. Нет, нет, нет, нет, нет. Горящие полки с деревяшками и инструментами словно приблизились и сомкнулись над моей головой.

Увидев нас, Диана встала на ноги, плача и что-то рассказывая одновременно. Но из-за шума в ушах я не мог разобрать ни единого слова.

Спотыкаясь, я пробежал через весь магазин, вцепился руками в цепь и рванул ее на себя — и очень удивился, когда с ней ничего не произошло. Ключ, ключ, ключ, ключ, ключ — я знал, где он находится, за дверью, на крючке за дверью в мастерскую. Там должен быть ключ, открывающий клетку, чтобы Диана…

Диана рыдала. Ари прижала руку к решетке в попытке дотронуться до подруги.

— Я искала тебя, — посмотрев на меня, сказала Диана. — Тебя не было под деревом. Я пошла искать тебя.

Я оторвался от клетки и побежал к двери, где должен был висеть ключ. Деревянные балки в бункере для скрапа продолжали полыхать. Некоторые из них уже почернели, от них валил дым. Я вдруг поскользнулся на чем-то жидком. Что это было? Алкоголь? Полы блестели — кто-то пролил на них выпивку.

Оказавшись возле двери, я потянулся за ключом, хотя собственными глазами видел, что ключа на месте нет. Кто-то забрал его.

Я все еще мысленно называл его «кто-то», хотя сделать это мог лишь один-единственный человек. Только он мог зайти в магазин после того, как Дев все здесь прочесал. Только он мог взять ключ, запереть Диану и устроить пожар — хоть я и не мог представить зачем. Но мне не хотелось в это верить.

Инструменты висели на деревянной доске слева от меня. Огонь почти добрался дотуда, но загореться она еще не успела. (Хотя это должно было вот-вот произойти. Пылало практически все помещение, а Диана по-прежнему сидела в клетке.) Сделав глубокий вдох, я закашлялся, а потом схватил лом.

И тут же с криком его выронил — лом оказался раскален докрасна. Тогда я обернул левую ладонь рубашкой и, подобрав лом, побежал обратно к Диане.

Она смотрела на меня из клетки, по ее щекам текли слезы.

Она меня не ненавидела. Хорошо.

Я начинал задыхаться. Пахло деревянными щепками, растворителем и чем-то вроде серы. Мне не хватало воздуха. Я попытался поддеть висячий замок ломом, но лом выскользнул из моей руки и со звоном упал на пол. На секунду оторвав взгляд от Дианы, я наклонился, чтобы его поднять. Ари закричала. Я обернулся.

На входе в мастерскую стоял Кэл. В одной руке он держал серебристую зажигалку, а в другой — бутылку с растворителем.

— Дай мне ключ! — завизжал я. Хотя, возможно, это был кто-то другой. Я не расслышал ни единого слова. Языки пламени ревели все громче.

Кэл направился к нам, и я посмотрел на Диану.

— Все хорошо, все хорошо, мы выведем тебя отсюда…

— Маркос, нет — ты должен выбираться сам…

— Я не уйду без тебя.

Кэл остановился в нескольких футах от нас и, не говоря ни слова, поставил бутылку на пол. Я не приглядывался к его лицу — хотя с глазами у него творилось что-то странное — сосредоточившись на мысли, что ключ у него.

— Быстрее, быстрее! Ключ!

— Заклинание больше на меня не действует, — сказал Кэл. Диана с шумом втянула воздух, и я перевел взгляд на нее, пропустив момент, когда Кэл поднял лом. Сзади что-то свистнуло, и в глазах Дианы отразилась паника. А потом голову пронзила боль и мир погрузился в темноту.