Только здесь

– Я думаю, нам надо установить несколько основных правил. Номер один, – я жестом указала на кровать. – Тебе нельзя находиться на моей кровати, совсем.

Тео еле слышно что-то пробормотал, но я решила его проигнорировать и продолжила:

– Номер два, – я приподняла с уголка постели простыню, чтобы показать ему пространство под кроватью, где сейчас лежал его рюкзак. – Если сюда кто-то попытается войти, ты немедленно должен спрятаться туда.

– И номер три, – я приберегла самое важное напоследок, и надеялась, что Тео тоже осознает, как это важно. – Пока ты находишься здесь, ты ни в коем случае не должен выходить из моей спальни. Слишком велик риск, что тебя поймают.

– Хорошо, – Тео пожал плечами, как будто это все была ерунда. – Но что будет, если я нарушу одно из этих правил?

Я поняла, что он надо мной насмехается, очевидно, я его совсем не напугала. Но я поймала себя на том, что подыгрываю ему. Я подошла к Тео поближе, надеясь, что выражение моего лица окажется достаточно мрачным.

– Лучше тебе не знать ответа на этот вопрос, Теодор.

По его лицу стала расплываться улыбка, но так как он привык скрывать свои чувства, он быстро ее спрятал. Я увидела, что у Тео в глазах пляшут задорные огоньки, и задалась вопросом, не происходило ли того же и со мной?

А затем, на какую-то долю секунды его взгляд опустился ниже и остановился на моих губах, я могла бы в этом поклясться. Но в следующее мгновение он снова смотрел мне в глаза, и мне ничего не оставалось сделать, как предположить, что просто показалось. Должно быть, я все напридумывала.

Тео открыл было рот, чтобы заговорить, но звук открывающейся парадной двери заставил его замолчать. Или, если быть более точной, это в моем доме открылась парадная дверь.

Потому что родители наконец-то пришли домой.

Когда я уставилась на Тео, то увидела, что он ошеломлен точно так же, как и я, вся сдерживаемая мною паника неожиданно вышла из-под контроля. Мы оба замерли, напряженно прислушиваясь к шуму внизу. Я слышала, как мои родители тихо переговариваются, и звуки шагов.

Неожиданно Тео схватил меня за руку. Я подпрыгнула на месте и склонилась к нему.

– Твоя комната запирается на ключ? – тихо спросил он.

Я кивнула, не в силах произнести ни звука, а он тихонько подошел к двери и повернул ключ в замке, постаравшись сделать это максимально тихо.

– Ну вот, – мягко сказал он. – Если мы не пустим их сюда, они никогда и не узнают, что я здесь.

Я автоматически кивнула, но так и не сдвинулась с места. Я неподвижно застыла. На меня неожиданно обрушилось осознание того, что я делала – что мы делали – и я засомневалась, что смогу сохранить такой большой секрет.

Тео сразу же сообразил, в чем дело, и подошел ко мне поближе, но потом передумал и шаркая отошел назад.

– Эй, все в порядке, – сказал он. Его голос был приглушенным, он говорил успокаивающе. – Все будет хорошо, Роуз. Они не узнают, что я здесь. Ты будешь ни при чем.

– Но я не умею врать, Тео. Я не сумела бы соврать даже ради спасения собственной жизни, – призналась я, наконец-то обретя голос. – Что же мне делать?



По природе своей я всегда и все старалась контролировать. Правила всегда служили мне якорем, помогали почувствовать, что я как-то контролирую свою жизнь, в то время как все вокруг казалось нестабильным. А еще я чересчур много анализировала, на страницах каждой прочитанной книги оставляла самоклеящиеся бумажки, на которых делала беглые записи о характере действующих лиц, пытаясь понять, какие они. И вот чем я попыталась заняться в ту первую ночь: я попыталась во всех мельчайших подробностях проанализировать характер Тео, потому что мне надо было его понять. Мне требовалось больше информации, чтобы почувствовать наконец, что я владею ситуацией.

Но на самом деле, скорее всего, это происходило, потому что я никак не могла разгадать загадку Тео Локхарта, и меня это огорчало. Он походил на замысловатый пазл, головоломку с сотнями тысяч фрагментов, от которых голова шла кругом, если попытаться сложить их вместе.

Позже, тем же вечером, я перевернулась в постели и украдкой бросила на него взгляд. Его каштановые волосы разметались по подушке, глаза были закрыты, и он легонько похрапывал. Завернувшийся в спальный мешок на полу моей спальни, он выглядел так, будто ему уютно, и у него ушло совсем немного времени на то, чтобы крепко заснуть.

Я, к сожалению, не смогла этого сделать с такой же легкостью. Это было для меня привычным делом – мы со сном не в лучших отношениях. Каждую ночь, прежде чем наконец-то впасть в забытье, я часами ворочалась в постели из стороны в сторону, и часто на следующее утро я просыпалась из-за этого уставшей.

Но эта ночь превратилась в совершенно иной опыт, совершенно новую главу в книге бессонницы. И пока я наблюдала за тем, как на моем будильнике мерцает, каждую минуту меняясь, время, я не могла не поглядывать на спящего Тео.

Возможно, поэтому – из-за того, что я глазами прожигала в нем дыру, он неожиданно повернулся, оторвал голову от подушки – при этом его зеленые глаза блеснули, и тихо прошептал:

– Прекрати об этом думать, Роуз.

Я вся обмерла и, не приподнимая голову с подушки, посмотрела на него.

– Откуда ты знаешь, что я все еще не сплю?

– Потому что я в буквальном смысле слышу, как у тебя в голове вертятся мысли, – последовала пауза, и я подумала, что он, должно быть, снова заснул. Но затем я услышала громкий вздох и, взглянув на него, увидела, как он снова откинулся на подушку.

– Прямо сейчас тебе вовсе не обязательно об этом волноваться. Все будет хорошо.

Он будто прочел мои мысли. На мгновение я растерялась, не будучи уверена, что сказать, но затем выпалила:

– Ты что, не понимаешь, все может пойти наперекосяк! Во-первых, ты, похоже, забыл о том, что я живу в этом доме не одна, и остальные не знают, что ты здесь.

– Я тебе уже говорил, не волнуйся, ты не будешь в это замешана, – прошептал в ответ Тео сонным, но твердым голосом. – Я уже говорил, что ты будешь ни при чем. Я не позволю тебя в это втянуть.

Я перекатилась на спину и уставилась в пустой потолок. В соседней комнате кто-то заворочался и зашаркал ногами, и я затаила дыхание, волнуясь, что мы наделали слишком много шума. Но за этим ничего не последовало, и я почувствовала, как снова расслабляюсь.

– Но почему ты так уверен, что я не буду замешана? – спросила я Тео.


– Спи, Роуз.

И я подумала, что разговор закончен. Но затем Тео поднял голову и посмотрел на меня еще раз, на его лице играла озорная улыбка.

– Или ты хочешь, чтобы я присоединился к тебе на кровати?

Я была рада, что в комнате темно и Тео не видит, каким ярким румянцем залились мои щеки.

– Конечно, не хочу! – огрызнулась я, но почувствовала, как у меня в животе все затрепетало.

– Ты уверена? – он улыбнулся еще шире и сел. – Просто я слышал, это помогает от бессонницы – спать с кем-то в обнимку.

– Спать в обнимку? – я рассмеялась. – Нам что, по пять лет?

Тео усмехнулся. Пока он ворочался в спальном мешке, чтобы устроиться поудобнее, спутавшиеся во сне кудри упали ему на лицо, но мне все еще были видны его глаза, как и их озорной блеск.

– Ну, я просто предложил. На самом деле, на полу не очень удобно.

– Мне кажется, у тебя нет особого выбора, – спокойно отрезала я. – Спокойной ночи, Тео.

Когда Тео откинул голову на подушку и автоматически закрыл глаза, он все еще ухмылялся.

– Спокойной ночи, Роуз, – пробормотал он в ответ, а затем я увидела, как он заснул, оставив меня одну – таращиться в темноту, и сна у меня не было ни в одном глазу.



Следующий день – сплошная ложь.

Первый раз мне пришлось соврать в буквальном смысле сразу по пробуждении. Когда я встала, мои родители все еще были дома, они оба уже оделись на работу и пытались приготовить на всех нас завтрак. Мне пришлось соврать, что я умираю от голода, тогда как на самом деле я слишком сильно нервничала, чтобы проглотить хоть кусочек; и все это ради того, чтобы положить еду в салфетку, которую я сжимала в руках, и потом отнести ее Тео.

А дальше было все больше и больше лжи, так много, что у меня голова пошла кругом от того, как легко можно все испортить. И делала я все это не ради себя.

Это было ради Тео.

– Если ты хочешь прекратить, Роуз… – мягко произнес он тем утром. – Если это уж слишком, просто скажи, и я через пять минут уйду.

Но я знала, что просто не могу этого сделать. Я знала, что чем бы оно ни было, то, что заставило меня открыть Тео дверь и позволить ему остаться, не испарилось за одну ночь. Он был в отчаянии, и я это видела. Но мне хотелось, чтобы он остался, чтобы я смогла ему помочь и выяснить, что же он сделал. Я хотела его понять. Поэтому весь день продолжала врать.

Я уверена, что, когда пришла домой – после долгого учебного дня и поисков пропавшего мальчика, который в данный момент сидел у меня в спальне, – у меня был изможденный вид. Я плохо себя чувствовала и выглядела не лучше, но когда вошла в комнату, Тео не стал этого комментировать.

– Ты в порядке? – спросил он, на его лице читалась озабоченность.

Он сидел на своем спальном мешке и определенно только что вышел из душа, потому что с его мокрых волос стекала вода. Висящий на стене телевизор был включен, а Тео держал в руках книгу, которую, должно быть, взял с книжной полки.

– Отлично, – отрывисто ответила я и, даже не взглянув на него, направилась к шкафу, чтобы вытащить полотенце.

Тео положил книгу на прикроватный столик и встал, несколько секунд он оставался на месте и выглядел при этом робко.

– Знаешь, тебе вовсе не обязательно меня искать…

– Обязательно, – отрезала я. – Если я перестану помогать с твоими поисками, все остальные поймут: что-то тут не так.

– Я знаю, – тихо ответил Тео. – Я просто… Проехали.

Я не стала заморачиваться и докапываться до того, что он так и не договорил, а вместо этого подошла к комоду и выудила новую бутылку шампуня. Я перекинула полотенце через плечо и, наконец, развернулась, чтобы как следует взглянуть на парня.

– Я собираюсь принять душ. Тебе что-нибудь нужно? А то я уйду.

Он покачал головой, и я поспешно вышла из комнаты и направилась в ванную. Я захлопнула дверь и на секунду привалилась к ней, закрыв глаза и переводя дыхание. На меня медленно наползала усталость, один день, прожитый с этим секретом, уже успел испортить мне настроение.

В душе я едва смогла устоять, все время поскальзываясь на влажном кафеле. Я завернулась в полотенце и поплелась назад, к Тео, вслепую нащупывая путь.

Когда он заметил, что я еще не переоделась, он удивленно раскрыл глаза и неловко откашлялся.

– Я выйду, чтобы ты смогла переодеться, – едва сказав это, он унесся в ванную.

Придя в чувства, я покраснела и быстро выудила из шкафа приличную одежду, а затем, одевшись, позвала Тео. Он проскользнул обратно в комнату, его щеки приятно порозовели.

– Что ты хочешь на ужин? Я могу приготовить нам на двоих, – сказала я, подавляя зевок и направляясь к двери, чтобы спуститься вниз.

Тео остановился передо мной, положил мне руки на плечи и повел обратно к кровати.

– Тебе надо поспать, Роуз, – прошептал он.

Я постаралась высвободиться, но он вцепился в меня еще сильнее.