Таймлесс. Рубиновая книга

— У-у-у, кровь.

— А хронограф и в будущее послать может? — спросил Ник.

Мама застонала:

— Гляди, что ты натворила, тётя Мэдди.

— Дети-то твои, — ответила, смеясь, бабушка Мэдди. — Это нормально, они хотят знать правду.

— Да, наверное, — мама переводила взгляд с одного на другого. — Но никогда, слышите, никогда не задавайте таких вопросов вашей бабушке, понятно?

— Только ответы на них знает, наверное, она одна, — сказала я.

— Вам она всё равно ничего не расскажет.

— А ты, мама, что обо всём этом знаешь?

— Больше, чем мне хотелось бы, — мама даже чуть-чуть улыбнулась, говоря это, но улыбка у неё получилась какая-то грустная. — Да, насчёт твоего вопроса, Ник, — в будущее попасть нельзя, по той простой причине, что оно ещё не случилось.

— Че?! — возмутился Ник. — Интересная логика!

В дверь постучали. Вошёл мистер Бернхард, неся перед собой телефонную трубку. Лесли бы, наверное, с ума сошла от восторга, если бы увидела, что трубка лежала на серебряном подносе. Иногда мистер Бернхард мог всё-таки чуть переборщить.

— Звонок для мисс Грейс, — сказал он.

Мама забрала с подноса трубку, а мистер Бернхард повернулся на сто восемьдесят градусов и вышел из комнаты. Он ужинал с нами, только если леди Ариста специально его об этом просила, но случалось такое нечасто, всего пару раз в год.

Мы с Ником фантазировали, как он втихаря заказывает себе суши и пиццу и смакует в уютном одиночестве.

— Слушаю. Мама, это ты?

Бабушка Мэдди подмигнула нам:

— Ваша бабушка прямо-таки мысли читает! — шепнула она. — Чувствует, наверное, что мы тут с вами запрещённые разговорчики разговариваем. Кто из вас уберёт посуду? Давайте освободим место для фирменного пирога миссис Бромптон!

— С ванильным кремом! — хоть я и слопала порцию картошки с розмарином, салат из сладкой морковки и кусок свинины, есть ещё хотелось.

От этой кутерьмы только разыгрывался аппетит. Я встала и начала складывать посуду в лифт для еды.

— Если Шарлотта допрыгнет аж до динозавров, пускай возьмёт мне оттуда маленького динозаврёныша, можно? — попросила Кэролайн.

Бабушка Мэдди отрицательно покачала головой:

— Люди и животные, не обладающие геном путешественника во времени, транспортироваться не могут. К тому же, это слишком глубоко для временного прыжка.

— Жалко, — сказала Кэролайн.

— А мне так больше нравится, — сказала я. — Представь только, что бы тут началось, если бы путешественники во времени стали хватать из прошлого динозавров и саблезубых тигров, или короля гуннов Аттилу, или Адольфа Гитлера.

Мама закончила разговаривать по телефону.

— Они решили остаться там на ночь, — сказала она. — В целях безопасности.

— Где это «там»? — спросил Ник.

Мама не ответила.

— Бабушка Мэдди! С тобой всё в порядке?





~~~




Двенадцать колонн в замке времён,

Двенадцать зверей правят царством.

Пять — это ключ и основа в одном,


Могучий орёл от земли оторвался.

Так по кругу двенадцать, двенадцать и два.

Сокол седьмой по рожденью,

Но в жизни он тройка едва.



Из тайных рукописей графа Сен-Жермена.





Глава четвёртая




Бабушка Мэдди сидела, не шевелясь, окаменевшим взглядом уставившись в пустоту. Руками она крепко вцепилась в подлокотники.

Странная бледность залила её лицо.

— Бабушка Мэдди? Мама, мама, у неё что, удар? Бабушка Мэдди! Ты меня слышишь? Бабушка Мэдди! — я хотела взять её за руку, но мама удержала меня.

— Не трогай! Не смей трогать её сейчас!

Кэролайн заплакала.

— Что с ней? — крикнул Ник. — Может, подавилась?

— Надо вызвать скорую, — сказала я. — Мама, ну сделай же что-нибудь!

— Это не удар. И ничем она не подавилась. У неё видение, — сказала мама. — Это скоро кончится.

— Ты уверена? — окаменевший взгляд бабушки Мэдди испугал меня не на шутку. Веки неподвижные, а зрачки — огромные.

— Здесь вдруг стало так холодно, — прошептал Ник. — Ты тоже чувствуешь?

Кэролайн тихонько захныкала.

— Ну пожалуйста, сделай так, чтобы это прекратилось!

— Люси! — крикнул кто-то. Мы испуганно прижались друг к другу. Потом до нас дошло, что кричала бабушка Мэдди. Действительно, стало прохладней.

Я оглянулась, но привидений в комнате видно не было.

— Люси, милое дитя, она ведёт меня к дереву. К дереву с красными ягодами. О, где всё? Я больше не вижу. Вот что-то лежит у корней. Огромный драгоценный камень. Это отшлифованный сапфир. Яйцо. Яйцо из сапфира. Какое оно красивое. Какое дорогое. Но вот на нём появились трещины. О, оно рассыпается, рассыпается, а из него… вылупилась маленькая птичка. Это ворон. Он неуклюже вспорхнул на дерево, — бабушка Мэдди рассмеялась. Но взгляд её оставался неподвижным, а руками она крепко держалась за подлокотники. — Поднялся ветер, — смех бабушки Мэдди внезапно замер. — Это ураган. Всё кружится. Я лечу. Я лечу с вороном прямо к звёздам. Башня. Сверху на башне огромные часы. Там наверху, на часах, кто-то сидит и болтает ногами. А ну, спускайся, безрассудная ты девчонка! — её голос вдруг задрожал от страха.

Она перешла на крик:

— Ураган сорвёт её. Слишком высоко. Что она там делает? Тень! Большая птица кружит по небу. Вот! Она бросается прямо на неё. Гвендолин! Гвендолин!

Терпеть это было невозможно. Я отстранила маму, взяла бабушку Мэдди за плечи и легонько потрясла.

— Вот же я, бабушка Мэдди! Прошу тебя, посмотри!

Бабушка Мэдди повернула голову и поглядела на меня. Постепенно щёки её снова порозовели.

— Ангел мой, — сказала она, — это было столь легкомысленно с твоей стороны… забраться так высоко!

— Ты в порядке? — я посмотрела на маму. — Ты уверена, что это не опасно?

— Это было видение, — сказала мама. — Она в порядке.

— Нет, не в порядке! Это было плохое видение, — сказала бабушка Мэдди. — То есть, начало было вполне симпатичным…

Кэролайн перестала плакать. Они с Ником с опаской уставились на бабушку Мэдди.

— Просто жуть, — сказал Ник. — Вы заметили, какой тут холод?

— Это тебе кажется, — сказала я.