Супергерой для Золушки

– Главное, что Стручков согласился на встречу.

– У нас надежда только на это. Никаких улик. Если все сорвется, маньяк останется на свободе.





19.




Полностью исключить риски для подсадной утки. Такую установку дал Порох. Мы и без него знали, что Ника подвергается огромной опасности. Ничто не мешало Стручкову в секунду лишить ее жизни при помощи одного движения остро наточенного ножа. Надеялись лишь на то, что он решит действовать по старой схеме: укромное место, насилие, затем уже убийство.

Вся улица была оцеплена. Скрытая видеосъемка велась с двух разных точек, оперативники постоянно находились рядом в двух машинах, мы с Артемом сидели в микроавтобусе, который тоже постепенно менял свое местоположение в зависимости от того, как вдоль по улице двигалась Ника в компании подозреваемого. Она оживленно рассказывала ему сочиненную буквально на ходу легенду о том, как сложно ей приходится с нудными предками и как хочется свободы, Стручков же был немногословен. Слушал внимательно, время от времени кивал и изредка оборачивался, чтобы зыркнуть по сторонам.

Теперь, в гражданской одежде, он казался настоящим заморышем. Сутулый, худой, с коротко стриженными волосами, почти как у зэка. Дешевенькая рубашечка и широкие джинсы с бежевыми туфлями сидели на нем криво и топорно, будто были с чужого плеча. А густые усы делали этот образ по-деревенски старомодным.

Напряжение зашкаливало. Мои ладони потели не от жары, тугим вакуумом заполнившей салон, а от того, что нервы искрили, заставляя ожесточенно работать мозг.

– Зайдем? – Вдруг послышался из динамика мужской голос.

– А что там? – Немного недоверчиво спросила Ника.

Микроавтобус притормозил у обочины. Вытянув шею, смогла разглядеть их фигуры возле двери одного из подъездов дома.

– Покажу.

И он подтолкнул ее к двери.

– Черт, Ника. – Я вцепилась в передатчик. – Это не было предусмотрено.

– Что будем делать? – Сквозь шипение раздался взволнованный голос Олега.

У меня, кажется, даже скакануло давление. Нужно было срочно предпринять какие-то меры. Если мы обнаружим себя, операция будет сорвана. Если нет – жизнь Ники окажется под угрозой.

– Хорошо. – Немного потоптавшись на месте, девушка все-таки последовала за Стручковым в подъезд.

Я со всей силы ударила по обшивке салона ребром ладони. Плевать на все, у нас нет доказательств его вины, но нельзя позволить ему лишить еще одну невинную девушку жизни.

– Подожди, – остановил меня Артем, перехватив руку, которая уже успела коснуться кнопки связи.

Он принялся судорожно шарить по карманам. Шутит, что ли?

– Нужно вытаскивать ее оттуда! – Напомнила, чувствуя, как ледяной страх цепкими клешнями карабкается вверх по позвоночнику.

– Как действуем? – Донесся хриплый голос Олега из динамика.

Паника нарастала.

– Вот! – В руке Артема, наконец, показалось что-то маленькое и блестящее. – Ключ-вездеход.

Выдохнула.

– Откуда?

– Не забывай, кто я. – Гринев бросился к двери. – И лучше тебе не знать, какими методами я добывал материал против мэра.

– Стой! – Крикнула в отчаянии. – Тебе нельзя!

Он подмигнул:

– Все будет нормально.

– Стоять, сказала!

Но дверь уже захлопнулась. Нику не было слышно, лишь едва различимый неторопливый топот ног по ступеням.

– Сучий сын. – Процедила сквозь зубы и бросилась к пульту. – Олег! Артем направляется к вам, к подъезду, у него ключ-вездеход. Быстро к нему. Действуй по ситуации. – Убрала руку, выдохнула и нажала еще раз. – Всем остальным пока оставаться на местах.

Черт-черт-черт-черт!

Ударила себя ладонями в лоб. Вскочила и бросилась к окну. Замерла, уперев ладони в стекло. Две фигуры, Олега и Артема встретились возле двери, остановились. Секунда, вторая, дверь открылась, и они скрылись внутри. Обливаясь потом, подскочила к аппаратуре.


Этот Грин меня под монастырь подведет… Такая ответственная операция. Под угрозой жизнь человека. Куда он полез без моего разрешения? Как буду потом объяснять, что произошло и как так вышло, если кто-то пострадает? Женщинам-руководителям и так мужчины без особого рвения подчиняются, а он еще и смеет подрывать мой авторитет. Мне точно руки-ноги открутят за его самодеятельность.

– Ой, – тихо прошептала Ника. – Смотри.

И мое сердце сжалось.

Что там происходит? Ничего не слышно, ничего не видно. Невозможно было просто сидеть и ждать непонятно чего.

– Слышь, Борян, – послышался заплетающийся голос Грина откуда-то издалека. – Ты толь-ко не пере-живай. Ща ко мне зайдем, посидим. Там еще где-то за-а-начка остава-лась. Поллитра це-лая!

Это точно был его голос. Странный, непривычный, но точно его. Что с дикцией?

– Во-о-у, – теперь говорил Олег. – Пар-дон.

– Отойди, – уже громче. Это Стручков.

Кому? Нике?

– Борян, ты чо-о-о. – Протянул Артем. – Вста-ва-а-ай!

– Твоя же-на нас убьет.

– Она у ме-ня зо-ло-тая, понял, не? Все бу-эт заи- псь.

Что?

– Алкашня, – брезгливо произнесла Ника. – Пойдем отсюда.

– Прос-ти-ти, ребя-ты. – Теперь голос Грина явно отдалялся. – Вста-ва-а-ай, Борян! Паа-ай-дем.

Что-то пиликнуло. Знакомый звук. Они вышли?

Подняла голову. Ника уже стояла возле подъезда, Стручков направился к проезжей части.

– Что происходит? – Спросила я.

Первым отозвался Руслан:

– Похоже, ловит такси.

– Ведите их, сменяя друг друга по очереди.

Подняла глаза. У края дороги остановился автомобиль с шашечками, посадил подозреваемого, Нику и тут же двинулся дальше по улице.

Где Олег? Где чертов Грин?

Этого мне еще только не хватало. Собиралась уже сама сесть за руль, когда мужчины, наконец, вышли, огляделись и бросились ко мне. Открыла дверь:

– Быстрее.

Артем залез на водительское, завел двигатель, тронул автобус с места.

– Где они?

– Едут в такси. Наши следом.

Оказавшись в салоне, Олег сразу схватил один из наушников:

– Куда направляются? Угу. Угу. – Облизнул губы и с тревогой посмотрел на меня: – В сторону парка, капитан.

Мы ехали молча. Из динамика доносился лишь шум дороги. Ника молчала. Нам оставалось лишь догадываться, почему.

Олег наспех застегнул рубаху и пригладил взъерошенные волосы.

– Они просто стояли между этажами у окна, – сглотнув, сказал он и вновь прислонил наушник к уху.

– Вы прикинулись пьяными?

– Да. – Кивнул. – Хорошо, что девчонка быстро сориентировалась.

– Олег разлегся на ступеньках прямо у ног Стручкова, – сказал Артем, повернув голову.

– Хорошо. – Мне казалось, что от напряжения мое лицо скоро окончательно превратится в скорбную маску. – Молодцы. Это вынудило его покинуть подъезд.

– Только вот ни хрена ни ясно, что он там собирался с ней делать?