Солнце

- Ревнуешь? - усмехается Дастин. - Я тебя понимаю, чувак. Ты столько старался, а она так и не посмотрела на тебя.

Вместо ответа Кристиан бьет его по лицу. Бьет яростно, с силой, рыча что-то сквозь зубы. Так, что Дастин едва удерживается на ногах под смех друзей Уилшера, которым происходящее кажется забавой. Однако он тотчас кидается на обидчика - не намерен спускать ему подобное.

Начинается драка. Дастин и Крис летят на пол, пытаясь завоевать преимущество, но силы равны. В какой-то момент Дастину удается оседлать Криса и, прижимая к полу, ударить по лицу, однако Крис ставит блок, а потом и вовсе вырывается. Борьба продолжается.

Их окружает толпа гостей клуба - уже не только друзьей Уилшера, которые подбадривают его веселыми выкриками и даже делают ставки на то, кто одержит победу. Диана стоит позади этой жаждущей крови толпы и часто дышит - ей не хватает воздуха. И в этом клубе, и в этой жизни. Везде. Она не понимает, что нашло на Криса, она зла на него и чувствует обиду. Ей хочется надавать ему по щекам, сделать больно, унизить, чтобы он успокоился. Но Диана ничего не может сделать. Она просто стоит, безвольно опустив руки, и смотрит на то, как Дастин и Крис дерутся.

А потом она видит охрану клуба - крепкие мужчины в черных костюмах бегут к дерущимся и быстро разнимают их. Они успевают вовремя - и Уилшер, и Лестерс не успели нанести друг другу значительных повреждений.

- Пожалуйста, джентльмены, прекратите, - доносится до Дианы суровый голос. Охрана знает, как следует обращаться с ВИП-гостями. Их удерживают железной хваткой, но разговаривают все так же вежливо.

Дастин что-то негромко говорит двум мужчинам, которые скрутили его, и те отпускают его. А вот Кристиан продолжает вырываться и кричит что-то грязное - адреналин в его крови все еще кипит.

Диана, зная, что делает, подходит к успокоившемуся, но все еще часто дышащему Дастину, волосы которого взъерошены, а верхние пуговицы на рубашке оторваны, и демонстративно берет его за руку - так, чтобы Уилшер видел это. И тот впадает в ярость - холодную и так хорошо ощутимую, что Диана чувствует ее. Чувствует и почему-то радуется.

- Отличная пара, - бросает Крис с презрением им в спину. - Дешевка и урод.

Диана оборачивается и шлет Крису воздушный поцелуй, а после крепче хватает за руку Дастина и кладет ему на плечо голову, зная, что Уилшеру все это не понравится.

Они уходят - не спускаются на первый этаж, а направляются к так называемой зоне отдыха, которая состоит из богато убранных комнат, в которых могут уединяться гости. Едва только они скрываются из вида, как Дастин мягко отстраняется от Дианы.

- Все в порядке? - спрашивает он. - Этот придурок тебя не обидел?

- Такие, как он, не могут меня обидеть, - ласково отвечает Диана. - А тебя он ударил. - Она касается его разбитой скулы, на которой выступила кровь. - Ударил из-за меня. Прости.

- Все в порядке.

Дастин видит администратора и спрашивает у него, есть ли свободная комната. Тот, вежливо улыбаясь, отводит их в одну из них, убранную в египетском стиле. В расслабленной полутьме кроются правильная геометрия линий, ниши со статуэтками и фрески со сфинксами и пирамидами. При свете стены, должно быть, нежного песочного цвета - словно их осветило солнце, однако сейчас кажется, что их освещает луна - они тусклы и отливают прохладой. Потолок и вовсе похож на небо - темно-синий глянец со звездным орнаментом.

Дастин пропускает Диану вперед, и та первой ступает на мягкий ковер ручной работы. Недолго думая, она снимает туфли на высоких тонких каблуках, и ей кажется, будто она ступила в траву. Ее все еще трясет из-за поведения Криса, но Дастин дарит чувство радостного любопытства. Он вступился за нее, стал драться с Уилшером - так может быть, Дастин все-таки что-то чувствует к ней? Может быть, у них есть будущее? Может быть, она для него что-то значит?

Диана ждет, что, оказавшись в приятной прохладной полутьме и тишине, Дастин обнимет ее, прижмет к себе, начнет медленно целовать - лицо, шею, плечи, и ее платье мягкой волной упадет вниз, к щиколоткам. Они с Дастином подарят друг другу нежность и страсть - Диане нужно это, по-настоящему нужно, особенно после случившегося. После Криса у нее никого не было. Она никого не может подпустить к себе. Иногда ей даже снится это - что она снова с Уилшером у него дома, в одной постели, и его руки снова ласкают ее спину, но тогда она просыпается вне себя от злости.

Она - не дешевка.

Она не такая. Не такая. Не такая!

Однако Дастин не делает ничего из того, о чем мечтает Диана. Он садится на низкий диван, приглашает ее сесть рядом, разливает по бокалам белое сухое вино и внимательно смотрит в ее лицо. Девушке становится не по себе.

- Что такое? - спрашивает она.

- Диана, у меня к тебе важный разговор, - говорит Дастин. Кажется, он нервничает. И в его серых глазах - беспокойство.

Всего лишь несколько слов - и Диана понимает, что ничего не будет. Лестерс не в том настроении. Ее воздушные замки снова разрушены.

- Какой? - устало спрашивает она и слышит:

- Расскажи мне тайну Санни Ховард.





Глава 19.3 . Небо из стекла и стали




Диана научилась самообладанию и умеет держать лицо, однако эти слова выводят ее из равновесия. Она крепче сжимает ножку хрустального бокала с вином. Дастин, кажется, замечает это.

- Мы не настолько близко общаемся, чтобы я была в курсе всех ее тайн, - отвечает Диана.

- Ты знаешь, - говорит Дастин. - И я прошу тебя, как друга, рассказать мне об этой тайне. Клянусь, она не выйдет за пределы этой комнаты.

- Клянешься? - звонко смеется Диана. - Кто в наше время верит клятвам?

И она залпом выпивает вино.

- Я. Я верю.

- Ты - особенный, - гладит его по темным волосам Диана и идет ва-банк - пытается поцеловать. Но ей не удается даже коснуться его губ своими - Дастин снова отстраняет ее, мягко, но решительно. И качает головой.

- Пожалуйста, расскажи мне, - снова просит он. - Это важно. Для меня это важно, понимаешь?


- Она тебе до сих пор нравится? - с легким презрением спрашивает Диана.

- Нравится, - серьезно говорит Дастин. - Я буду с тобой предельно откровенным. Уже год я не могу забыть Ховард. Не могу, и все. Она поселилась в моей голове и не хочет убираться оттуда. Я вижу ее в других женщинах. Вижу во снах. Это как наваждение. Наверное, это и называют любовью? - с грустным смехом спрашивает он.

- Не знаю, - отвечает Диана. - Может быть. А может быть, это просто страсть. Вы переспите, и все пройдет. Ее образ потеряет свое очарование. И тебе не придется узнавать ее тайну.

- Ты не любишь ее, - спокойно констатирует Дастин.

- А за что мне ее любить? - вырывается у Дианы. - Мы не подруги. Она мне никто.

- Она работает на тебя, - замечает Дастин.

- И что? Я обязана все о ней знать?

Диана хватает бутылку и наливает себе еще бокал вина. На какое-то время воцаряется тишина.

- Диана, я прошу тебя, расскажи все, что знаешь - я же вижу, тебе что-то известно, - снова просит Дастин. - Сейчас у нее трудные времена. И я хочу ей помочь. Возможно, ты не замечала, но она бросила свою прежнюю жизнь. Бросила всех друзей. И меня тоже бросила. Что-то произошло. Я хочу узнать что.

- Может быть, она просто любит деньги? - пожимает плечами Диана. - Бросила все и всех ради бабок. По-моему, это показательно. Не понимаю, как можно любить такого человека.

- Я думал, ты лучше разбираешься в людях, - начинает раздражаться Дастин. - Санни нужны были деньги, потому что ее тетя и брат попали в аварию.

- Какую аварию? - удивляется Диана и отводит взгляд. Что он несет? Что за глупости? Нет, он просто не знает рыжую - она всего-навсего жадная высокомерная стерва. Не может быть иначе.

- Страшную аварию, которая едва не унесла жизни единственных ее родных людей, - устало продолжает Дастин. - Чтобы найти деньги, она ввязалась во что-то. И ты знаешь, во что.

- Почему ты так решил? - хрипло спрашивает Диана.

- Потому что из всех своих знакомых она не оборвала связи только с тобой, - говорит Дастин, сдвигая к высокой переносице черные брови. - Потому что с ней связана секретарь твоей матери. Потому что она чего-то боится, поэтому не может ничего сказать - а кто лучше сможет запугать человека, чем могущественные Мунлайты?

Его пальцы касаются ее заостренного подбородка и чуть приподнимают голову Дианы вверх - так, чтобы она смотрела ему прямо в глаза.

- Расскажи мне, что происходит, - просит Дастин бархатным голосом. В полутьме он похож на вампира, который соблазняет жертву, пытаясь вызвать ее на откровения.

- Расскажи, Диана.

Однако та вырывается из-под власти его чар. И теперь уже ей приходится отстраняться от Дастина.

- Может быть, она спит с Джессикой? - развязным тоном говорит Диана. - Джесси по девочкам. Дастин, малыш, тебе не приходило в голову, что все намного проще? Ховард работает на меня, потому что ее нанял мой продюсер Макс Уолтер - да, она та еще стерва, но, надо признать, талантливая стерва.

Глаза Дастина суживаются от злости, но он молчит.

- Моей команде нужны такие люди. Я - певица. И я - одна из семьи Мунлайт. А значит, я привыкла к лучшему. Знаешь, - Диана широко улыбается, держа бокал у самых губ, - что говорит мой отец? Не стоит смотреть на характер, стоит смотреть на способности. Пока человек приносит компании прибыль, он может заниматься чем угодно. Сначала высосать досуха, потом - выбросить. Понимаешь, Дастин, милый?

Диана сама не верит, что произносит эти ужасные слова, за которые всегда ненавидела отца. А теперь она легко и непринуждённо произносит их, чтобы спасти себя от правды. Лестерс ни о чем не должен узнать.

- То есть, - уточняет Дастин, - ты выбросишь ее однажды?

- Естественно, - подтверждает Диана, - как только она станет бесполезной. В этом и весь секрет.

Он смотрит на нее внимательным долгим взглядом и поднимается с диванчика.

- И куда ты? - спрашивает Диана. Десять минут назад она хотела уединиться с Дастином, выплеснуть на него всю свою нерастраченную нежность, а сейчас рада, что он уходит. Она не может больше выносить всего этого. Ей страшно. Ей больно. И ужасно одиноко.

- Прости, должен уехать. Спасибо за разговор, - сухо отвечает Дастин. - Надеюсь, у тебя больше не будет проблем с Уилшером. Всего доброго.

- И тебе. Мой совет - не лезь в это, - срывается против воли с холодных губ Дианы. - Не делай хуже.

- Кому?

- Всем.

Ничего больше не говоря и ни о чем не спрашивая, он уходит.

Диана несколько минут сидит совершенно неподвижно - даже не моргает. Она не понимает, как Лестерс смог подобраться так близко. Все ее чувства к нему улетают, словно испуганные бабочки. И остается страх.

Диана наливает себе еще бокал вина и включает караоке. Зачем-то находит своего «Ангела» и пытается петь - сначала выходит красиво и сильно, но потом появляются хрипы, голос садится, и Диана в ярости швыряет микрофон на пол. Что бы она ни делала, какие процедуры ни проходила, улучшения лишь небольшие. Фониатр утверждает, что во всем виновато состояние ее психики и настаивает на работе с психотерапевтом. Однако Диана все никак не соглашается. И запрещает говорить об этом матери.

Она загнана в клетку. И Санни Ховард закрыла эту клетку своими руками - протянув их из своей собственной клетки.

Они обе заперты.

Они обе страдают.