Солнце

Больше Диана не слушает - направляется на второй этаж, идет в свою старую комнату и собирает чемодан - кидает в него старые вещи, оставленные в гардеробной. На какое-то мгновение ее взгляд останавливается на картине, подаренной Дастином.

«Дом на самом краю неба».

Она смотрит на нее, снимает, но кладет не в чемодан, а на кровать. А потом спускается вниз, к родителям, которые все так же громко кричат друг на друга. Диана входит в кабинет, но они ее даже не замечают, поглощенные друг другом. Мать истерически кричит, бросается оскорблениями и обещаниями, и ее лицо красное от переполняющих эмоций, а отец лишь хрипло смеется, оставаясь внешне спокойным, но в его глазах царит неподдельный гнев. Диане страшно смотреть на Николаса, она все еще чувствует исходящую от него давящую силу, и все еще боится его.

- Я ухожу, - говорит Диана тихо, но сначала ее не слышат, и ей приходится повторить эту фразу громче. - Я ухожу.

Родители, наконец, обращают внимание на дочь.

Взгляд отца становится презрительным - ему даже и говорить ничего не надо, чтобы Диана это поняла. А мать смотрит на нее со смесью злости, обиды и непонимания.

- Куда уходишь? - резко спрашивает Эмма. - Возвращайся в свою комнату и жди меня. Нам предстоит долгий разговор.

- Нет, мама, я же сказала, что ухожу. Извини, я... Я не хотела тебя подвести.

Долгим взглядом Диана смотрит на отца, решаясь, сказать или нет. Ей так же страшно, как и сегодня на сцене.

- Мне не нужно наследство, - наконец, произносит она. - Я просто хотела, чтобы ты обратил на меня внимание. Как отец на дочь, а не как Николас Мунлайт на проект, который способен принести доход. Прости.

И она уходит.

- Диана Эбигейл Мунлайт! - пронзительно кричит Эмма ей вслед. - Стой! Не смей уходить! Слышишь меня, не смей! Диана! Диана!

Она бросается следом за дочерью, но Николас удерживает ее.

Его взгляд кажется застывшим.

В один день он потерял двух детей. А может быть, они потеряли его.

Кэт смотрит на сидящего перед ней Аарона со смесью страха и недоверия. В ее доме, как и всегда, вкусно пахнет едой - на этот раз свежей выпечкой. На ней фартук, а волосы завязаны в простой узел. В Кэт нет ничего от изящества Елены, но Аарону это ужасно нравится.

- Что ты сказал? - переспрашивает Кэт. - Твой отец обо всем узнал?

Он кивает. Она прижимает ко рту ладони - эта новость для нее шокирующая. Если Николас Мунлайт узнал о них с Алисой, все пропало.

- И что же делать? Что теперь делать? - спрашивает она с ужасом.

- Ничего, - спокойно отвечает Аарон. - Теперь я свободен.

- Не понимаю...

- Я свободен, - повторяет Аарон с кривой ухмылкой и ослабляет узел галстука. - Выбыл из гонки за отцовское наследство. Отказался от всего. Выбрал вас с Алисой. И, разумеется, развожусь. Теперь ты сможешь стать моей законной женой.

Он рассказывает ей обо всем, что случилось - кратко, без лишних эмоций. Как будто просто ставит в известность.

Глаза Кэт расширяются, когда она понимает, в чем дело.

- Аарон, не глупи! - восклицает она. - Вернись к Елене! Откажись от нас! Ты же не сможешь... Ты не сможешь жить так.

- Как? - спокойно интересуется Аарон.

- Обычной жизнью. Без титула, денег, власти...

- Какого интересного ты обо мне мнения, - качает он головой.

- Любимый, я просто знаю то, к чему ты привык. Я знаю, чего ты хочешь достичь. И не хочу обрекать тебя на... - Кэт замолкает, не зная, какие слова подобрать.

- На что? - интересуется он. - На жизнь вместе с любимой женщиной и детьми? Деньги у меня есть - разумеется, мы не останемся ни с чем. Титул - меня всегда раздражало это - носить титул жены. Власть - попробую жить без нее. В конце концов, это не самое главное.

Аарон усаживает Кэт к себе на колени.

- Я сделал свой выбор и не стану ничего менять. Все, что я хочу - чтобы ты была рядом и шла со мной той дорогой, которую я выбрал. Я не прошу многого, Кэт.

Она обнимает его и кладет голову на плечо. Ее любовь к Аарону так сильна, что Кэт не может представить свою жизнь без него. Ради этой любви она стала его любовницей, хотя никогда даже и не думала, что ей уготовлена такая участь. Ради этой любви она пожертвовала всем, спрятавшись от всего мира и забыв о своих интересах. Ради этой любви делила Аарона с идеальной женщиной. Но Кэт не знает, счастлива ли она сейчас, узнав о том, что произошло. Она так мечтала об этом, но теперь ей страшно, что Аарон не выдержит тягот обычной жизни. Он ведь другой, не такой, как она и Джессика.

- Знаешь, все говорят, что я похож на отца, - признается вдруг Аарон. - И внешне, и характером. Но я не хочу превратиться в него. Не хочу, чтобы Алиса смотрела на меня с таким же испугом, как на отца смотрит Диана. Как будто бы боится, что в любую минуту он может ударить ее. Не хочу, чтобы любимая женщина ждала от меня одного - денег, улыбаясь в лицо и посылая проклятья в спину. Я хочу быть счастливым, Кэт. Не хочу жить с оглядкой. Я не железный.

- Я тоже не хочу так жить, - шепчет она. - А твоя мать? Что скажет она, когда узнает?

- Думаю, она скажет много всего интересного, - улыбается Аарон и гладит Кэт по волосам. - Но и ее мы тоже слушать не станем. К тому же у нее есть Виктор - думаю, отец простит его, и она продолжит свою борьбу за власть. Скажи своей сестре, чтобы увольнялась. Если хочет открыть свое дело, я помогу. Давай уедем? - вдруг предлагает он.

- Куда, любимый? - Аарон приятно изумляет Кэт. Давно он таким не был.

- Куда угодно. Туда, где о нас не будут знать. Ты сможешь открыть свой ресторанчик. А я найду себе дело по вкусу и буду его развивать. В конце концов, опыт, образование и деньги у меня есть.


- Давайте уедем в Шотландию! - появляется на кухне Алиса с плюшевым медведем в руках. - Там находится Хогвартс!

Аарон улыбается - Кэт, как истинная поклонница книг про Гарри Поттера с детства читает дочери книги о юном волшебнике.

- А я бы хотела жить у моря, - признается вдруг Кэт. - Видеть каждый день волны и слушать шум прибоя. Это моя маленькая мечта.

- Что ж, мечты нужно осуществлять, - целует ее в щеку Аарон и кладет руку на живот, все же надеясь, что у них родится сын.

- Папочка! У меня тоже есть мечта! - Ластится к нему дочь.

- И какая же? - интересуется он.

- Хочу дракона! Живого! - заявляет малышка.

- К сожалению, мы не сможем завести дракона, Алиса, - отвечает Аарон. - Для него нужен специальный ангар. Но вот собаку - вполне. Как ты на это смотришь?

- Может быть, пони? - не сдается девочка.

- Пони тоже нужен большой дом, - качает головой Аарон.

- Тогда большую собаку! И пушистую! Но назовем мы ее Дракон! - сразу ставит условия Алиса. Кэт смеется.

Они ужинают всей семьей, а потом отправляются на прогулку. И хотя Аарон прячет лицо, он и Кэт впервые чувствуют себя свободными.

Через несколько дней Аарон подписывает бумаги для развода, и они уезжают - их ждет дом у моря и новая жизнь.





Глава 28.2. Сапфировый зонт




месяц спустя

Старое кладбище в моем родном городке находится на холмах, и если стоять лицом к западу, то можно увидеть море. Но почему-то здесь никогда не пахнет солью и свежестью, а пахнет землей и горькими цветами.

Мои бабушка и дедушка похоронены в стороне от остальных, но с недавних пор рядом с ними появилась еще одна надгробная плита. На ней написано: «Дорин Эвилин Ховард». Это могила той, которая меня родила, но которую в сознательном возрасте я так и не смогла назвать мамой.

Ее не стало из-за передозировки наркотиков в тот день, когда я была на пресс-конференции. Об этом мне спустя несколько суток сообщил ее сожитель, который, впрочем, ничуть не расстроился. Он спросил меня, буду ли я оплачивать похороны или это сделает государство. И я сказала, что все оплачу сама.

Дорин привезли в родной город - туда, где она родилась и провела свои самые счастливые годы. И хотя мы никогда не были близки, я сделала все, чтобы ее проводы были достойными.

Думаю, бабушка и дедушка гордились бы мной. И надеюсь, что они встретили ее там, за горизонтом. Встретили ее другую: красивую, молодую, еще счастливую. Безмерно талантливую и несломленную.

Мне очень жаль, что все так получилось.

Сегодня я здесь вместе с тетей - она не смогла попасть на сами похороны, но очень хотела попрощаться с сестрой.

- Ее путь был коротким, но трудным, - шепчет Мэган, стискивая в руках букет бледно-желтых роз. Я привезла ее сюда в коляске - она уже ходит, но дорога не близкая.

Лицо Мэг влажное и измученное. Для нее это большая потеря. Она беззвучно плачет, и слезы падают на белые розы, которые она привезла.

Я не могу заплакать. Слез нет совсем, только щемящая пустота в груди. Откуда она появилась, я не знаю - Дорин ведь никогда не было в моей жизни.

С моря дует холодный ветер. Но все равно пахнет травами, а не солью. Я ежусь, глядя на пенистые вздымающиеся волны. Надвигается шторм.

С моей помощью Мэг кладет на землю букет, и почему-то я вспоминаю, что Дорин любила розы. Из памяти всплывает старый эпизод из моего раннего детства, о котором я совершенно забыла. Я, совсем еще кроха, сижу за столом с карандашами и листами бумаги, и в комнату заходит Дорин с букетом роз. Она улыбается и отдает мне один из цветков, и я бережно храню его в столе, не зная, что цветок нужно поставить в воду. Роза засыхает, но я все равно дорожу ею - ведь ее подарила мама.

Отогнать это далекое, полузабытое воспоминание непросто.

Я не верю в судьбу - я верю в людей. Я не верю в магию - я верю в чудеса, которые творим мы сами. Но когда я нахожусь на кладбище, я хочу верить в реинкарнацию. В то, что Дорин пройдет еще один путь, и на этот раз он будет долгим и счастливым.

Я смотрю в сизое тяжелое небо и говорю ему: «Пусть будет так, хорошо?»

Вдалеке над морем слышится первый гром, и я принимаю это за ответ.

Да.

- Как думаешь, она совсем не любила меня? - спрашиваю я, когда мы оказываемся на тропинке - я везу Мэг, и под моими ногами шуршит гравий.

- Любила, - отвечает твердо Мэган. - Когда ты была совсем крошкой, она пела тебе красивые песни и плела венки. - Тетя снова смахивает слезу. - Прости ее, Санни. Не ради нее, ради себя. И отпусти.