Снежные холмы

Прежде, чем звонить Вике, я даже не подумала, как ей все правильно объяснить, чтобы она не переживала за меня. И чувствуя ее злость, решаю не говорить правду, по крайне мере пока.

– Здесь очень холодно, и представляешь, мой телефон замерз, пока я дошла до…до домика, – тараторю я, запинаясь. У меня никогда не получалось врать и надеюсь Вика не заподозрит в моих славах ужасную ложь. – И в общем-то, пока регистрировалась у меня не было возможности подзарядить его. А потом меня провели к гостинице и я тут познакомилась с… со Светланой Ивановной. Очень милая женщина, знаешь ли… Мы немного поболтали и вот я…заселилась и подзарядила телефон. Звоню тебе, как видишь. Прости меня, пожалуйста.

Вика молчит, и я с ужасом гадаю, не поняла ли она, что я лгу ей.

– Ладно, – недовольно говорит она, а я тихо выдыхаю. – Как там, нормальный номер у тебя?

– Да… Очень даже ничего…Все так по-современному…

Только сейчас обращаю внимание на комнату, в которой мне предстоит провести эту ночь. Здесь действительно чувствуется современный стиль благодаря точечным светильникам, блестящему натяжному потолку светло-бежевого оттенка и темно-коричневому ламинату с электрическим подогревом. Плоский телевизор вмонтирован в стену, облицованную деревянными панелями рыжеватого оттенка, а по обеим его сторонам висят большие и яркие фотографии под стеклом, освещенные длинными узкими светильниками. Сбоку от двери стоит небольшой зеркальный шкаф, в котором я вижу свое отражение и квадратное окно над кроватью, завешанное плотной шторой нежно-розового оттенка. Неужели здесь все домики такие…Уютные и роскошные?

– Хорошо. Нормально долетела?

– Да! Все замечательно, не переживай.

– Голосок у тебя веселый, – говорит Вика, и мне кажется, что именно сейчас она улыбается, – это очень хорошо. В таком случае, тебе не стоит открывать мои подарки, ты их не распечатала еще, надеюсь?

Совсем забыла о них!

– Нет, … Я просто еще не успела… Сразу побежала заряжать телефон и звонить тебе. Но ты знаешь, я открою их сегодня, потому что очень скучаю по тебе… И мне одиноко, да-да, очень одиноко.

Как бы ужасно это не звучало, но сегодня мне совершенно некогда было скучать по Вике. По крайней мере последние шесть часов, что я добиралась сюда. Сейчас мои мысли сконцентрированы на этом удивительно комфортабельном и роскошном домике, на моих новых знакомых, которые оказались очень хорошими людьми, и на завтрашнем дне, когда я должна буду сделать все то, что не удалось сегодня. После ужина меня настигла дикая усталость и сейчас мне хочется только одного – поскорее принять горячий душ и завалиться спать.

– Ой, не ври мне! – смеется Вика. – Я рада, что ты не скучаешь и тебе не так уж одиноко! Слышу это по твоему голосу. В общем, откроешь их завтра, а сейчас ложись спать. Кстати, у тебя уже есть соседка по комнате?

Вика, пожалуйста, хватит задавать столько вопросов, я ведь не умею так много врать!

– Нет. Еще нет.

– Ну, и хорошо. Все, отдыхай! Завтра на связи. Люблю тебя!

– И я тебя.

Мне даже и в голову не пришло спросить, как у нее дела, но я очень рада, что наш разговор так быстро закончился. Сегодня был по-настоящему сумасшедший день и я нуждаюсь в отдыхе. Пальцы на руках и ногах немного покалывают, наверное, из-за мороза. Я ведь даже не знаю, сколько времени провела в сугробе, но слава богу, что ничего себе не отморозила. Хорошо, что Вика не предложила пообщаться по видеосвязи, иначе вопросов было бы в сотню раз больше, увидь она мое красное и поцарапанное лицо.

Достаю из чемодана нижнее белье и пижаму. Полотенце, которое мне дала Светлана Ивановна, большое и мягкое, пахнет свежестью. В углу крупными черными буквами вышито «СХ», и я невольно улыбаюсь, проводя пальцами по аббревиатуре курорта.

В ванной комнате я все делаю очень быстро. Голову решаю не мыть, не хочу будить Владимира Павловича шумом фена. Он, наверняка, уже спит, и выходя из ванной, я тихонько и плавно опускаю дверную ручку, боясь издать хоть какой-то звук. Едва слышно прохожу по коридору, глазея на фотографии под стеклом, словно нахожусь в какой-нибудь галерее. На одних запечатлены снежные склоны и яркое голубое небо, на других – улыбающиеся люди, с лыжными палками в руках. Кто-то из них в масках, скрывающих лица, кто-то обмотан разноцветными шарфами, но я уверена, что все они улыбаются, потому что безумно рады очутиться на заснеженных вершинах.

– Этим снимкам чуть больше десяти лет, – раздается тихий и спокойный мужской голос за моей спиной.

Я слегка дергаюсь от неожиданности и мужчина тут же извиняется.

– Думала, что вы уже спите, – улыбаюсь я.

Он стоит в квадратной арке, ведущей в гостиную и теперь на нем пижамные темно-синие штаны и бледно-серая слегка растянутая футболка. Мне нравятся его добрые и мягкие глаза, которыми он смотрит на меня, и я уверена, что у этого человека золотое сердце и светлая душа. Сегодня он спас мне жизнь, накормил и приютил в своем доме. Почему-то мне кажется, что этот дом именно его, ведь так гармонично он смотрится здесь, среди уютной домашней кухни и теплых бежевых стен. В его мягкой внешности чувствуется мужественность и сила, готовая проявиться в минуты опасности. Замечая мою неловкость за ужином, он несколько раз менял тему разговора, намеренно отвлекая меня. Я благодарна этому человеку за все, что он сделал сегодня для меня, и наверное, никогда не смогу расплатиться с ним. И как будто читая мои мысли, он спокойно говорит:

– Я рад, что с тобой все хорошо.

– Благодаря вам я жива. И «спасибо» не передаст ту неимоверную благодарность, которую я к вам испытываю. – Сделав паузу, бегло осматриваю коридор и задаю вопрос, который последние несколько минут не дает мне покоя: – Ведь, это домик для гостей, так?

– Для моих гостей. Я всегда останавливаюсь именно здесь, когда приезжаю в «Снежные холмы».

– О… Так вы… Простите… Вы не работаете здесь? Я думала, что вы сотрудник курорта, а не гость… – говорю я, запинаясь и краснея как помидор. Слава Богу, что освещение здесь не такое яркое и он не сможет заметить мое дикое смущение.

Вот черт, оказывается меня приютил гость курорта и наверняка постоянный гость, который знаком с некоторыми сотрудниками, как Светлана Ивановна, например, и знает каждый уголок в этом месте.

– Нет-нет, Анют, я не гость, я действительно здесь работаю, – объясняет он, прерывая поток моих мыслей. – Просто этот домик он мой. Я и отдыхаю здесь и выполняю кое-какую работу. В основном слежу за порядком на всей территории, руковожу сектором транспорта и перевозок.

– А-а, – только и протягиваю я, все еще не до конца понимая, кем в сущности этот человек здесь работает. Интересно, а многим сотрудникам позволено жить в собственных домиках? Да еще и в таких!

Решаю ничего больше не спрашивать по этому поводу, не хочу показаться дурой, которая не способна понять с первого раза. Возможно, через какое-то время мне удастся разузнать об этом человеке чуть больше от других сотрудников, которые будут такими же разговорчивыми, как Светлана Ивановна.

– Ладно, тебе нужно отдыхать, – говорит он, приятно улыбаясь мне. Я вновь благодарю его за все и подхожу к двери, ведущей в спальню. Едва успеваю опустить дверную ручку, как он спрашивает: – Надеюсь ты позвонила своей тете? Она наверняка переживает за тебя.

Несколько секунд молчу, не зная, как ответить на этот простой вопрос. Сегодня за ужином я сказала лишнего о своих родителях, которых никогда не видела, и о тете, которой уже нет со мной, а моя болтливость повлекла за собой кучу вопросов. Я уже достаточно долго думала и размышляла о своей судьбе – кончина Лары дала мне уйму времени на это и я едва не сошла с ума. Хватит размышлять и стоять на месте, пора начинать новую жизнь.

Натянуто улыбаюсь и отвечаю:

– Да, я позвонила. Теперь ей не о чем волноваться.

Меньше знают, крепче спят.






ГЛАВА 4





Сытный завтрак привез молоденький парнишка в ярко-желтой теплой одежде. В небольших белых контейнерах, сохраняющих тепло, лежали сосиски-гриль, домашние круглые булочки, жаренные яйца, соленые дольки помидоров и бельгийские вафли с карамельным топпингом. Сейчас от всей этой вкусности остаются только две булочки, и стоит мне только взглянуть на них, как к горлу тут же подбирается тошнота. Чувствую себя обожравшимся слоном, не иначе.

– Если плотно не позавтракаешь, то день пройдет насмарку! – говорит Стас, худенький парнишка с длинными изогнутыми ресницами и веснушками на узком носу.

Он сидит за круглым столом напротив меня и с интересом наблюдает за моими пыхтениями. Мой обыкновенный завтрак включает чашку кофе и овсяную кашу, но сосиски, жаренные яйца и домашние булочки – настоящее безумство для сонного желудка.

– Он и так пройдет насмарку, ведь я даже с места сдвинуться не могу, – пыхчу я, откинувшись на спинку стула. – Зачем же так много? Здесь всегда такие завтраки?

Стас смеется и чешет затылок. Его глаза тут же загораются, когда на кухне появляется Владимир Павлович в таком же как и у него желтом утепленном комбинезоне и черной узкой водолазке, похожей на мою новую термокофту. Он улыбается мне и подходит к графину с водой.

– Никто еще не выезжал на дорогу? – спрашивает он Стаса, наливая в стакан воду. – Сегодня должен прийти груз с бытовой химией.

– Степанов с Кузнецовым поехали на разведку. Но знаете, по мне так это пустая трата времени и бензина. И так ясно, что дорогу замело настолько, что ни одна машина не проедет к нам, и уж тем более грузовая.

– Ты им сказал это?

– А то! Но разве меня кто-нибудь и когда-нибудь слушает? К слову, мое мнение редко кто принимает во внимание, – объясняет он, повернувшись ко мне, – потому что я, как ты могла заметить, очень худой и мне всего лишь девятнадцать лет. Степанову уже четвертый десяток пошел, а ума в голове с семечку.

Смотрю на Владимира Павловича и вижу игривые искорки в его глазах. Да он явно развлекается, глядя на рыжеволосого Стаса, который, судя по всему, всеми силами пытается проявить себя в мужском коллективе, не принимающим его всерьез из-за молодого возраста и подростковой внешности.

– Я вам говорю, туда нужно отправить два трактора и как можно скорее. В ближайшие дни осадков практически не будет, а дорога нам нужна уже сегодня! А этим двоим лишь бы покататься на снегоходах! – Он говорит серьезным тоном, а Владимир Павлович согласно кивает. – А еще нам надо бы сделать что-то с холодильником в ресторане! Лидия Михайловна уже все уши прожужжала.

Мужчина ставить пустой стакан на стол и задумчиво смотрит в сторону окна. Теперь в моей голове начинает немного проясняться и я понимаю, о чем именно Владимир Павлович говорил мне вчера перед сном. Он действительно следит за порядком на территории курорта и за исправностью всего, вплоть до какого-то там холодильника в ресторане. Немудрено, что руководство поселило его в отдельный домик, ведь он отвечает за многие отрасли и выполняет огромную работу.

– Стас, сегодня я поручу тебе несколько ответственных заданий, и ты должен выполнить их, – говорит он серьезным тоном. – Сначала отвезешь Аню в административный корпус, ей нужно зарегистрироваться и получить ключ от номера, одежду, ну, и все прочее. Потом, отвезешь ее в гостиницу, а после – поедешь в ресторан и будешь контролировать нашего ремонтника. Я ему про этот холодильник говорил несколько дней назад, и был уверен, что он все сделал.

– Ага, как же. «Моль» никогда ничего вовремя не делает.

– Стас! – укоризненно восклицает Владимир Павлович, и я старательно прячу улыбку. – Я поехал на транспортную базу, если что – буду там. Аня, а тебе желаю удачи на новом месте. Рад был с тобой познакомиться. Еще увидимся.

– Взаимно, – отвечаю я, смущаясь. – Спасибо вам большое.

Мужчина кивает мне на прощание и выходит из кухни. Слышу как он одевается в коридоре и как через пару минут хлопает входная дверь. Стас смотрит телевизор и видимо ждет, когда же я, наконец, закончу трапезничать и начну собираться, ведь сопровождать меня сегодня несколько часов – задание его босса.

– Ладно, я сейчас все уберу, а потом мы можем ехать, да?

– Ага, к тому времени, когда мы приедем, будет десять часов и кабинеты откроются.

–…Туда что так долго ехать? – удивленно спрашиваю я, глядя на свои часы. – Сейчас только восемь сорок пять. Чтобы собраться мне понадобится минут десять…

– До административного корпуса не больше пяти минут, – улыбается Стас, по-детски проведя рукой по рыжим волосам, – я просто хотел показать тебе окрестности, если, конечно, ты не против. Здесь огромная территория, просто невероятная и в каждом уголке есть что-то интересное и завораживающее. Пешком сложно пройти все и посмотреть, поэтому пока в твоем распоряжении есть извозчик, то есть я, могу показать и рассказать немного о здешнем месте. Кстати, многим не терпится познакомиться с тобой, ведь ты вчера чуть было не погибла! Для местных это невероятная новость!

Отлично, только этого мне не хватало.

– Многим, это кому?

– Ну, ребятам из транспортного и перевозок. Знаешь, ты очень смелая! Один парень даже хочет татуировку себе набить с твоим именем!

– ЧТО?!

Стас хохочет, словно ребенок, и говорит, что просто пошутил.

Нашелся тут шутник.

Выбрасываю одноразовые контейнеры в мусорное ведро, вмонтированное в современную кухню, и прохожу в спальню. Беру чемодан, проверяя по пути, ничего ли я не забыла, и выхожу в коридор, где меня уже ждет этот шутник.

– Слушай, а под джинсами есть хотя бы колготки? – смущенно спрашивает он, глядя на мои ноги.

– Ну, да, – отвечаю я удивленно и неуверенно, как будто сама не знаю, есть ли у меня под джинсами колготки или нет.

Не слишком ли интимный вопрос, а?

– Тонюсенькие, типа этих… Как их… Капроновые?

– Не-е-ет, – протягиваю я сконфуженно. – Они теплые.