Слезы моря

Странно все же стоять с Алом в центре комнаты, покрытой чуть ли не льдом, и разговаривать. Обо мне.

— Раньше я тоже так думал, Трин. Но сейчас… я не настолько глуп, чтобы отрицать очевидное. И даже если рисунок артефакта исчезнет, тебя это от меня не избавит. И да, морская бездна, я готов дать тебе свободу! Совершай ошибки и принимай собственные решения. Но не надейся ни на минуту, — Ал наклонился, приподнял мой подбородок, заглядывая в глаза, — что я оставлю тебя с их последствиями.

Так вот, наверное, и влюбляются. До безрассудства, беспамятства. Когда надышаться не можешь, насмотреться не в силах. И больно от одной мысли, что Алэрина вдруг не будет рядом.

— Глаза закрывай.

Я подчинилась.

— А теперь ищи другое спокойное место. То, что тебе понравится, принесет мир в душу. Оно есть, даже не сомневайся.

Воображение отказывало. Вернее, рисовало не то…

— Трин, твою ж, русалочий хвост!

Я открыла глаза. По аудитории гуляла метель. Поднимала подушки, крутила, швыряла в стены. Волосы Алэрина спутались, почти закрывая лицо. Он их небрежно скрутил в узел и закрепил лентой, что вытащил из кармана.

— А как я ее создала?

— Самому любопытно. Снег еще объяснить можно, все‑таки одно из состояний воды. Но северный ветер… Это ж сколько силы надо, чтобы его призвать!

— Я не заметила. Не почувствовала…

— Это как раз тот случай, когда я говорил, что магию нужно контролировать, — спокойно ответил Ал, явно намекая на цунами. — Да не пугайся ты! Я же рядом.

Конечно! Только метель как кружила по аудитории, швыряя снег, так и кружит. А я даже не ощущаю холода, что, ну очень, странно.

— Значит, так. Закрываешь глаза и представляешь, что я говорю. Ясно?

— Да.

— Если будет неуютно…

В Кардосе начнется преждевременная зима. Но приказ мага послушно выполнила.

— Берег моря, — скомандовал он. — Не бурю представляй, даже не думай о ней! — прокричал Ал.

— А что?

— Ясное небо и солнце. Ощути его жар на лице и руках, согрейся. И мелкий песок под ногами. Горячий, но приятный.

Хм…

— Ощущения нормальные?

— Да.

— Хорошо. А теперь дом за спиной.

Я дернулась и запаниковала.

— Тихо, — Ал вдруг оказался рядом, прижал к себе. — Не думал, что дело в нем. Просто смотри на море, сокровище. Вода синяя, как глаза твоей подруги. И по ней гуляют блики, манят. Как‑нибудь надо научить тебя их ловить. Жаль, что скоро зима.

Голос мага звучал ласково, спокойно. Я неожиданно почувствовала умиротворение. В его объятьях было так уютно, что невольно Ал оказался в выдуманной картинке на берегу, так же обнимая меня за плечи и шепча что‑то на ухо.

— Умница.

Я распахнула глаза. Аудитория хоть и напоминала побоище, лишилась снега.

— Порядок будете сами наводить, — заметил магистр Нарис, невозмутимо стоя на пороге со скрещенными руками.

— Хорошо, — покладисто согласился Алэрин.

Я только вздохнула, закатывая рукава рубашки.

— И пока не забыл… Ал, у тебя сегодня два занятия с этими желторотиками. Научил бы их не только ледяное оружие создавать, но и чему‑нибудь интересному.

Нарис почему‑то мне подмигнул, когда Алэрин кивнул.

— Есть идеи?

Я удивленно посмотрела на водного мага.


— С метелью ты справилась, значит, положена награда. Не будешь же сыт одними наказаниями, — усмехнулся Ал.

— А молнии можно?

— Молнии? — удивленно переспросил ректор.

— Да. Хочу поймать и…

— Что? Откуда такая глупость, Дарэ! Вы можете изо льда копье сделать, мечи, ножи, но настоящую молнию при вашем даре, невозможно! Да их никто не создаст!

— Алэрин так уничтожил духа, — заявила я, чувствуя себя весьма глупо. — И если появится еще один, я хочу уметь себя защищать!

Ректор недоверчиво перевел взгляд на Алэрина.

— Она не лжет, так понимаю?

— Нет, — Ал ответил коротко, явно разозлившись.

— Кто еще знает?

— Рэм.

— Я в этом и не сомневался! Все?

— Да.

— Мне ты, я смотрю, не доверяешь…

— Нарис!

— Не я ли был для тебя все эти годы едва ли не наставником! И ты счел нужным, мне не сказать!

Ректор развернулся и ударил кулаком стену. Я, вытаращив глаза, удивленно на него смотрела.

— А о чем речь? Я что‑то не то сказала? — прошептала я, оборачиваясь к Any. Вздрогнула. Его глаза светились ярко — голубым.

— Дарэ, отправляйтесь на занятия. И держите рот на замке об этих чудесных способностях Алэрина создавать молнии. Ясно?

— Да. Я и не собиралась…

— Алэрин, я желаю, чтобы ты со мной прогулялся, — едко заметил магистр Нарис, покидая аудиторию.

Ал глубоко вдохнул, как‑то виновато опустил голову и вышел, не прощаясь и ничего не объясняя. Опять у него из‑за меня будут неприятности! Ругая себя, я снова оглядела разгромленную моим колдовством аудиторию, а потом, решив пропустить пару по пению, принялась за уборку.

Алэрин.

— Не злись, — попросил я Нариса, стряхивая с камней водоросли и швыряя гальку в бушующее море.

Друг призвал стихию, выплескивая отрицательные эмоции. Вода привычно откликнулась, обрушилась на берег, оставляя следы на песке.

— Я же хотел как лучше. Со мной и так было хлопот. А беречь тех, кто дорог от… Нарис повернулся, сощурился.

— Что же ты за меня‑то решил!

— Да пойми ты, опасно такое знать!

— Мальчишка! Глупый, несмышленый…

— Нарис!

Он вздохнул, сел на соседний камень. Я зацепился взглядом за его шрам на щеке. Из‑за меня получил, защищая от гидры. Яд‑то вывели, а вот рана… затянулась, но не исчезла. Напоминала, как Нарис подставился.

— Сам давно знаешь?

— Мать, когда принес клятву Морскому Богу, рассказала.

— Жалеешь?

— О том, что она осталась жива? — я горько усмехнулся. — Нет, конечно. Еще бы женить меня не пыталась.

Нарис задумчиво посмотрел на море. Серое, как тучи на горизонте. Еще немного — и снова начнется буря. Настроение у повелителя водных глубин в последнее время часто менялось.

— Своей девчонке, я так полагаю, ты правду не сказал.

— Нет. Да и с молнией той вышло случайно.