Сказко про драконо-ректора

– Тогда он там сгорит, какое счастье, – выдохнула свекровь и уже бодрее спросила:

– А ты когда брак узаконишь? Пора бы уже.

– Когда одна вредная особа, переполненная матримониальными планами, поделится, как Анне попасть в свой мир, а потом оставит нас наедине, – ответил Оливье. Его зрачки стали вертикальными, черты лица – хищными.

– Она же богиня и сама может найти путь в свой мир, только в человеческом виде, – выдала тайну перемещения по порталам Пандора. – Ничего сложного, стоит выбрать направление.

– Как интересно, – подала я голос с потолка, угрожающе нависнув над Оливье.

– Очень, – он согласился. – Спускайся, будем тебя возвращать на родину.

– Вот ещё! – я вспыхнула с новой силой. Мерзавец, вернуть меня задумал. А я, может, не хочу; я, может, гнездо буду вить… в горах!

– Аня, далеко не факт, что ты выздоровела, а на твою драконью тушку никакого инсулина не напасёшься, – Оливье попытался вернуть меня с небес на землю. Посмотрела в его наглые глаза, хорошо, что моя голова висит напротив. Удобная шея, можно поворачивать её на 180 градусов.

– Простыня загорелась, – недовольно пробурчала Пандора, совершенно равнодушно рассматривая, как огонь лижет ткань. Она бесстрастно вылила из бутылки вино на огонь. Вопреки ожиданиям, огонь не потух, а вспыхнул ещё сильнее. Но сбросить с себя простыню Пандора не успела, рядом из портала вышел злой, прилично одетый, без раны на виске бог. Веселий одним взмахом потушил вокруг огонь, недовольно окинул меня взглядом и хмуро сказал:

– Всегда мечтал увидеть, как сгорит эта академия, но никогда не думал, что окажусь в эпицентре пожара.

Пандора, состроив самую невинную рожицу, сделала шаг от Веселия.

– Пандора, предлагаю перемирие, – предложил он. – У меня жутко болит голова после твоего удара, организм больше не принимает алкоголь. Я страдаю.

– Похоже, отбила важную часть твоего мозга, – неестественно улыбнулась Пандора.

– Ты его сломала, окончательно и бесповоротно, – согласился Веселий. – Жаль, что судьба раньше не сталкивала нас. Предлагаю тебе пойти со мной в мой дворец, если откажешься, то в гости ко мне ты отправишься принудительно.

Оливье шагнул к матери. Я видела, как напряглись его мышцы, он готовился к прыжку.

– О-о-о, ничего такого, – тут же поторопился успокоить Оливье Веселий и помахал руками. – Никакого алкоголя и насилия. Мы просто познакомимся поближе. Любой её каприз будет исполняться мгновенно.

– Мама пойдёт с тобой, только если даст согласие на добровольное заключение во дворце, – холодно предупредил Оливье, а я отпустила лапами потолок и, перевернувшись в воздухе, встала рядом с воинственно настроенным ректором.

– Потолок горит, – поморщившись, предупредил Веселий, – он сейчас рухнет. Да и жарко тут, может, переберёмся из здания за его пределы? – предложил бог. – Хотя огненную драконицу лучше тут оставить, она и там всё выжжет.

Оглянулась, и правда – всё горит. Даже странно, что никто не захлёбывается дымом и не паникует.

– Любой каприз? – задумчиво спросила Пандора и прижала пальчик к губам.

– Любой, – глаза бога потемнели, и губы дрогнули. Он с трудом справился с собой, глядя на нехитрые манипуляции Пандоры по его соблазнению.

– Хорошо, – благодушно согласилась Пандора. – Прошу запомнить: ты сам пообещал, тебе и выкручиваться.

Губы Веселия расплылись в хищной улыбке, он смело шагнул к Пандоре и подал ей руку:

– Идём со мной, моя Богиня, – предложил Веселий. Она робко вложила в его ладонь свою и, как волнующаяся девственница, приблизилась к богу.

– Чувствую, я ещё не раз пожалею, – усмехнулся он, подхватив Пандору за талию, открыл портал и, прежде чем уйти, сказал:

– С удовольствием бы остался посмотреть, как ты усмиришь это огненное чудовище, но тороплюсь. Так что удачи тебе, ректор, – и хохоча нырнул с Пандорой в портал.

Мы остались наедине. Он потушил вспыхнувший рукав, просто побив по нему ладонью.

– Дорогая, – произнёс пафосно ректор. – Мы горим!

– Знаю, – наклонила голову на бок и прищурила глаз.

– Ты не хочешь снова стать Аней? – поинтересовался Оливье и погладил меня по морде. Нахал. Мотнула отрицательно головой, скидывая его руку.

– Я так и думал, – вздохнул он печально. – Придётся заняться твоим воспитанием, Богиня.

Передо мной на месте Оливье тут же возник чёрный дракон, который добил стену своей тушей. Часть потолка рухнула, посыпавшись по нам горящими досками, арматурой и кусками бетона. Огонь разошёлся не на шутку, пожирая академию.

Прищурилась, дыхнула в него пламенем и взлетела. Краем глаза видела, как следом за мной взлетел чёрный дракон. Зараза, он меня намного больше и манёвренней. Активно замахала крыльями, пора поискать Трэнра и поджарить мальчишку. Вообще, что хочу, то и делаю. Я – Богиня!

– Куда хочу, туда и лечу! – проорала я радостно.

– Аня, тебе от меня далеко не улететь, – крикнул вслед Оливье, намекая на свекровушкино проклятие. – Дорогая, твой хвост бьёт меня по лицу, – пожаловался он.

– Я не специально, – отозвалась хамовато, размахивая крыльями. Как приятно парить в небе, над лесом, на свободе. Огонь разгорался ещё сильнее под потоками воздуха. Я – Богиня огня, способная гореть вечность, если в меня будут верить…






Глава 23




Драконо-ректор (хотя академии уже тю-тю… сгорела!)

Аня летела красиво, несмотря на свой первый опыт полёта.

– Куда летим? – спросил я, поравнявшись с ней мордами.

– Ищем Трэнра, у него инсулин, Аня ответила, и огонь вспыхнул в её теле ещё яростней. Похоже, она продолжает выгорать, даже Богиня может погибнуть от той силы, которую ей даровал портал при перемещении.

– Аня, надо спуститься и вернуть себе человеческий вид, – осторожно намекнул на то, чтобы она прекратила опасный для неё полёт. Как и ожидал, божественная заносчивость победила в ней логику и здравый смысл. Огонь – игривый и беспощадный. Она презрительно фыркнула, неожиданно для меня нырнула вниз и полетела над полем, где работали люди. Они, заметив огненную драконицу, замахали рабочим инструментом, гневно выкрикивая угрозы.

– Совсем обнаглели! На вилы всех! Пожгут всё, сволочи! – кричал самый бесстрашный. Аня притормозила и, сделав виток, полетела к нахалу.

– Сожру, – прорычала она. Продолжая лететь за ней следом. В отчаянии возвёл глаза к небу. Божество из Ани получилось кровожадное, хоть за порку принимайся.

– Поле сожжешь! – я возмутился, не выдержав того, что она спустилась ещё ниже, угрожая сжечь всё. Окончательно разозлился и, взлетев над ней, вцепился в её горящую тушу лапами. Хватит просто так летать, сколько можно!

– А ну отпустил! – она принялась извиваться в моём захвате.

– Пора заняться воспитанием, – прорычал в ответ. – Безобразничаешь, у нас людей не едят даже боги.

– Он обзывался, – безуспешно вырывалась Аня. – Отпусти! – пыхтела она огнём.

– Ты бы сожгла урожай, я бы тоже обзывался, – волок её в сторону озера, продолжая крепко удерживать лапами. Куснула в бок – не прокусила. Хм.

– Отпусти, – меня лягнули лапой.

– Ты ужасно невоспитанная особа, – я не сдался.

– Сожру, – посыпались угрозы в мой адрес. Меня снова попытались укусить и поджарить. Упёртая Богиня, прямо как матушка.

– Не получится, – охладил её пыл. – Я – дракон, бессмертный и не переварюсь. Скорее, ты заработаешь несварение.

– Кусками есть буду, – трепыхалась в захвате драконица. – А из костей твоих фундамент для храма сделаю.

– Могу золотишка подкинуть на храм, Богиня, – закинул удочку. – У меня его много.

– Золотишко? – замерла богиня. – А сколько его у тебя? – спросила она, не скрывая интерес.

Матушка всегда на это попадалась.

– Достаточно, хватит, чтобы храм из него я отлить, – промурчал соблазнительно, – и ещё останется, – добил я её.

– О-о-о, – услышал восторженное восклицание. – Храм из золота.

– Можно два храма, – я стал торговаться.

– Два храма, – пролепетала Аня. – Два золотых храма для меня, – похоже, она была в нирване от открывшихся перспектив.

В меня тут же вцепились покрепче лапами.

– А где твоё золото? – услышал я вопрос, которого ждал. Попалась маленькая озорная огненная драконица, моя любимая Богиня.

– Я тебя туда несу, – с этими словами к моему животу прижались крепче, не сдерживая истерической радости.

– Золотишко, – с безумием пробормотала драконица. Думаю, в меня только что влюбились самой меркантильной любовью на свете.

Впереди перед целью показалась туча. Смело нырнул в моросящий дождь, сильнее взмахнув крыльями. Драконица высунула мордочку из-под меня, и капли дождя упали на огонь, начиная его тушить, вырисовывая толстую шкуру рыжего цвета.

– Дождь, – недовольно пробормотала она и, вполне ожидаемо для меня, но неожиданно для неё, превратилась в Аню. Успел перехватить лапами её обнажённое тело и нежно спрятать от ветра.

Девушка взвизгнула и прижалась ко мне. Богиня внутри тут же затихла.

– Анечка, тебе нужно научиться контролировать свою Богиню, – продолжил я свой полёт – Иначе она устроит апокалипсис, для того чтобы в её силу верили и почитали божественность.

– Как?! – крикнула Аня. – Она же делает, что хочет.

– Чтобы ты не погибла, достаточно одному дракону верить в твою божественность, – пояснил я. – Не нужны храмы и поклонение.