Скандал в день свадьбы

Итак, Оуэн подавлял желание и дарил Таре то, что ей было нужно, не считаясь с собственными чувствами. Но вот она прижалась к нему всем телом, а рваное платье почти ничего не скрывало, и Оуэн усомнился в том, что и на этот раз сможет подавить желание.

— Может, дождь скоро закончится, — невнятно произнесла она, уткнувшись ему в ключицу и согревая шею своим дыханием.

— Может быть, — согласился он. — Видимо, дети живут недалеко, что хорошо. Много лет назад, когда здесь устроили лагерь бойскаутов, вблизи совсем не было жилья.

— Надо будет еще объяснить, как это я умудрилась бродить по лесу в рваном свадебном платье и безнадежно испорченных лодочках.

— Очень осторожно, — ответил он, рассмешив ее.

— По-моему, дождь не кончится до утра, — продолжала она с тихим вздохом, не обращая внимания на то, как у него участилось дыхание. — Нам придется где-то заночевать. Должна признаться, меня не радует перспектива спать на раскладушке, где до меня устроил свое гнездо опоссум.

— Одеяла из сундука чистые. Можно постелить их на матрасы.

— На один матрас, — уточнила Тара.

— На один?

Она подняла на него серьезный взгляд.

— Здесь слишком холодно, чтобы спать врозь. Верно?

Он смотрел на нее, не в силах вымолвить ни слова. Сердце билось в груди, как барабан.

— Верно, — с трудом ответил он. — Лучше всего согревает тепло тела.





* * *


Арчер Траск, следователь управления шерифа округа Бэгли, медленно ходил по маленькой комнате жениха, стараясь не упустить ни одной подробности на месте преступления. Во-первых, крови оказалось меньше, чем можно было ожидать. Убийца дважды выстрелил жертве в голову — полицейские в больших городах назвали бы такую тактику «контрольным выстрелом». Признак профессионала.

Но кому понадобилось убивать жениха в день свадьбы?!

— Жертву звали Роберт Мэллори Третий. — Помощник полистал страницы в своем блокноте. — Мэллори-старший служит в управлении окружного прокурора в Лексингтоне; он уже требует передать дело полиции штата Кентукки.

— Свидетели есть?

— Нет, но невеста пропала. Как и ее свидетель.

— Шутишь! — Траск недоверчиво покосился на своего помощника.

— В последний раз обоих видели примерно за час до начала церемонии.

— Как зовут невесту?

— Тара Бентли.

Имя невесты не было знакомо Траску. Как и имя жениха.

— Допросили родителей невесты?

— Она, кажется, сирота. — Помощник поморщился. — На ее половине в церкви почти никого нет.

Траск потер лоб, чувствуя, что скоро у него разболится голова.

— Разведи родителей жениха по разным комнатам. Важно опросить их по отдельности. Как и гостей, которые могли что-то видеть. Известно ли предполагаемое время смерти?

— В последний раз его видели живым около трех, примерно за час до начала церемонии. Невесту в последний раз видели в то же время.

Траск нахмурился. Пропавшая невеста, убийство, совершенное, судя по всему, профессиональным киллером — как-то не сходится.

— Говоришь, свидетель тоже пропал?

Помощник перелистнул пару страничек в блокноте:

— Оуэн Стайлс. Судя по всему, лучший друг невесты с детства.

— Что известно о Стайлсе?

— Немного. Его мать тоже пришла на свадьбу. Кстати, это она сказала, что не может его найти. По ее словам, машины ее сына и невесты так и стоят на парковке у церкви.


Услышав последние слова, Траск развернулся к помощнику:

— То есть невеста и ее лучший друг сбежали, бросив машины?

— Похоже на то. Мы уже сверили номерные знаки; их владельцами числятся наши пропавшие.

— Разошли сигнал «Всем постам». Пусть ищут обоих, — распорядился Траск. — Отныне они — подозреваемые в убийстве. Заодно проверь, нет ли у кого-то из них другого транспортного средства.

— Я всех оповещу. — Помощник закончил записывать и направился к выходу.

Траск посмотрел на мертвеца, лежащего ничком на полу. Бедняга, подумал он. Такой нарядный…





* * *


— Берешь ли ты, Тара, Роберта в законные супруги? Обещаешь ли быть с ним вместе в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит вас… — От монотонного голоса пастора у Тары разболелась голова. Ей хотелось бежать, но ноги приросли к полу, как будто туфли прибиты к нему гвоздями. Она попыталась разуться, но ноги не высвобождались.

Под фатой стало трудно дышать; она облепила лицо и шею, сдавливая горло. Тара попыталась сорвать ее, но чем больше дергала, тем сильнее душила ее фата.

— Оуэн! — закричала она. Крик вышел слабым и приглушенным. Она знала: он где-то рядом. Оуэн ни за что не допустит, чтобы с ней случилось что-то плохое.

— Я здесь, — пророкотал он ей на ухо, но она его не видела.

— Оуэн, помоги!

Сзади ее обхватили руки. Руки Оуэна, сильные и надежные. Фата упала, и она снова смогла дышать. Она смогла высвободиться и развернулась лицом к своему спасителю.

Оуэн смотрел на нее в упор.

— Ну что, проснулась?

Мрак развеялся, и Тара вспомнила, где находится. В лесу, в старой хижине. За ночь дождь прошел. За деревьями всходило солнце; его косые лучи проникали в хижину сквозь пыльные окна.

А она лежала в крепких объятиях Оуэна на полу, на матрасе.

— Да, — ответила она.

— Тебе приснился кошмар?

— Обычный страшный сон из-за стресса.

— Ты звала меня.

Она высвободилась из его объятий и села.

— Наверное, хотела, чтобы ты сделал за меня задание по алгебре.

Он тоже сел. Одеяло соскользнуло, обнажив стройный торс. Она редко видела его без рубашки и сейчас изумленно смотрела на него. Возможно, Оуэн и не обладал мощными бицепсами бодибилдера, но плечи у него были широкими, живот плоским, грудь — накачанной. Он рассказывал ей о занятиях в тренажерном зале «Кэмпбелл-Коув Секьюрити».

— Ты тоже слышала? — полушепотом спросил он, и она поняла: пока она любовалась его фигурой, он что-то говорил.

Машинально она тоже понизила голос:

— Что слышала?

— Голоса. Там, снаружи. Слушай!

Тара навострила уши. Оуэн прав. Голоса… доносятся как будто издалека.

— Женщина и мужчина, — прошептала она. — Не могу разобрать, что они говорят.

— Скорее всего, дети признались родителям, что вчера ночью наткнулись на нас. — Оуэн встал и направился к окну, на ходу надевая рубашку еще недавно белоснежную, а теперь рваную и грязную.

— Видишь кого-нибудь? — прошептала она.

Он кивнул:

— Нормальные с виду люди.

— Надеюсь, твои «нормальные люди» не склонны к убийству…