Сильномогучее колдунство

— Надо жрать белолицый гость, который говорить, что посол. И если так долго делать, однажды приедет мелкая белобрысая падла, мелкая и уродливая, с короткий корешок. — Закончил вождь фразу. Повисло молчание.

— Все? Там еще что-то было? — Уточнил молодой аристократ.

— Твоя очень невежиливый и нетерпеливый. — Вождь покачал головой. — Великий колдуна забыл сказать тебе что надо быть манера. Твоя слова вонять как дохлый попугай.

— Это я великий волшебник! Мо предки всегда правили людьми! И если ты не скажешь мне пророчество, я убью тебя и всех в твоем селении! Я бессмертен и могу убить любого! — Взбесился Ричард, активируя атрибут сразу на двух руках. Поднялся ветер и тревожно закричали птицы.

Вождь устало вздохнул, ловко перехватил копье, лежащее рядом и ткнул тупым концом молодого человека между глаз. Тот рухнул, оглушенный.

— Мелкая падла совсем не умеет бухач. Злая становится. — Сокрушенно произнес вождь.

— Это все потому что у него дука-дука маленький. — Пробасил Рей, прихлебывая из чашки. — Вождь, вот был бы у тебя такой маленький дука-дука, ты бы тоже был злым?

— Да, бедная — бедная белобрысая падла. Совсем увечная. Ничего, вырастет! Я дам специальный фрукт, если его много есть, дука-дука вырастет, даже если увял дука-дука или его откусили.

К костру подошел абориген и склонился над ухом вождя. Вождь аж подскочил.

— Великий колдуна оплодотворил самый красивый баба, и готов оплодотворить еще баба. Наша баба драться за то, чтобы зачать от великая колдуна. Пойду утихомирю дурная женщина. Пей, воина. Когда ты нажраться в сопли моя соплеменника отнести тебя, а мягкий циновка. Пей в воля! Если хотеть, бери любой баба! Скажи вождя разрешил! — и вождь растворился в темноте, изрядно шатаясь.

Племя перепилось. Желающие выпить с инвалидом быстро закончились. Местным зватало пары плошек местного спиртного чтобы рухнуть без чувств. Под утро, когда костер прогорел, Рей, с Ричардом на закорках, отправился к зданию поольства.

Рядом с телегой он обнаружил спящего Илаю. Тот свернулся калачиком на циновках.

— Мистер Эджин, ты там как, живой? — Рей потряс репортера за руку, сгрузив Ричарда рядом (тому за вечер пару раз прилетало по голове, чисто для профилактики).

— Это было страшно, мистер Салех! — Простонал молодой человек, очумело оглядываясь. — Они дали мне какой то отвар, и едва не потерял разум. Я трахал ту толстую бабу, с трудом айдя у нее влагалище, но потом пришли другие женщины, и я их тоже трахал, из было не меньше десяти… Ауч, мистер Салех, за что вы меня ударили? Хватит меня бить, ай, я же не сопротивляюсь, ай, ну пожалуйста, я сдаюсь, ууу…

— За что? — Просидел Илая, когда экзекуция закончилась. Все его лицо было в кровоподтеках. Он громко шмыгал разбитым носом, из гляз текли слезы.

— Из зависти. — Миролюбиво ответил Рей, не демонстрируя вообще никакой агрессии. Он сидел рядом с приятелем и жевал какой-то вареный корешок. — Ты чего не оделся?

— Так там того, бела случилась. — Проблеял Эджин, трогая опухшую скулу.

— Что за беда?

— Там это, в телеге…

В телеге все было печально. Все припасы, одежду, палатки, кожаные вещи поразила черная плесень. Кое-где ткань просто рассыпалась.

— И как такое возможно? — Озадаченно выдал гигант, проведя инвентаризацию. Голос его был полон грусти. Комфорт бывший лейтенант любил. А теперь ему пришёл конец.

— Не знаю, у меня там лежал набор амулетов вот сырости и плесени. В здешних краях это настоящий бич. — Ответил репортер, ошарашенно разглядывая то что раньше было штанами.

— И что с ними? Сломались? — Рей с облегчением разглядывал цинк с патронами. Его плесень не тронула.

— Да не могли, я взял два комплекта, полностью заряженных. Такие лакированные коробочки….

— Цветные? Красивые? — Уточнил Салех, что то, припоминая.

— Ага, все верно! А куда они делись? Украл кто-то? — Кажется, Илая был готов заплакать.

— О, это мы сейчас узнаем, тащи воду, там как раз осталась.

Вода потекла на лицо бессознательного гарфеныша.

— Ричард, графская морда, что ты вождю подарил? — Поинтересовался Рей, пиная нанимателя под ребра.

— Пару шкатулок с безделушками, я думал Эджин их взял на подарки. — Графеныш сел и огляделся Он с трудом говорил и плохо понимал где находится… — Что вообще происходит?

— Мммистер Салех, я не очень физически силен, могу я вас попросить подержать мистера Гринривера пока я буду бить его по почкам? — Смущаясь, попросил голый Илая.

— Конечно, мистер Эджин, буду рад вам оказать эту услугу!

— Эй, стоп, джентльмены, не надо на меня так смотреть, джентльмены, мы же можем все решить, боги, да что вообще случилось? — Ричард пытался уползти, но уперся в стену посольства.

Над джунглями всходило солнце.

В джунглях кого-то били.

— Педерасты, педерасты! — Кричал попугай, парящий над разрушенным посольством серединной империи где-то на краю света.






Глава 8




В итоге Ричарда раздели. А его самого, основательно избитого притопили в ближайшем болоте. В итоге обиженный графеныш ушел спать в здание посольства, перелезая через груду обломков.

Там он рухнул на истлевший старый матрас и погрузился в сон, больше напоминающий забытье.

Молодой человек проснулся через несколько часов с дикой головной болью. В комнате было душно. Он подошел к запыленному окну и распахнул его. В лицо ударил влажный ветер пропитанный густыми аромата цветов и разложения. Ричард вдохнул полной грудью. Комок подошел к горлу. Ричарда стошнило.

— Доброго утра, Сэр Ричард, как вам погодка? — Жизнерадостно поприветствовал молодого человека Репортер. Не смотря на разбитое лицо тот был крайне весел.

Рей и Илая перебирали вещи. Что-то выкидывая за границу участка, а что-то откладывая. Спасти удалось не так много. Оружие и запасы спиртного не пострадали. Сохранилась посуда и фляги. Все остальное оказалось безнадежно испорчено плесенью. Взрывчатка проросла каким-то светящими грибами. Ее отложили отдельно. Слишком уж необычно выглядела. Громко и нецензурно репортер ругался глядя на погибшие книги.

— Мистер Салех, у меня к вам большая просьба… — Ричард разглядывал кровавый след не стене.

— Да, Ричард? — Отозвался Рей, который как раз уселся на скамью и достал точильный камень. У его ног лежал топор и длинное мачете.

— Кажется, вчера вы мне повредили внутренние органы. Внутреннее кровотечение и все такое… — Ричард осмотрел свои руки, те успели стать желтого цвета.

— Да, без проблем! — Рей поднялся, взял топор, и с силой швырнул его в нанимателя.

С гулом оружие влетело в окно, сделав в процессе один оборот. С раскроенным черепом графеныш влетел в комнату.

Кровь полилась на пол, а из углов жадно метнулись густые чернильные тени, игнорируя потоки льющегося из света.

Тени жадно пили кровь, на полу конвульсивно дёргалось тело, от удара глаза вылетели из глазниц и висели на тонких ниточках.

Продолжалось это не долго. Кровь потекла в обратную сторону, впитываясь в мертвое тело. Тени дернулись, их затягивало вместе с кровью. Что-то тонко завизжало. Здание затряслось.

Ричард поднялся с пола. Выглядел он плохо. Глаза были залиты чернильной тьмой, по телу вздулись черные вены. Золотистые волосы сейчас были пепельно — серыми.

Молодого человек согнуло, и он закашлялся. После чего поднес руку к лицу, рассматривая ладонь, испачканную чем-то черным.

— Мистер Салех, что-то пошло не так, не будете ли так любезны… — Просипел воскресший, выглядывая из окна.

— Топор верни!

— Ага, сейчас…

На землю рухнуло оружие. Рей потянулся, подобрал топор, и вернулся на исходную позицию.

Снова гудение. И чавкающий звук.

В этот раз топор попал молодому человеку в грудь. Умирал Ричард дольше. Очнулся он с теми же эффектами.

Он выкинул топор из окна и рухнул следом.

— Что-то в доме, пожалуйста, давайте еще раз… — Просипел Гринривер, раздирая грудь.

— Ричард, для тебя что угодно! — Радостно отрапортовал Рей.

Топор врубился в череп, разбивая его.

— О, так лучше! — Ричард поднялся на ноги.

— Эм… глаза черные. — Озадаченно протянул Салех, разглядывая нанимателя.

— Что за блядство! — В отчаянии воскликнул Ричард, активируя атрибут и всовывая голову прямо в черную сферу.

Сферы погасли, ветер стих, Ричард тонко завопил, сделав лихорадочный вздох. Когда он разогнулся, стало понятно, что у него отсутствуют глаза и по лицу возникли какие-то провалы. Кровь не текла.

Снова взлетел топор.

— О боги… — Просипел молодой человек, поднимаясь на ноги. — В следующий раз вы бы не могли пользоваться огнестрельным оружием?

В этот раз графеныш выглядел нормально. По крайней мере, внешне.

— Патроны надо экономить. — нравоучительно ответил Рей. — Илая, а ты чего вылупился? — Поинтересовался громила у репортера, тот с выпученными глазами стоял на месте.

— Извините, все никак не привыкну. — Через какое-то время Эджин все же овладел собой и стал способен к членораздельной речи.

В этот момент на территорию посольства зашел вождь в сопровождении пяти соплеменников.