Сильномогучее колдунство

— Тощая слабая соплежуя благословить духа лес! Завтра быть праздник в есть тощая соплежуя! — Провозгласил вождь. — Мы дарить его самый красивый баба и делать много много уродливый детятей! Пойдем, посол холодная земля.

— Мне или послышалось, или он сказал что мистера Эджина они будут завтра есть? — Острожно поинтересовался Ричард через некоторое время.

— Ну так он же сказал, завтра. Вот завтра и узнаем. — Философский ответил инвалид, не повышая голоса.

— Спасать бедолагу будем? — Спросил Ричард.

— А если это у них такой ритуал братания? Они съедят нашего тощего соплежуя, а мы их какого-нибудь уважаемого члена племени. Твои друзья моя еда, мои друзья воя еда. Поделимся, скажем так, самым ценным. — Рей улыбнулся, вызвав очередную порцию радостных криков.

— А если они узнают, что мистер Эджин не наш друг? — озадачился Гринривер, разглядывая местных жителей. Особенно воодушевляли местные жительницы, многие из них были одеты лишь в небольшие обручи на лодыжках и шеях. — Скандал выйдет.

— Вот, Ричард, для того и нужны друзья. Если мы провалим нашу миссию из-за твоей мизантропии, будет изрядный конфуз. — Гоготнул громила, потирая ногу. — Представляешь заголовки газет? Важная миссия на юге страны провалена из-за того, что у Сэра Ричарда Гринривера не было друзей.

— Ваш юмор не уместен. — Огрызнулся Ричард, споткнувшись, а очередном корне.

— А, то есть ты серьезен был? — Рей аж остановился.

Молчание затянулось.

— Так, погоди, ты ведь не мог всерьез…

Гринривер довольно усмехнулся. Незаметно. Одними губами.

Дорога уперлась в небольшой отсыпанный хм. На нем стояло здание в колониальном стиле, жутко чужеродно стоящее выглядящее в этом тропическом лесу. Двухэтажный дом с террасой и крышей, покрытой кусками сланца.

— Твой халупа, дикий белый гость. Твоя тама быть, твоя тама жрать и опорожнять кишечник.

Ричард, максимально игнорируя окружающих дикарей, подошел к двери. Та, неожиданно открылась.

— Господа! Наконец то! Как я рад видеть человеческие лица, а не эти черные морды! Господа, представьтесь же! Я хочу знать, кого принимаю в своем доме!

В дверях стоял невысокий мужчина, обряженный в камзол. Морщинистое, гладко выбритое лицо, практически лишенное подбородка, копна седых кудрявых волос на голове.

— Сэр Ричард Гринривер, седьмой сын графа Гринривера! — Официально заявил Ричард, вскидывая подбородок.

— Илая Эджин, корреспондент Имперского вестника. — Слабым голосом представился репортер, которого все же опустили на землю. Он вскинул руки, чтобы не упасть. Его заботливо поддержали под локоть.

— Рей Салех, штурмовая пехота. — Прогудел бывший лейтенант, вежливо вскидывая винтовку.

«Бабах» — Выдала винтовка. Над городом поплыл гул, словно от удара в колокол.

— Уууууу! — Коротко выдали дикари, провожая летящего Рей взглядом. Короткий полет окончился всплеском.

Выстрел испарил Ричарда, оставив на земле лишь пару сапог, разорвал на части человека в дверях и проделал сквозную дыру в здании. А еще снес несколько бревен частокола, который находлся прямо за домом.

С неба посыпались листья и мелкие камушки.

— Потрошки! Свежие потрошки! Налетай, свежие потрошки! — Попугай начал возбужденно кружить над местом происшествия.

Через минуту из ямы с водой выполз Рей. Свечение татуировок на его теле медленно угасало. На само инвалиде висел пяток пиявок, он был перемазан в чем-то темно-коричневом, но был бодр духом.

— Твоя убить мелкий белобрысый падла. У твоя есть запасной? — Спокойно поинтересовался вождь, подходя к Салеху. Тот поспешно потирал винтовку какой-то тряпкой.

— Мелкий белобрысый падла оживет если великий вождь помочится на останки падлы. Он как кусок мха, который разрастается везде, если сохранился хотя бы маленький кусочек. — Ответил бывший лейтенант, извлекая из одного из ящиков масленку. — Но лишь тогда он оживет, если помочится великий воин.

Теперь уже озадачился вождь.

— Твоя говорить что мелкий белобрысый падла вырастет из ботинка если на его мясо поссыт великий воина?

— Истина так! — Рей принялся — Но будет ругаться и говорить, чтобы ты больше так не делал, но ты ему не верь, духи смерти затуманят разум мелкой белобрысой падлы. Не жди слов благодарности и сохрани в тайне мои слова. Он будет думать, что ожил сам.

— Могучее колдунство! — Вождь с благодарностью кивнул, принимая добрый совет.

После вождь подошел к сапогу Ричарда, отогнул набедренную повязку и пустил струю на кусок теплого мяса.

В следующий миг нога зашевелилась и к ней стали подползать другие мелкие кусочки плоти. Кровавое месиво забурлило и за три удара сердца из кучи возник Ричард. Он очумело затряс головой и потом…

— Сука, ты что творишь? — Взвизгнул графеныш, отпрыгивая, когда понял что именно происходит.

— Твоя дука-дука покусал острозубый рыба и оставить только маленький кусочек? — Уточнил вождь с интересом разглядывая молодого человека, вернее все то что находилось у него ниже пояса. — Я подарить большой черный колотушка для твоих жен!

— Уроды! Ублюдки! За что вы так со мной? — Прорыдало что-то внутри дома. — Я на это тело мух пять лет ловил! Да что же вы за люди такие?

— Извините…. — Прогудел гигант смущенно. — Я думал дикая нежить, или ловчий дух какой…


Рей не знал куда деть руки и принялся срывать с тела рассосавшихся пиявок.

— В посольстве? В центре оживленного города? Ну вы и кретин… — С каждым словом голос был все тише. Пока не затих совсем.

— Ваша жить с мертвый тупой мудак. Жить до вечера а потом не жить! — Заявил вождь, разворачиваясь.

— А потом? — Осторожно уточнил Рей, перехватывая винтовку.

— А не жить в мерзкий дом, а бухать в мой дом. И дарить мне красивый хероебина! — Ответил абориген, оборачиваясь. — Вам приносить чистый вода и еда, и баба умослять ваша рана.

Аборигены ушли, оставив у порога порушенного дома голого Ричарда, блюющего Илаю и озадаченного Рея.

— Мерзкий ублюдок! Тут был водопровод! — Простонал графеныш, заходя в здание и изучая повреждения.

Вскоре пришли женщины. Были они обряжены в набедренные повязки. А еще были молоды, красивы экзотической красотой. Антрацитово-черная кожа масляно блестела в лучах горячего солнца. Они весело приговаривались на своем щелкающем наречии, весело смеялись и осматривали тела измученных путников.

Гостьи принесли несколько эмалированных ведер с водой. Та имела зеленоватый оттенок и пахла свежескошенной травой. С помощью губок, сделанных их лиан они отмыли впадающего в забытье Илаю, и дали ему какой-то отвар местных трав, из-за чего у него резко прекратились симптомы начинающейся дизентерии. Молодой человек отключился и его отволокли в тень, и положили на небольшую циновку.

Ричард от обмывания отбился, и помылся сам. А вот Рей против внимания темнокожих красоток не возражал, не стесняясь их осматривал и трогал в ответ. Все банные процедуры проходили во дворе перед зданием порушенного посольства.

Когда все были отмыты, кто-то из женщин принес небольшую корзину с темно-зелеными мясистыми листьями. Женщины начали их жевать, сплевывать разжёванные листья себе в ладони и мазать многочисленные раны Салеха. У того обнаружились волдыри и фурункулы по всему телу. Некоторые уже имели нездоровую красноту.

В конце гостям принесли корзину фруктов и несколько кусков закопченного мяса. Женщины ушли.

Рей сидел на небольшой скамеечке, вытянув ноги.

Ричард, обзаведясь штанами, сел рядом.

Повисло молчание.

— Мистер Салех, вы что-то понимаете? — Наконец проговорил Ричард.

— Ты у нас бос, ты и думай. — отмахнулся от нанимателя Рей. После чего потянулся за фруктами.

— Между прочем миссию выдали нам двоим! — Возмутился Гринривер.

Рядом с чашкой приземлился попугай, и начала шипеть а Салеха, отгоняя того от фруктов, одновременно запихивая в себя какие-то темно синие ягоды.

— Между прочим, это вы тут имеете боевой опыт.

— А, так мы планируем поубивать тут всех нахрен? — Удивился бывший лейтенант. — Нет, безусловно, мне нравится твоя интерпретация дипломатической миссии. Как там, вечный мир? Очень просто не враждовать с кладбищем.

— Ну, любой некромант легко оспорит данное утверждение. — Усмехнулся Ричард. — А что вы скажете насчет пророчества?

— Дикарь наглотался веселых грибов или фруктов, после чего ему пригрезилось… У нас так однажды в соседней роте перепил маг иллюзионист. Вот там, я тебе скажу, было стремно. Мне вот другое интересно, как эти самые дикари в этих лесах выживаю?

— Местная специфика. — пожал плечами молодой аристократ. Он посмотрел на солнце, а после раскрыл зонтик, пряча макушку от солнца. — Или я чего то не вижу?

Громила покачал головой.

— Ричард, мы тут двое суток. — Начал делиться наблюдениями Салех. — Сколько раз ты умер? Если бы не эта зеленая жижа, которой меня смазали, я бы сдох от заражения крови через пару дней, а то и раньше. Бедняги Илаю едва не доконал местный климат, хотя он пил только воду, взятую с собой. — Рей осторожно понюхал плошку с зеленоватой водой и сделал небольшой глоток. Вода немного кислила и щипала язык. — Но климат ладно, но ты видел, что водится в лесу тут? От того паука мы отбились только благодаря динамиту. Я бы на него с копьем не вышел. И такой паук был только один. Это не лес, а лаборатория свихнувшегося химеролога. А у их из оружия только копья. А ты их частокол смотрел? Он даже от козы не защитит. Зачем это все? Что мы видим?

— Город на болоте… — Буркнул Ричард, погружаясь в собственные безрадостные мысли.

— При этом ничего не мешает построить его в нормальном месте, с доступом к проточной питьевой воде. — Добавил Рей. Он достал флягу со спиртом и протирал крепление протеза, отгоняя попугая. — Местные явно не идиоты, значит мы чего-то не видим важного.

— Надо бы расспросить Илаю… — Озадачился Гринривер поднимаясь.

— Надо было его расспрашивать еще вчера, вместо того чтобы бедолаге допрос устраивать. — Огорченно вздохнул громила. — Вот зачем нам было знать, что он передергивает на собственную маму? А сейчас не трогай человека. Его рвало кровью. В отличие от тебя он не бессмертный.

— И что же вы предлагаете?

— Завалиться спать. Это ты ожил, теперь бодр и весел, а я двое суток не спал нормально.

— В дом пойдете?

— Там обитает полувоплощенный лич, сам спи в своем склепе, а мне и тут, в теньке неплохо. — С этими словами инвалид лег на ворох циновок и моментально отключился. Раздался храп.

Ричард какое-то время шатался по двору посольства, разглядывая окрестности. Но это ему достаточно быстро наскучило. И он принялся инвентаризировать содержимое телеги, пытаясь понять, что же можно подарить туземному царьку. А вообще, о содержимом повозки тоже следовало расспросить Илаю, а не поить его до потери сознания. Но кто же знал…

Обуреваемый печальными мыслями графеныш плюнул, вытащил несколько красивых прямоугольных шкатулок с цветными камушками. Видимо, то, что как раз бралось на подарки.

На этом логистическую задачу по разбору вещей молодой человек счет завершенной. И до вечера учил попугая богохульствам.