Сестры Спринг

Он облизнул губы.

– Мы больше не помолвлены. Я разорвал помолвку, когда мы возвращались с фестиваля. Мне очень жаль, что она оказалась в это замешана.

– Почему? – У меня сдавило горло. Будто я наглоталась земли и мне надо срочно запить.

Он вздохнул и шагнул мне навстречу.

– По многим причинам. Я слишком молод, она слишком молода. Мы толком друг друга не знаем. У нас нет ничего общего. Она устраивает истерики и поступила с тобой по-свински.

Я подавила улыбку.

– Ты серьезно? – Кажется, он не шутил. – А зачем же было с ней связываться?

Он пожал плечами.

– Она прикольная. – Он ненадолго умолк. – Ну, временами. С ней весело. У меня долго никого не было, хотелось умаслить родителей, чтобы они не слишком парились, что я снова собрался уехать. Чтоб маме было чем занять голову.

– Она о тебе волнуется.

– Знаю. – Он потер шею. У Шайи был ужасно усталый вид, как и у меня.

– И что теперь? – спросила я. Наш разговор слишком быстро менял направление.

– Во вторник я уезжаю.

Ничего себе.

– В этот вторник?

Он кивнул.

– Понятно. – Я сглотнула. Эта новость меня неприятно удивила. Я знала, конечно, что он рано или поздно уедет и что его отсутствие в Новом Орлеане никак не скажется на моей жизни. За то недолгое время, что мы с ним знакомы, я успела привыкнуть к его отсутствию.

– И это все? Тебе больше нечего мне сказать?

– А что еще ты хотел услышать? – Я прислонилась плечом к стене. На уровне глаз висел массивный семейный портрет, выполненный маслом. Шайа, совсем еще дитя, сидел с плюшевым мишкой в руках.

– Не знаю. Ну что-нибудь еще, кроме «понятно».

– Может, ты мне что-нибудь скажешь для начала? Судя по всему, тебе есть что сказать.

Он прикрыл глаза и придвинулся, буквально приперев меня к стене.

– Я хотел извиниться за Белл. Прости. Я тут ни при чем, но все равно хочу извиниться. – Он опустил ладонь на основание моей шеи, поверх тонкой футболки.

Я была одета по-простому: белая футболка с кармашками, заправленная в черные джинсы с разрезами, заткнутыми в черные ботильоны. Если б я знала, что буду стоять так близко к Шайе, то выбрала бы обувь поудобнее и блузку посексуальнее.

– Что я могу еще сказать тебе, Мэг? Что ты постоянно припираешь меня к стене? Или что для меня ты – капризная девчонка? Или что я, к сожалению, не могу дать тебе то, к чему ты стремишься? – Он придвинулся ближе на дюйм.

Да ну? Он что, собирается меня поцеловать? Боже мой.

Ну это он зря. Ужасная мысль. Что сказала бы Джо?

– И не думай, – пробормотала я, повернувшись щекой, когда он нацелился на мои губы. – И к чему же я стремлюсь? – спросила я, затаив дух. Его ладонь по-прежнему лежала на моей шее.

Шайа усмехнулся.

– Ты стремишься стать офицерской женой. Или быть такой, как моя мать.

– А что в этом такого плохого?

Нас разделяло несколько дюймов, он буквально прижимал меня к стене.

Шайа схватил меня за футболку и притянул к себе. И едва наши губы соприкоснулись, в коридоре раздалось цоканье каблучков. Я отпрянула, он нежно обхватил мое запястье. К нам приближалась его мать, и меня медленно и неуклонно охватывала паника.

– Не убегай, – взмолился он. – Мы не договорили.

– Мэг? – Миссис Кинг искала меня.

– Черт, черт. Твоя мама меня убьет. – Я застонала и выступила на свет. – Иду! – сказала я, попав в ее поле зрения.

На миссис Кинг было телесного цвета платье, которое безупречно сидело по фигуре, туфли на высокой шнуровке выше щиколоток. На плечи ниспадали каскады черных холеных волос.

– Мы закончили. Если захочешь зайти в обеденный зал, пока я там прибираюсь, обсудим планы на следующую неделю, а потом я тебя отпущу.


Она вроде бы ничего не заподозрила, но тут, как назло, из тени выступил Шайа и встал рядом со мной. Миссис Кинг даже глазом не моргнула при виде его.

– Уже вернулся, – обратилась она к сыну, который неторопливо к ней направлялся. В своих туфлях на высоченной шпильке она была с ним почти наравне.

– Да, я же только в тренажерку ходил. Я тебе говорил.

– Твоя сестра сказала, что во вторник у тебя самолет.

Не стоило мне здесь присутствовать, пока они обсуждали семейные вопросы, но уйти можно было, только минуя обоих. Я с ужасом вспомнила скандал, невольно подслушанный в коридоре. Только бы не последовало повторения!

– Мам, я всегда возвращаюсь. – Он потянулся к ней, чтобы обнять, но мать указала пальцем на его потную одежду. – Да ладно. – Он засмеялся, слегка запрокинув голову, и она тут же растаяла перед ним.

– Ты меня в могилу сведешь своими поездками. Сестра твоя унялась, а ты что же? – Она легонько его приобняла. Это был вопрос заботливой матери, а не той миссис Кинг, что выписывала мне чеки. Со мной она тоже была мила, но к нему она питала истинную нежность.

– Я вернусь в конце лета.

Мы направились в сторону лестницы.

– До сентября еще так далеко.

Через два дня Шайа улетал. Это и впрямь долгий срок.

– Да ты не грусти. Может, одна из девчонок, наконец забеременеет. Будет тебе чем заняться. – Шайа игриво отстранился от матери. Пока мы шли, я стала понемножечку приходить в себя после нашего с ним столкновения.

От его слов миссис Кинг закатила глаза.

– Очень смешно. Пусть хоть они, раз от тебя внуков мне не дождаться. Все, отправляйся, морочь голову кому-нибудь другому, а мы пойдем делом займемся.

И она его отослала.

Я сдержала улыбку, радуясь, что разговор прошел так легко.

Шайа поцеловал мать, помахал мне рукой, не встретившись со мной взглядом, и отправился к выходу. Я прошла с миссис Кинг в обеденный зал, где проводился торжественный банкет. Она частенько напоминала, что я тоже могу присутствовать за столом и присматриваться, но у меня не хватало внимания, чтоб за всем уследить. Вокруг сновали две домработницы, прибирая со стола, а миссис Кинг собственноручно взяла пакет для мусора и принялась сгребать в него недоеденное с тарелок.

– Мероприятие прошло бесподобно. Мы учредили еще одну стипендию, и у нас появились кое-какие соображения по новому сайту. Нам потребуется дизайнер. У тебя нет никого из знакомых? – Она лихо опустошала тарелку за тарелкой в мешок.

Я взялась собирать со стола чашки.

– Если предложить парня моей сестры? – Кажется, Лори из тех, кто нам бы сгодился. – Я все узнаю и вам расскажу.

– Спасибо, Мэг. Как провела вечер? Ты ведь поела, да? Надеюсь, успела что-нибудь перехватить.

Я кивнула. Мы переходили от места к месту. Миссис Кинг всегда старалась меня накормить, пока она на мероприятиях. Разрешала есть все, что мне хочется, и я сама выбирала рестораны, которые устраивали подобные ужины. Очень часто мне удавалось забрать что-нибудь для сестер.

– Как провела время? – вновь поинтересовалась она.

У меня пересохло во рту.

– Хорошо. Я гуляла по коридорам и случайно наткнулась на Шайю. – Я выдавила из себя скупую улыбку, как последнюю капельку зубной пасты из опустевшего тюбика.

– Я видела. Как поживает Джон Брук?

Все внутри опустилось.

– Да ничего. В смысле… – начала я осипшим голосом. Она так быстро работала, что я едва за ней поспевала, в который раз жалея, что не надела удобную обувь. – Поехал на пару дней проведать родителей, а потом ему надо явиться на первое место службы.

– Сколько, ты говоришь, он должен будет теперь отслужить?

– Пять лет.

– Это долгий срок, – сказала миссис Кинг, будто я сама не догадывалась. Со стола все убрали, и мне очень хотелось домой, уехать и забыть обо всех Кингах вместе взятых.

Кроме Шайи, пожалуй.

Черт, я совсем запуталась.

– Да, – кое-как выдавила я из себя.

Миссис Кинг встала рядом, заметно возвышаясь надо мной на каблуках.

– Пойдем на кухню?

Она развернулась, и мне пришлось последовать за ней, попутно взглянув, сколько времени на телефоне. В этом доме я провела целый день. Мне не пришло ни одной эсэмэски. Джо, видимо, все еще злилась, а я даже не помнила, из-за чего мы повздорили. Миссис Кинг подошла к холодильнику и вынула из него молоко.